Рассказ
«Дед» наш, Гриша Афанасьев, часто любил рассказывать эту историю. Мы слышали ее каждый раз после какого-нибудь тяжелого дня в море или на стоянке. Первый раз я слышал этот рассказ под утро, после страшной штормовой ночи, когда трепало нас одиннадцатибалльным норд-остом на косе у мыса Мидия, растреклятого и трижды гибельного. Слышал я этот рассказ в Атлантическом, когда шли мы из Америки. Восемь дней бил нас тогда штормяга, нагнало зыби – сила страшная! И утром, на девятые сутки, «дед»,...
Война была в разгаре; в гавани и в городе все двигалось, жило, шумело тревожно и возбужденно. Ждали очередного воздушного налета. Зеркальные окна магазинов были зарешечены наклеенными на стекло бумажными лентами. По вечерам город гасил огни и горели только синевато-фиолетовые фонарики у домов да летели во тьме пригашенные вполсвета фары машин, надевших темные очки. Ночью вдруг начинали по-волчьи выть сирены, взвывали до истошного визга, и город замирал в полной тьме и тревоге. А утром люди...
Пека Дементьев был очень знаменит. Его и сейчас узнают на улице. Он долгое время слыл одним из самых ловких, самых смелых и искусных футболистов Советского Союза. Где бы ни играли – в Москве, в Ленинграде, в Киеве или в Турции, – как только, бывало, выходит на зеленое поле сборная команда СССР, все сейчас же кричат:
– Вон он!.. Вон Дементьев!.. Курносый такой, с чубчиком на лбу… Вон, самый маленький! Ах, молодец Пека!
Обращали ли вы когда-нибудь внимание на скромную и гордую фразу, которая в прежнее время всегда печаталась на футбольной афише: «Матч состоится при всякой погоде»?
И вы можете быть уверены, что, хотя бы прорвало все небесные шлюзы, и тяжкий ливень пал бы на землю, и разразилось бы землетрясение, или свирепый циклон закрутил бы воздух, воду, песок и листья в жгут, как скручивают прачки белье, – все равно болельщики займут свои места на трибуне, и в положенный час судья возвестит начало игры.
Кандидов долгое время был грузчиком. Он работал в порту, на речных пристанях, при железнодорожных пакгаузах, на складах таможни и в тому подобных местах. До вечера он ворочал, носил, складывал, перетаскивал. А вечером, умывшись и наярив штиблеты, шел в цирк. Он приходил к третьему отделению программы. В третьем отделении выступал знаменитый «иллюзионист, фантасмагорист, вентролог и престидижитатор» Альпано, фокусник. Шталмейстер провозглашал выход великого мага. Шершавые ладони Кандидова...
Парочка авантюристов пленяет полковника Джексона Т. Рокингема в расчете на огромный выкуп.
Компаньоны по ремеслу, Питерс и Таккер, на сей раз отправляются в Питсбург, поучить тамошних миллионеров, как нужно делать дела. Но по ходу им приходится немного погрузиться в сферы изящных искусств и антиквариата.
Герой рассказа пытается найти ответ на давно мучающий его вопрос: кто такой прожигатель жизни?
Дуэйн Хант с детства любил страшилки и все что с ними связано. И даже когда-то хотел стать независимым режиссером, но близкие и родные не разделяли его увлечении. Большинство считало — что это глупость и пошлость. И вот одним дождливым вечером, Дуэйну попадается на глаза странное заведение — "ТриллерКиллер". Оказывается — это магазин видеопроката, с хоррор тематикой. Гуляя по залу с любимыми фильмами Хант словно попадает в волшебный мир нереализованных желаний и детских фантазий. И очень скоро...
Теперь, когда смышленый фотограф из журнала «Лайф» нас обнаружил, нет никакого смысла придумывать себе оправдания. Что случилось, то случилось. Возможно, кто-то считает нас кучкой идиотов, но, черт возьми, мы целых два года прекрасно проводили время в нашем сумасшедшем клубе и наслаждались общением с членами нашего тайного общества. И нам чертовски жаль, что все закончилось. И я советую вам не торопиться называть нас безумными, так как вы сильно удивитесь, когда узнаете, какие знаменитости...
Я очень восприимчив к чужому взгляду и хребтом чувствую, когда на меня кто-то смотрит. Поэтому, когда эта девушка снова принялась сверлить меня взглядом, я сразу понял, в чем дело, и, поерзав на стуле, сел так, чтобы видеть ее краем глаза. С виду она была такая же, как и все они — мальчишеская стрижка, длинные черные ресницы, пухлые подвижные губки, коротенький костюмчик с глубоким вырезом и закатанные носки.
Боб Баббит служащий адвокатской конторы, а вечерами завсегдатай баров Бродвея, где проводит время с друзьями из богемы. Однажды он понимает, что вечера он посвящает пьянству, что шутки его плоски, а разговоры — пустая болтовня...
Симпатии Джима Бирнса в русско-японской войне были на стороне японцев.
До тех пор, пока в их депо не появился странный чужеземец, лопочущий на непонятном языке.
«У каждого свой светофор» — так объясняют свою жизненную позицию двое бродяг — молодой Мюррей и Капитан.
Два приятеля застряли в небольшой хижине в занесённых снегом Кордильерах на всю зиму. К счастью в хижине нашлось две книги: сборник поэзии Омара Хаяма и статистический справочник — каждому по книге. Кому же из них повезло больше?