Мои цитаты из книг
некоторые потери нельзя исправить. Можно только принять их и научиться жить дальше.
— Влада, я ухожу. Я повернулась к мужу, недоуменно хмурясь. — Куда? Скоро ужинать будем… — Не куда, а к кому. К Алине ухожу. Алина — жена его лучшего друга. Год назад тот погиб и с тех пор мой муж поддерживал его вдову. Но все равно все это звучало… странно. Паша прятал глаза и казалось, что под этими словами кроется что-то страшное. Я схватила полотенце, чтобы скрыть дрожь, вдруг охватившую все тело. — Я не понимаю, Паш. Что случилось? Зачем тебе ехать к ней так срочно? Он шумно...
Давно живу по принципу: есть моё мнение, делающее меня счастливой, и неправильное. Если я хочу ругнуться матом, выкурить сигарету или потр*хаться, то я это делаю, и класть я хотела на мнение «культурных и воспитанных». А кто хочет дать мне совет, как мне жить, выстройтесь, пожалуйста, в очередь и, дружненько держась за руку, идите на китайскую гору Кхуям! Это моя жизнь, и мне решать, как её прожить!
Это не любовь… Не страсть… Это даже не болезнь… Это мое персональное безумие… И я без капли страха, не сомневаясь ни секунды, шагаю в него уверенно. Сгораю, словно в лихорадке, от болезненного невыносимого желания. Ибо, если и взлетать, то стремительно, а если падать, то феерично и с треском.
Содержит нецензурную брань.
Сокрушаюсь, что некоторых личностей, которых механизм эволюции не затронул, нельзя бить.Это меня очень огорчает. А так ничего, всё, как обычно.
Это не любовь… Не страсть… Это даже не болезнь… Это мое персональное безумие… И я без капли страха, не сомневаясь ни секунды, шагаю в него уверенно. Сгораю, словно в лихорадке, от болезненного невыносимого желания. Ибо, если и взлетать, то стремительно, а если падать, то феерично и с треском.
Содержит нецензурную брань.
Любить – значит потерять. Все уходят, все умирают, а ты остаешься один
– Тимур, я беременна, – в глазах Яси стояли слезы. – Что? – голос охрип. – Беременна, и буду рожать, – повторила она. – Ты с ума сошла? – Я сорвался с места. Яська низко опустила голову, вытирая слезы на щеках. – Делай аборт, Ярослава. – Нет! – Нам не нужен этот ребенок! – отрезал я, умирая от страха. – Слышишь? – У нас двойня, Тимур… *** Он – плохой парень, уличный хулиган, тот, кого все боятся. Она – хорошая девочка, мамина дочь, его танцующий ангел. Она смогла отогреть...
Ты у меня большая умница, а все кто не согласен, пусть валят ко всем чертям.
«Дочери твоего мужа сегодня исполнилось три года. Приедешь поздравить?» Смотрю на фотографию, где мой муж держит на руках маленькую девчушку в красном платьице и дарит ей ласковую улыбку. Руки трясутся. В глазах плывёт. Это просто чья-то злая шутка… — Загадывай желание… — слышу родной любимый голос, и внутри всё обрывается. — Хотю, чтобы папоська жил с нами! — лепечет девчушка и задувает свечки на торте. К моему мужу подходит высокая блондинка, кладёт руку ему на плечо и улыбается, а я лечу...
Ну, и плевать тогда, как там это со стороны выглядит. Говорят, со стороны ни виднее, со стороны завиднее. Ну вот, завидуйте молча.
Дано: один перманентно мрачный батя-одиночка, у которого в комплекте к не-пойми-в-кого-сыну имеется чудящий отец; одна бодрящаяся мама-одиночка, у которой в комплекте к неуправляемому оторве-сыну имеется властная мать.
Вопрос: Смогут ли эти двое хотя бы разок остаться наедине, чтобы что?
Решение: А прошу за мной. У меня оно имеется.
Простые люди. Непростые семьи. Простая любовь. А о чем еще писать в наше непростое время?
"Бесполезно объяснять без двух недель девятилетке, что первого января двенадцать — еще, а не уже!
Дано: один перманентно мрачный батя-одиночка, у которого в комплекте к не-пойми-в-кого-сыну имеется чудящий отец; одна бодрящаяся мама-одиночка, у которой в комплекте к неуправляемому оторве-сыну имеется властная мать.
Вопрос: Смогут ли эти двое хотя бы разок остаться наедине, чтобы что?
Решение: А прошу за мной. У меня оно имеется.
Простые люди. Непростые семьи. Простая любовь. А о чем еще писать в наше непростое время?
Ну их на фиг, это современные стандарты красоты. Стандарты не обнимешь, лицом в них не зароешься, лапами не облапишь.
Дано: один перманентно мрачный батя-одиночка, у которого в комплекте к не-пойми-в-кого-сыну имеется чудящий отец; одна бодрящаяся мама-одиночка, у которой в комплекте к неуправляемому оторве-сыну имеется властная мать.
Вопрос: Смогут ли эти двое хотя бы разок остаться наедине, чтобы что?
Решение: А прошу за мной. У меня оно имеется.
Простые люди. Непростые семьи. Простая любовь. А о чем еще писать в наше непростое время?
" Серьезно. Центр города, такой метраж, производство, сотрудники… Ты считала налоговую нагрузку?
– Нет. Налоговая нагрузка – это сюрприз месяца. Как адвент-календарь, только вместо шоколадок – панические атаки.
Три года назад я потеряла дочь. А Катюша — маму.
Теперь она почему-то уверена, что её мама — я.
Разум твердит, что это всего лишь детская фантазия. Но сердце так хочет поверить в невозможное!
Тем более что стать мамой для этой девочки оказалось гораздо проще, чем можно было представить. Ведь, похоже, я очень нравлюсь ее отцу…
"Лучшие учителя – те, кто показывает вам, где смотреть, но не говорят, что видеть.
— Сереж, иди давай, иди, — раздается из комнаты дочери кокетливый смех моей коллеги. — Твоя дочь придет с минуты на минуту. Мне нужно подготовиться к занятию. Только сначала помоги мне застегнуть молнию на юбке. Мое сердце ухает в пятки, возвращается в грудь и с бешеной скоростью бьется о грудную клетку. Мне становится нечем дышать. Стою у двери комнаты и чувствую, как начинают дрожать колени. Двадцать лет брака стремительно летят в пропасть, семья рвется по швам, муж уходит к молодой...