Мариция, увидев погрызушку, взвыла так, что стекла задрожали. Корсет, не выдержав давления превосходящих сил противника, решил сдаться без боя и разошелся по швам. А за ним и платье. Теперь княгинюшка верещала уже по другой причине, правда, нужно отдать ей должное, перехода в тональности почти не было, а взятое ею 'си' она держала несколько клинов подряд.
Сколько истерик пришлось закатить папеньке, безоглядно обожавшем свою дочурку! Даже два раза объявить голодовку (впрочем, продлившуюся ровно до ближайшего обеда — покушать Мариция любила, и с размахом) и один раз потравиться (жаль только, что вместо сонных капель княгинюшка приняла слабительные, перепутав этикетки, но отец все равно испугался за дитятю, решившуюся на самоубиение).
Корсет стойко держал оборону, подобно тихонским партизанам времен великой эргонейской войны, перекрывая канал поставок продовольствия противника, в смысле воздуха. Отчего княжна дышала неглубоко и часто. Зато у нее в кои‑то веки наметился остаточный след талии.
В базовой комплектации к мужу-еврею даже в постели всегда прилагается мама, которая таки даёт советы
Если бы потребовалось для роли, Ева бы и ноги сломала. Обе. Причём не только себе, но и режиссёру, оператору, всей съёмочной группе, а так же Линде Старр и каждому из её полумиллиона подписчиков.
Было дико больно. От слов. От разбитых надежд. Но злость, как незримая кость в горле не дала склонить головы. Она, обжигающая, высушила слёзы.
- Я в оргиях не участвую, - гордо обронил кучерявый и педантично уточнил: - На этой недели - так точно.
- Ты, похоже, ещё Дану плохо знаешь, - тут же возразил Шмулик. - У неё родовспоможением может закончиться всё что угодно. Даже банкет по поводу выхода на пенсию.
- Дана, вот так всегда! - раздалось патетичное из-за спины. - Любое эротическое приглашение в твоём исполнении обязательно заканчивается либо клинической гинекологией, либо хирургией.
Будильник ворвался в сознание противной трелью. А ведь когда-то это была песня, которую я обожала. До тех пор, пока не поставила её сигналом будильника. Воистину, от любви до ненависти - всего ничего. Один звонок.
Да-да... я порою мила до безобразия. После безобразия, впрочем, тоже мила.
- Премию выпишу, - зловеще, словно собираясь прирезать меня без анестезии, пообещала начмед. С козырей пошла. Дурной знак.
- Дана, ну зачем сразу с козырей-то идти, - шмыгнул носом сосед, прекрасно понимая, что на любую его попытку поиметь мою голову его историей, я отвечаю симметрично - клинической гинекологией.
Если на вас напали умные мысли - обороняйтесь.
А впереди меня ждала самая сложная профессия - профессия мамы.
…Там, где правила игры не позволяют выиграть, истинные юристы меняют правила. Если проще – создают прецедент.
Все, что нас не убивает, прокачивает наш уровень адаптации, навыки выживания и черное чувство юмора.
Верно говорят: не так страшен сам капец, как его ожидание.
— Да. Думаю, нам удастся добиться досудебного урегулирования по взаимному соглашению сторон.
«Порою суд как война, – подумалось мне. – И лучшей считается та, которой не случилось».
А ведь с утра, как зазвенел будильник, даже случилось открытие века. Ровно в шесть ноль-ноль открылось первое веко. В шесть ноль одну – второе. А в шесть ноль две захлопнулись оба.
Жена для любимого мужа лучший адвокат: сама же его и обвинит, и оправдает, и простит… ну, или посадит.
…Выпороть ремнем за проступок можно лишь единожды, по горячим следам. А промывать мозги и напоминать о проступке можно много раз.
— Не успеешь найти место под солнцем, как окажется, что уже наступил вечер…
— Эй, конь трофейный! Презервативы купи! – все же не удержалась я. И мстительно добавила: – А то ЕГЭ впереди. Как бы твоя Наташка не набрала в тесте на беременность сто баллов.
Наличие врагов свидетельствует о том, что вы что-то когда-то отстаивали.