Моё пушистое величество 2 или Тайна Крысиного короля

Так что да, в своей собственной манере она не худшая мать из возможных, что я рационально полностью понимаю. Но спрашивать её о любви более-менее бессмысленно. И не потому, что она не честна со мной, но потому, что она редко бывает честна с собой.

И давай начнём с основ: да, есть категория людей, которые выражают симпатию через агрессию. И вообще все сильные чувства в тот же котёл, это не обязательно даже романтика, у них агрессия буквально ответ на всё, что они не знают, как интерпретировать… Причин у такого может быть несколько. Взросление, давящее на мозги, не особо здоровая атмосфера дома, часто включающая в себя семейные ссоры и прочее подобное веселье, ментальная нестабильность, неспособность идентифицировать слишком сильные чувства и правильно их выразить, социальная неловкость, наконец… Но это не правило. Это не нормально, выражать симпатию через хамство и издевательства, особенно в том градусе, который позволяет себе слава-яйцам-не-твой Гэвин. Далеко не все влюблённые или просто заинтересованные в ночи любви парни ведут себя так;

хамство и жестокость — это признаки внимания, да. Некоторым образом. Зачастую, правда, угол тут — самоутвердиться за твой счёт или тебя поиметь, но да, случаются и другие расклады. Однако, в конце сказки люди, которые проявляют интерес именно таким образом, часто опасны. И, Ван-Ван? Они редко исправляются. И если всё же случается, то исправление происходит через катарсис, и боль, испытанную и причинённую, и набитые шишки, и много грязи. И я хочу, чтобы ты запомнила следующее очень чётко: в ваших сказках, я так понял, исправление порой происходит силой любви. В реальности, любовь тут бессильна. Это просто работает не так, и всё. Что бы ты ни прочла об этом в своих книгах, они не отражают реальной картины. Их цель — доставить удовольствие, порадовать, развеселить, заставить сопереживать, оживить фантазии… И это хорошо, это важно, но на этом всё. Они не будут с тобой честны, рассказывая о любви.

Если подумать, когда она говорила о любви и многих других вещах, она цитировала книги. Они стали её окнами в мир, к добру или к худу; у неё нет круга общения, нет ни единого нормального друга, потому книги для неё — советчики и друзья, опора и источник понимания мира. Которые иногда лгут, но давай честно: лгут все, вольно или невольно. Какую бы истину ты ни услышал, она не стоит ничего, пока ты не попробуешь её на зуб.

— Любить и быть удобным — разные вещи, — сказал я. — Любить и во всём соглашаться — тоже. Не вали всё в одну кучу, пожалуйста. Вообще бывают случаи, когда любить — и есть спорить. Когда споры прекращаются, значит, всё плохо.
— Я не совсем понимаю… Что плохо?
— Это значит, что другой стороне просто стало наплевать. Любовь перешла в свою подлинную противоположность, всё было пережито и пройдено, осталась лишь пустота. Спорить нет смысла, потому что больше уже не болит