В «Комнате одиночества» мы находим истоки сегодняшнего миропорядка и поэтому при чтении романа возникают фантомные душевные боли. Боли от того, чего уже нет, что кануло в Лету четверть века назад, но продолжает тревожить. Мы не видим себя со стороны, поэтому наша самооценка часто бывает завышенной или искаженной. Но есть одна штука, вроде индикатора, она позволяет определять, чего мы стоим на самом деле. Жизнь постоянно, каждый день и каждый час заталкивает нас в социально-нравственную (или...
Эта повесть – не придуманная история. В ней автор изменил всего два имени, но каждый сможет увидеть здесь и частичку своей жизни. Произведение признано лучшей прозой года и уже имеет свою читательскую аудиторию. Сейчас автор хотел бы поделиться ей с более широкой аудиторией, а также хотел отдать дань уважения и признательности своим «братьям», с кем проходил службу, и, может быть, увековечить их деяния в своих произведениях.
Если вам понравится эта повесть, то ждите роман «Ветка сакуры».
Как осетинский подросток из бедного селения стал подполковником Красной Армии? А после – всемирно известным английским ученым? История Григория Токаева, или Григори Токати, хранит в себе немало тайн. Во время службы на благо СССР Григорий должен найти планы и чертежи сверхдальних ракет в разрушенном после Второй Мировой войны Берлине. Давление руководства; подсказки, ведущие в никуда; собственные моральные принципы и ответственность за семью – все это толкает перспективного ученого к непростым...
О чем расскажет книга известного белорусского писателя, журналиста Григория Солонца? Она – об удивительной судьбе Марии Ивушкиной, уничтожившей семьдесят пять гитлеровцев, но пощадившей немецкого офицера. Жизнь неожиданно сведет их уже в Минске спустя полвека… Она и о тех, кто помогал людям выжить с молитвой и верой. Мужество священнослужителей вдохновляло белорусов на борьбу с врагом на дзержинской земле и укрепляло дух сопротивления в партизанских отрядах и на фронте. Затронет сердца...
Книга «Была бесконечной война…» Натальи Советной – своеобразная художественная летопись, где представлено недавнее прошлое в его неразрывной связи с сегодняшним временем. Тема незаметного, но великого подвига обычного человека в страшных условиях немецко-фашистской оккупации раскрывается автором в динамике – от произведения к произведению.
Эта книга – дань памяти землякам-белорусам и всему советскому народу, сумевшему выстоять, сохранить веру и победить в Великой Отечественной войне.
Камерная повесть о взрослении, написанная с такой тишиной, какой уже давно не звучало в русской прозе. ⠀ Не о событиях, а о том, что остается после них. О хрупкости внутренней жизни, которая сопротивляется, даже если кажется, что уже сломалась. ⠀ Здесь армия – не фон и не социальный диагноз, а пространство, где человек оказывается обнаженным перед собой. Здесь любовь – не спасение, а память о возможности. ⠀ Это история о том, как легко можно не выдержать. И как страшно – все же выдержать. ...
Хочу рассказать Вам историю обычного деревенского парня, получившего повестку. Он пройдет путь от военкомата до выхода за КПП в парадной форме и военным билетом в руках. Приглашаю взглянуть на армейские будни глазами новобранца, который постепенно эволюционирует в дембеля. История выдумана, но сюжет основан на реальных историях и ситуациях. Все персонажи и места действий выдуманы, любые совпадения случайны. P.S. Будет много отборного мата и армейского жаргона. Ведь армия без мата, как солдат...
Новеллы и повести израильского писателя Бориса Крижопольского рассказываю, казалось бы, об обычных вещах – о жизни и смерти, любви и дружбе… Но его герои – молодые израильтяне, солдаты Армии Обороны Израиля. И даже когда на них нет выгоревшей на палящем солнце и промытой пронизывающими ливнями формы, когда не носят они полную «разгрузку», оружие, боеприпасы, они все равно – солдаты, резервисты, милуимники… Герои и жертвы войны, которую стыдливо называют «конфликтом». Противостояния, выход из...
Повесть «Подсолнухи. ПоZVони мне» – о событиях, происходящих в СВО, о мужестве, патриотизме, о боевой дружбе и желании жить. В ней рассказывается о том, как люди реагируют на опасность, как помогают друг другу, приоткрывается дверь во внутренний мир бойца. В книгу включены стихи автора, пронизанные любовью к родным людям, к жене и дочери, а также тоской по дому и верой в Господа.
Сколько их? – Официально чуть больше 300 тысяч.Кто они? – работяги и интеллигенты, музыканты и повара, искатели приключений, себя или правды.О них нужно было написать. Поскольку у каждого из них есть те, кто ждет их дома. Каждый из них – хочет вернуться домой. Но пока у них есть ДЕЛО – общее на всех.Этот текст – о мобилизованных – о "мобиках", как их стали сразу же называть. Немного даже пренебрежительно так. Но оказавшись ТАМ, понимаешь, что с пренебрежением о них говорить не стоит. Они этого...
Алексей Варламов — реалист, он пишет о вещах бывших, произошедших — мемуары о себе самом — младенце, мальчике, подростке, юноше, постоянно забегая вперед и предупреждая читателя о присутствии где-то в будущем себя взрослого, умудрённого, прозревшего. Но он пытается открыть уже задолго до него открытые истины — о лжи советских начальников разного ранга — от пионервожатых до членов ЦК, о фальши всего того, что называлось словом «советский», о прозрении мальчика Колюни, ставшего писателем. Но это...
В книге автор увлеченно рассказывает не только о драматических событиях на Балканах двадцатилетней давности, но и о людях, с которыми он работал в трудных, зачастую опасных условиях, — российских дипломатах, коллегах-миротворцах, вначале на парламентских выборах в Бане-Луке, столице Республики Сербской, а позднее в Северном Косово в штаб-квартире миротворческой миссии ООН. В сложной ситуации жесткого противостояния сербов и албанцев требовался энергичный, общительный и, не в последнюю очередь, с...
Метафизический путеводитель по столице и ее календарю. Литература, посвященная метафизике Москвы, начинается. Странно: метафизика, например, Петербурга — это уже целый корпус книг и эссе, особая часть которого — метафизическое краеведение. Между тем “петербурговедение” — слово ясное: знание города Петра; святого Петра; камня. А “москвоведение”? — знание Москвы, и только: имя города необъяснимо. Это как если бы в слове “астрономия” мы знали лишь значение второго корня. Получилась бы наука...
Действие свежего, эклектичного и дерзкого романа Джеффа Дайера «Влюбиться в Венеции, умереть в Варанаси» разворачивается в двух разных городах — гедонистической Венеции и иррациональном Варанаси. По сути, это отдельные новеллы, тонко связанные между собой почти невидимыми нитями. Два английских журналиста сорока с лишним лет пребывают в поисках любви и экзистенциального смысла. Оба так или иначе находят искомое. Оба шокируют своей откровенностью. Этот изысканный и ни на что не похожий роман,...
Мы часто не замечаем вокруг себя хороших и по-настоящему добрых, отзывчивых людей. Их дела и поступки не всегда хорошо известны, а подвиги порой остаются в тени, особенно, когда это касается повседневной жизни. Но таких людей не так уж мало вокруг, оглянитесь, присмотритесь — и вы увидите их рядом, а может, это как раз про таких как вы?
«Перед солнцем в пятницу» – вторая книга прозаика и драматурга Альбины Гумеровой, куда вошли рассказы разных лет и повесть, посвященная отцу. Героев этой книги объединяет надежда на лучшую жизнь, все они так или иначе стремятся к счастью, внутреннему покою, гармонии, которых достигают не столько путем улучшения внешних обстоятельств, сколько благодаря работе души. «Чтобы жить, чтобы сберечь в себе Человека, нужно заставить душу работать, даже пахать!» – говорит Альбина Гумерова, напоминая нам:...
Бывшая огромная страна, лишенная иллюзий, разрушается, кровоточит, спекается по краям. Сандрик и Мария, выросшие на разных концах постсоветского мира – он в Тбилиси, она на острове Беринга, – казалось бы, никогда не должны встретиться. Но все-таки пути их однажды пересекаются в Берлине, в случайной болевой точке черно-белого города, которому так не хватает любви. Два взрослых человека заново переживают детские воспоминания девяностых, а незатянувшиеся раны воспаляются с прежней силой, и каждая...
Героиня этой истории привыкла жить в тени своей мамы — актрисы, неудовлетворенной карьерой и жизнью. Папа героини — директор психиатрической клиники. После смерти жены он советует дочери разбить действительность на временные квадратики, чтобы снова контролировать свою жизнь. Перед нами двенадцать таких квадратиков — лаконичных, полных мелочей, и сквозь них просвечивает любовь, которую трудно заметить, но еще труднее высказать.