Джеймз Стивенз (1880–1950) — ирландский прозаик, поэт и радиоведущий Би-би-си, классик ирландской литературы XX века, знаток и популяризатор средневековой ирландской языковой традиции. Этот деятельный участник Ирландского возрождения подарил нам пять романов, три авторских сборника сказаний, россыпь малой прозы и невероятно разнообразной поэзии. Стивенз — яркая запоминающаяся звезда в созвездии ирландского модернизма и иронической традиции с сильным ирландским колоритом. На русском языке уже...
Существует такой тип людей, чья жизнь проходит в пути: они не имеют дома и постоянно стремятся куда-то уехать. Скитаясь бесконечно по миру, они берутся за любую временную работу, а потом, бросив все, запрыгивают в товарняк и продолжают свой путь. Их всегда можно заметить в толпе: они отличаются своими не по годам высушенными под палящим солнцем лицами и потерявшими яркость глазами. В народе таких людей называют «перебежчики».
В наушниках "Овсянкин" рассказывал в своей песне про сухую листву в пустом бассейне… Одним апрельским днём… В наушниках одного маленького никчёмного человека, пытающегося держаться за последнюю сухую соломинку.Публикуется в авторской редакции с сохранением авторских орфографии и пунктуации.
Отныне в великолепном синодике давно явленных на русском языке знаменитых романов, созданных писателями «потерянного поколения» — Ремарком, Олдингтоном, Хемингуэем — встанет с ними рядом и на равных — несправедливо и незаслуженно «пропущенный» роман сербского писателя, солдата Первой мировой, Милоша Црнянского. Роман, в котором почти документальное повествование распахивается глубиной и многозначностью художественного полета; роман, в котором автор и его главный герой сходятся и расходятся,...
«Не говори маме» и другие рассказы о романах, своих и чужих, а также воспоминания, статьи, интервью кинодраматурга Наталии Рязанцевой. В книгу известного кинодраматурга Наталии Рязанцевой «одной из самых замкнутых и сдержанных женщин российского кинематографа» (Д. Быков), автора сценариев к фильмам «Чужие письма» «Долгие проводы», «Голос», «Портрет жены художника» вошли воспоминя о работе, любви, дружбе с людьми имена которых стали знаковыми для отечественного киноискусства. Это книга про ВГИК,...
«Вода живая» — экспериментальный роман-размышление о природе жизни и времени важнейшей бразильской писательницы ХХ века Клариси Лиспектор, написанный в форме импровизационного поэтического монолога, на первый план в котором выступают живописные, музыкальные и тактильные свойства текста. Неконвенциональность языка, философская глубина, чувственность и стремление к универсальности не позволяют дать прозе Лиспектор однозначные жанровые определения, увлекая читателя колдовским, демиургическим вихрем...
"Ein Buch fur alle und keinen". Рассказ о том, как вечные ценности постепенно обнаруживаются душой, в контексте попытки осознания смыслов и овладения ситуацией. О том, что эти ценности обязательно входят в поле сознания человека, от которого зависит сказать им "да" или "нет", в чем проявляется его основная свобода и ответственность.
Классическая проза, Исторические приключения, Приключения про индейцев, Для среднего школьного возраста (Подростковая литература) 12+
Один из известных романов классика английской литературы, созданный накануне Гражданской войны между Севером и Югом. В романе дана широкая картина борьбы индейцев против американских колонизаторов.
«В числе первых любимцев короля Станислава Августа Понятовского был великий гетман литовский Михаил Огинский. Давнишнее знакомство с королём, одинаковое воспитание, а главное, сходство характеров и блестящее положение Огинского сближали короля с магнатом. При дворе завидовали Огинскому; все старались повредить ему в мнении короля; но все придворные интриги оставались безуспешны, дружба его к гетману была неразрывна до тех пор, пока, без всяких происков вельмож и царедворцев, вмешалась в это дело...
«Старинная Польша отличалась гостеприимством. „Гость в дом, Бог в дом“ – говорит одна польская пословица. Принять в своем доме гостя и отпустить его от себя вполне довольным, взяв с него обещание приехать снова, было для поляков прежнего покроя одним из высших наслаждений. Чтобы как можно яснее выразить это чувство, сродное впрочем всему славянскому племени, один богатый шляхтич приказал на своем доме сделать следующую надпись: „для приятелей, земляков и соотчичей и во славу Бога построил я этот...
«Княжество Северское было в Речи Посполитой удельным владением князя-епископа краковского, а потому, когда на епископскую кафедру в Кракове сел Пётр Гембицкий, то северская шляхта определила отправить к новому владыке двух послов, которые приветствовали бы от имени её князя-епископа и представили ему о некоторых потребностях его княжества. Выбор послов сопровождался шумным съездом местной шляхты. Дружеская весёлая пирушка была необходимым условием подобных съездов тогдашнего времени...»
«Ещё в Варшаве доходили до короля слухи о необыкновенных способностях пётрковских чиновников и адвокатов напиваться на славу, и так как из лиц, бывших при короле, не нашлось никого, кто был бы достоин сесть с этой целью за королевский стол, то Август приказал призвать к себе того из пётрковских обывателей, который считался самым опытным и самым сильным по этой части. Лестный выбор при этом случае пал на одного шляхтича по фамилии Кульчиковского, и он явился к королю...»
«Кася была девушка лет восемнадцати; прямоте и стройности её стана могли позавидовать любые красавицы Варшавы и Кракова; густая, крепко заплетённая коса высоким бугорком поднималась над тёмными волосами; на смуглом лице Каси пробивался яркий румянец, на щеках её были ямочки, а глазки блестели, как блестят два огонька в бессарабской степи, когда их разведут там в тёмную осеннюю ночь кочевые цыгане около своего табора...»
Город еще горел. Черные хлопья, будто встревоженные птицы, стаей летели из-за бастиона, и кладбищенский лес был затянут сизым удушливым дымом. Он проснулся и, удивленно раскрыв глаза, приподнялся на локтях. Здесь, за крепостным валом и толстыми стенами бастиона, было пугающе тихо. Солдат сел и ошеломленно слушал тишину — непривычную, странную тишину, от которой отвык за годы войны, и она казалась теперь неправдоподобной. Рядом, подстелив пробитые шинели, тяжелым сном спали гвардейцы.
Издательство «Ладомир» представляет собрание избранных произведений австрийского писателя Густава Майринка (1868 — 1932). «Летучие мыши» — восемь завораживающе-таинственных шедевров малой формы, продолжающих традицию фантастического реализма ранних гротесков мастера. «Гигантская штольня все круче уходит вниз. Теряющиеся в темноте пролеты лестниц мириадами ступеней сбегают в бездну...» Там, в кромешной тьме, человеческое Я обретало «новый свет» и новое истинное имя, и только после этого,...
«Дневник войны со свиньями» (1969) стал одной из последних книг знаменитого аргентинского писателя, друга и соавтора X. Л. Борхеса — Адольфо Биоя Касареса (1914–1999). Этот роман, своего рода «Осень патриарха» по-аргентински, повествует (как, впрочем, почти все книги Касареса) о Буэнос-Айресе, но только это уже особенный Буэнос-Айрес: на сей раз, не энигматическая вселенная и не обитель дивных грез, а причудливый и пугающий лабиринт кошмаров, попадая куда, рискуешь всем — особенно если тебе уже...
«Комический роман» Скаррона — одно из наиболее ранних (XVII в.) и ярких произведений буржуазного реализма не только во французской, но и в мировой литературе нового времени. История труппы странствующих актеров дана талантливым мастером «бурлеска» в ряде красочных эпизодов, раскрывающих самые глубины быта французской провинции эпохи абсолютизма. Резко и выразительно написанные, характерные фигуры сталкиваются здесь в грубоватых, но острых положениях. Роман насыщен движением, в котором...
Как удержаться на новой работе, когда ты творческая личность и сегодня выдаешь прекрасные результаты, а завтра готова все бросить и сбежать из офиса в лес? Как ужиться с сестрой, которая постоянно читает нотации и, похоже, взяла на себя роль матери? А общение с человеком, которого твоя семья считает врагом, — что с этим делать? Вероника пытается найти ответы на эти вопросы и, кажется, неплохо справляется…