Книги Богомил Райнов
"Чтобы рассказать эту историю во всех ее подробностях, мне пришлось бы начать со своего рождения. Если же для краткости перешагнуть первые сорок лет моей биографии, то я могу начать с того, как однажды моя жена Бистра прогнала меня из дому. Не подумайте, что она выбросила мои вещи в окно, а меня самого спустила с лестницы. Нет, вещи она оставила себе…" – так начинает свой роман болгарский писатель Богомил Райнов. Повседневная жизнь во всех ее проявлениях описана просто и иронично, без...
Читатели давно смогли оценить по достоинству острый детективный сюжет, тонкий ироничный стиль в знаменитых «шпионских» романах о болгарском разведчике Эмиле Боеве, периодически появлявшихся в журналах, приложениях, сборниках.
В данном издании впервые в России собран весь легендарный цикл. Роман «Наивный человек среднего возраста» публикуется на русском языке впервые. Перевод: Алексей Собкович.
Читатели давно смогли оценить по достоинству острый детективный сюжет, тонкий ироничный стиль в знаменитых «шпионских» романах о болгарском разведчике Эмиле Боеве, периодически появлявшихся в журналах, приложениях, сборниках.
В данном издании впервые в России собран весь легендарный цикл; Роман «Наивный человек среднего возраста» публикуется на русском языке впервые.
Богомил Райнов – болгарский писатель. Он писал социальные повести и рассказы; детективно-приключенческие романы, стихи, документально-эссеистические книги, работы по эстетике и изобразительному искусству. Перед вами его книга «Элегия мертвых дней».
Богомил Райнов — болгарский писатель. Он писал социальные повести и рассказы; детективно-приключенческие романы, стихи, документально-эссеистические книги, работы по эстетике и изобразительному искусству. Перед вами его книга «Элегия мертвых дней».
Богомил Райнов – болгарский писатель. Он писал социальные повести и рассказы; детективно-приключенческие романы, стихи, документально-эссеистические книги, работы по эстетике и изобразительному искусству. Перед вами его книга «Элегия мертвых дней».
Три дня из жизни балерины провинциального театра.
Долгожданный шанс может обернуться успехом, но может и крушением надежд, даже если остальные и посчитают его победой. И единственное утешение – собственное упорство, его-то никто у тебя не отнимет. Оно – горестная вера тех, кто упорно ползет по крутому подъему, ползет отчаянно, без надежды, потому что знает, что вершины никогда не достичь.