Книги Лина Коваль
Вика Свободина в браке почти пятнадцать лет. Муж, сын, новенький дом и любимая работа в банке — всё то, что её интересует. Она не задумывается о жизни, о чувствах… Живёт по инерции. И вроде бы счастлива…Но всё меняется, когда "городская звезда", дерзкий красавчик Матвей Андреев открывает школу танцев, а Вика решает попробовать что-то новое…
— Что у вас с Таисией, сын? — Ничего серьезного. — Это безответственно. Полагаю, Валеевых не очень устраивает, что ты решил «поматросить и бросить» их единственную дочь. Тая Валеева — как Барби. Охрененная, стройная блондинка с шелковистыми волосами до пояса. Её тело идеальное, мягкое и податливое, а что там внутри? Об этом не думал!.. — Ну, и что ты предлагаешь? — усмехаюсь. — Я её не люблю. — Женись, а любовь придет… — Отец… Помнишь, ты говорил, что просто физически не в силах полюбить...
— Я хочу с тобой развестись. — Снова женишься? — выпаливаю на эмоциях. Мой муж Иван Соболев, которого я не видела почти два года, засунув руки в карманы строгих брюк, игнорирует мой выпад и ждет ответа. Расслабленный, мужественный. Все такой же красивый, но чудовищно равнодушный теперь. — Хорошо. Я согласна. — У нас нет ничего общего, — он добивает меня своей правдой. — Ни имущества, ни детей, слава богу. Нас быстро разведут, и мы больше никогда не встретимся. Все как ты мечтала, Таисия. —...
- Ты знал, что развод и измена сопоставимы с утратой близкого человека? - Это ты к чему, Наташ? - Рома отводит глаза, но я успеваю заметить мелькнувшее в них раздражение. - Давай не сейчас. Я же сказал, это просто бизнес. Испытывая сильнейшее стеснение в груди, распрямляю плечи и прячу эмоции за улыбкой. Ворвавшись кометой в мир огромных денег, больших возможностей и красивых женщин, он, кажется, оставил меня за порогом. Стал кумиром миллионов, забыв какие клятвы мы давали друг другу. ...
— Ты родишь мне сына, — цедит Адриан. — Макриса. Моего наследника. — Зачем тебе сын? — выплевываю с обидой. — У тебя есть дочери. Младшей на вид чуть больше года. Зеленые глаза чернеют, пугают. Отворачиваюсь, чтобы предатель не увидел моих слёз. Если бы не третий месяц беременности, ни за что бы не показала ему своей слабости. — Откуда ты знаешь? — спрашивает он. — Видела вас. — Моя семья и дети тебя не касаются, Вера. Вздрагиваю, словно от пощечины. Боль прорывается сквозь...
Мой муж изменил мне на глазах у миллионов людей, жестоко втоптав в грязь наш брак и все, что нас связывало, - выпаливаю пулемётной очередью. - Я требую развод!.. - А мой доверитель против развода. Он любит вас и сделает все, чтобы спасти этот брак, - сухо сообщает адвокат Березовского. - Спасти брак? - взрываюсь, забывая о просьбе врача не делать резких движений. Внизу живота странно тянет. - Я никогда его не прощу. Так и передайте. Адвокат снисходительно улыбается. - Давайте не будем...
Если ты сейчас, сию же минуту не вернёшься домой, то катись ко всем чертям, Мансуров! — кричу мужу в трубку, всхлипывая. — Оставайся с ней… — Ты забываешься, — голос Тиграна звучит бездушно. — Если кто-то и покатится к чертям, так это ты, Мансурова! Звонок неожиданно сбрасывается. На плите закипают овощи на «Оливье», из «Алисы» доносится весёлая «Джингл бэлз», а на экране телевизора Наденька утешает пьяного Женю… — Ма-ма, — теребит Савва подол моего шелкового платья. — А папа скоро...
— Я хочу видеть свою дочь, Катерина, — произносит Адам с едва уловимым специфическим акцентом и открыто на меня смотрит. На безымянном пальце правой руки красуется гладкое обручальное кольцо. Не то. Новое… — Не думаю, что это хорошая идея, — отвечаю без раздумий и гордо. — Вам не стоит начинать общение. Мы обмениваемся колючими взглядами. С момента нашей последней встречи прошло чуть больше трех лет, а ничего в облике бывшего мужа не изменилось. Только теперь я знаю: под маской...
— Неужели появился мужик, который может вытерпеть тебя дольше десяти минут, не снимая брюк? — спрашивает Адриан. — Ты про моего Олега? — провокационно улыбаюсь. — Он просто видит во мне не только сексуальный объект. Тебе не понять… Грек скептически кривит губы и залпом выпивает содержимое своего бокала, а я как дура снова глаз с него не свожу. Всё, как и два года назад. — Познакомь нас, Вера. Сейчас, — слышится сталь в голосе. — Зачем? — Хочу успеть пожать ему руку перед тем, как...
– Аскеров уже уехал, пап?.. – А тебе какое дело? Сегодня день моего девятнадцатилетия, а я вместо того, чтобы пить игристое с друзьями, нервничаю и весь вечер выискиваю взглядом всегда серьезного друга отца. Они вообще похожи. Оба умные, волевые, сдержанные. Будто на Лубянке их только этому и учат – отключать сердце и не чувствовать ничего. – Не вздумай опозорить меня, Эмилия. Удавлю. Своими руками удавлю. Я таких дурочек, как ты, у Рената столько видел, пальцев пересчитать не хватит....
Шесть лет назад Ренат Аскеров был для меня всем: вдохновением, страстным огнем, первым и единственным мужчиной. Шесть лет назад я была его самой уязвимой частью, слабым местом, девятнадцатилетней, влюбленной девчонкой. Сейчас эта девчонка выросла и превратилась в сдержанную молодую женщину, которая больше ни при каких обстоятельствах и ни с кем не готова играть в любовь. Увы, даже с ним… *** — Я не буду с тобой работать, Ренат. Пусть меня лучше убьют! Аскеров в ответ усмехается и с...