Книги Валентина Кострова
— На таких, как Оля, женятся, заводят с ними детей и едят их борщи. А Лина… на нее слюни пускать, не спать ночами, мечтая о неприличных вещах. Понимаешь?
— И что ты будешь делать?
— А черт его знает.… Попробую усидеть на двух стульях.
У меня перехватывает дыхание от новой правды, которую я бы предпочла не знать. У моего мужа есть Лина, о которой он мечтает по ночам, а я так… пригодна варить борщи. И что дальше? Закрыть глаза и делать вид, что я ничего не знаю или…
— Что ты будешь делать? Может отцу ребенка сообщишь? Такие вопросы должны двое решать.
Сестра выразительно смотрит на тест для беременности в моих подрагивающих пальцах.
— Отцу ребенка? – горько усмехаюсь, боясь признаться сестре в своей безрассудности. — Я его даже не знаю.
— Что? – Ксюша шокировано на меня смотрит, справляется с эмоциями лучше, чем я. – Значит аборт?
— Аборт? – вздрагиваю и мотаю головой. – Нет, никакого аборта. Я рожу этого ребенка.
— С вашими деньгами Роман Андреевич... вряд ли есть что-то, чего вы не могли бы купить. — Значит, я могу купить и вас? — от этих слов меня бросает в дрожь, как хладнокровно он это сказал... — Вы уже меня купили. Я работаю на вас, — выдавливаю улыбку, стараясь не подавать виду. — Что же мне делать, если я хочу большего? — внезапно подступает он ближе. — Вы шутите? – тут же делаю шаг назад. Он помолвлен с моей мачехой, а его дочь моя лучшая подруга... Зачем он об этом говорит? Зачем заставляет...
— Мне нельзя разводиться, - Елена смотрит в сторону, поглаживая большим пальцем ручку чашки. Резко переводит на меня спокойный взгляд, заставляя меня напрячься. Ощущение такое, будто над головой сгущаются грозовые тучи. — А еще мне нужен ребенок, - на ее губах появляется мимолетная улыбка. – И вы мне нужны для реализации этого плана. — Простите, что? – смотрю на девушку непонимающе, надеясь, что у меня слуховые галлюцинации. — Мой муж не может иметь детей, но он об этом не знает, а чтобы он...
— Это ваша дочь! — Этого не может быть, - спокойно, без каких-либо эмоций отрицает Коршунов. — Вы не верите? Мы можем провести тест на ДНК! Если вы не признаете Веру своей дочерью, я устрою скандал, а вам наверняка он совсем не нужен! – задыхаюсь от злости. — Вера никак не может быть моей дочерью. Я бесплоден. Моя сестра влюбилась в столичного богача. Он бросил ее, узнав о беременности. Через девять месяцев сестра кинула ребенка, не сумев выйти из депрессии. Теперь я намерена, чтобы недобать...
Я мечтала прожить с любимым человеком долго и счастливо, но в итоге вынуждена была уехать заграницу. Работа помогает приглушить сердечную боль, но ничто и никто не в силах заставить меня забыть Назара и все, что с ним связано. В отличие от меня, Каримов забыл не только наше прошлое, но и меня саму. При нашей первой встрече после долгой разлуки он сделал вид, то видит меня первый раз.
"Moя жизнь, мои правила" — его девиз. Одиночка с пеленок, всегда жил по своим правилам, ни под кого не прогибаясь. Его мир не случаен. Ненависть в груди живет годами. Ненависть к тому, кто отнял все. И с ним война. На смерть.
18+
Наваждение бывает у каждого человека. И каждый с этим либо справляется, либо нет. Кира не смогла противостоять вниманию самого известного студента университета, вступив с ним в преступную для морали связь: она была его преподавателем, она была его старше, она не вращалась в элитном обществе, а он был сыном местного олигарха. И эта связь казалась с самого начала была обречена...
18+
В годовщину свадьбы я застала мужа с любовницей. Мы разругались в клочья, и я сбежала — растерянная, униженная, сломленная. Но настоящий шок ждал меня утром. Я проснулась в гостиничном номере. В руке окровавленный нож. Рядом незнакомый мужчина. А в голове полная пустота. Пока полиция начинает расследование, я пытаюсь разобраться, кто этот мужчина, с которым я проснулась, и можно ли ему доверять. Почему он не уходит? Почему защищает меня? Неужели ему тоже важно узнать, как он оказался со мной в...
— Я хочу стать твоей женщиной. Назар смотрит на меня немигающим взглядом, крутя в руке пустой стакан со льдом. Молчание затягивается, а я все сильнее начинаю нервничать. Пытаюсь по лицу понять, о чем он думает, но безрезультатно. — У нас не может быть никаких отношений, Мира. — Ошибаешься! – уверенно смотрю в карие глаза, готовая доказать ему обратное. – Нас тянет друг к другу, этого нельзя отрицать. — Я и не отрицаю, - усмехается, внезапно жестко смотрит в глаза, вызывая мурашки. – Но...
— Я пленница? – спрашиваю и смотрю на мужчину. — Нет. — Значит я могу уйти. — Нет, - холодно отвечает он, перекрывая мне выход из комнаты. — Тогда отвезите меня в город! Я требую, – возмущаюсь, сощурившись. — Пока ты со мной, ты в безопасности. Помни об этом каждый раз, когда захочешь сбежать. Став богатой наследницей, моя жизнь оказывается в опасности. В трудный момент появляется Он. Взаимная симпатия перерастает в нечто серьезное, чем просто интерес. Но мы оказываемся заложниками...
1 книга. 2 книга "Золушка для Кинга" *** — Тебе ничего особенного делать не нужно, — отчим приторно-сладко улыбается. — Нужно просто прийти на вечеринку, найти кабинет директора клуба и тебе там передадут нужные документы. — Почему этим вопросом нельзя заняться днем? — подозрительно кошусь то на приглашение в руках отчима, то в его хитрые глаза. — Ты же хочешь получить свой паспорт? Тогда делай то, о чем тебя просят. Иначе будешь пожизненно моей рабыней. *** Отчим просит забрать важные для...
— Познакомься, это мой новый партнер по бизнесу, я тебе о нем говорил. — Руслан, обнимая меня за талию, слегка подталкивает вперед к мужчине, стоящему напротив нас. У меня подгибаются ноги, едва мы с ним встречаемся глазами. Во рту сразу пересыхает. — Очень приятно, — кивает мужчина, сверлящий меня темным взглядом, от которого бегут мурашки по коже. Мне кажется, что он хочет что-то добавить, но внезапно позади раздается звонкий голос: — Мама! Мама! Подхватываю ребенка, прижимаю его к себе,...
Они совершенно разные по темпераменту, по взглядам на жизнь. Говорят, что противоположности сходятся, что невозможное становится возможным. Кирилл и Серафима вряд ли бы по своей воле согласились влюбиться в друг друга, но бывает так, что притяжение намного сильнее доводов разума. Но у Кирилла жизнь подчинена жесткому контролю, он старается не поддаваться эмоциям, в то время, как Серафима живет больше чувствами, чем логикой. Смогут ли разные люди быть вместе? Смогут ли преодолеть свои правила? ...
— Думаешь, твои голубые глаза и идеальные губы что-то решают здесь? — его голос режет холодом. — А ты всегда такой хам или это спецпрограмма для новеньких? — я улыбаюсь, хотя внутри так и чешется врезать. — Я хозяин этой базы. Привыкай. — Отлично. Я как раз умею выводить хозяев из себя. Он — мужчина, которого невозможно не заметить: сильный, резкий, чуждый любезностей. Я — красивая блондинка, от которой мужчины обычно теряют голову. Но его взгляд обжигает. И кажется, скоро я сама сойду с...
— Почему ты мне не сказал правду?! — Я гневно сверлю Эмира взглядом. — Потому что я хотел тебя, — он отвечает без колебаний. Ни капли раскаяния. — И ты тоже меня хотела. — Ты хоть понимаешь, во что мы вляпались? Если кто-то из наших узнает, что мы вместе... Нам двоим конец! — голос дрожит от злости. Эмир лишь ухмыляется. Спокойный, насмешливый. Как будто я одна сейчас тону, а он стоит на берегу и наблюдает. — Мы должны расстаться, — выдыхаю, и каждый слог, будто нож по живому. — Черта с два...
История о том, как в многообразии выбора мы всегда ищем то, что предназначено именно тебе. История о том, что не с первого раза мы находим свое место в жизни, своего человека.
История о том, что надев обручальное кольцо на палец — это не конец сказки, это только начало.
История о том, что мы все совершаем ошибки и нужно понять для себя: прощать любимого человека или сжигать все мосты.
История о том, что любовь и семья важнее всего остального.
Он — прокурор, у которого город в кармане. Ему льстят в лицо, а за спиной называют ледяным ублюдком. Он вершит судьбы, а его слово — закон. Мой брат, пытаясь спасти отца, решил подставить именно его, сделав меня приманкой в грязной игре.
Теперь я — разменная монета, которую он забрал себе в счёт компенсации. Он смотрит на меня с презрением, будто я соучастница, а не жертва. Его приговор звучит как насмешка: «Я на тебе женюсь».
Сбежать нельзя. Остаётся только одно — покорить.