Второй том дневника Александра Маркина, московского филолога-германиста, специалиста по творчеству Альфреда Деблина.
Мать насмерть застирала младенца в стиральной машине! Женщина годами прятала трупик новорожденного в морозилке! Повседневность Маркина колеблется между трагедией и мелодрамой. Современная московская версия «Физиологии Петербурга». Патография постсоветской жизни.
Автор вспоминает о своей работе в годы Великой Отечественной войны следователем Особого отдела НКВД (позже отдела контрразведки «Смерш») в литовских соединениях — 179-й стрелковой и 16-й Краснознаменной Клайпедской стрелковой дивизиях. Он рассказывает о беспредельной преданности Родине, мужестве и высоком воинском мастерстве бойцов, командиров и политработников, о борьбе военных чекистов против вражеской агентуры. Книга рассчитана на массового читателя.
Виталий Вольф (р. 1933) – живописец, график, плакатист, книжный дизайнер. Автор серии плакатов Марселя Марсо, театра Жана-Луи Барро, к фильмам “Интервенция” и “Возвращение броненосца” Геннадия Полоки, “Скверный анекдот” и многих других. В этой книге – история московского мальчика, сына врагов народа, ставшего известным художником; семья, ушедшая в революцию – и сгинувшая в ней; случайные встречи (юный художник Коля Дмитриев, Лев Кассиль, Юрий Либединский, Наталия Сац, Валентин Катаев, Илья...
Чекистам Сталинградского управления НКВД ПОСВЯЩАЕТСЯ. Автор. Когда мне приходится бывать в городе-герое Волгограде, я первым делом иду на высокий и крутой берег речки Царицы (Пионерки). Я подхожу к семнадцатиметровому постаменту, на котором, обратясь лицом к великой русской реке, возвышается пятиметровая бронзовая скульптура воина-чекиста. Над головой, в крепко...
Автор, Герой Советского Союза Д. В. Емлютин, возглавлявший во время войны партизанские отряды на Брянщине, увлекательно рассказывает о героических делах бойцов, командиров, разведчиков, на долю которых выпали суровые испытания.
Читатель узнает о бессмертных подвигах Александра Подымалкина. Яши Бугаева, братьев Кугуриных и других партизан, боровшихся с фашистами в Брянских лесах.
Игорь Вацетис – загадочный персонаж в современной литературе. Критики ведут спор о достоинствах его сочинений, публикуется проза, с успехом идут спектакли по его пьесам «Предбанник» и «Провокация», а о самом Вацетисе по-прежнему известно на удивление мало… Близкий друг Вацетиса Сергей Юрский приоткрыл завесу тайны и написал книгу, в которую вошли проза и пьесы Игоря Вацетиса с комментариями известного актера.
«О библиотеке Максимилиана Волошина давно ходят легенды. Вдали от центров культуры, на пустынном коктебельском побережье, в лихолетья войн — сколько раз она могла быть уничтожена, распродана по частям! О ее исключительной ценности еще в 1935 году писал такой знаток книги, как А. А. Сидоров: „Здесь я нахожу ряд книг, отсутствующих в лучших библиотеках Москвы; первоиздания французских поэтов и писателей конца XIX — начала XX века, ряд ценнейших монографий по французскому искусству, комплекты...
В лесах и болотах Северо-Западного фронта в первые годы Великой Отечественной войны зародилась мысль об этой книге. Боевые друзья — командиры нашей славной дивизии, под знаменами которой мы сражались с немецко-фашистскими захватчиками, мечтали описать фронтовую жизнь такой, как она есть, без всяких прикрас и скидок на нашу неопытность и промахи. Мы мечтали посмотреть на самих себя и на свои боевые дела со стороны, много лет спустя, в мирной обстановке, быть может, за чашкой чая. Мы обещали...
Автор этой книги, Борис Владимирович Зылев, сумел создать исключительно интересное, яркое описание первых, самых тяжелых месяцев войны. Сотрудники нашего университета, многие из которых являются его учениками, помнят его как замечательного педагога, историка МИИТа и железнодорожного транспорта. В 1941 году Борис Владимирович Зылев ушел добровольцем на фронт командиром взвода 6-ой дивизии Народного ополчения Москвы, в которую вошли 300 работников МИИТа. Многие из них отдали свои жизни, обороняя...
На материале биографий Уинстона Черчилля и Джорджа Оруэлла автор показывает, что два этих непохожих друг на друга человека больше других своих современников повлияли на идеологическое устройство послевоенного западного общества. Их оружием было слово, а их книги и выступления и сегодня оказывают огромное влияние на миллионы людей. Сосредоточившись на самом плодотворном отрезке их жизней – 1930х–1940-х годах, Томас Рикс не только рисует точные психологические портреты своих героев, но и...
...Моя жизнь оказалась частью истории, странное ощущение, особенно, когда читаешь о себе, написанное чужими людьми. И здесь, на последних страницах, хочу сказать, что я думаю о том времени. Даже несмотря на роковые встречи, весёлые и трагические дни, несмотря на нестерпимую боль, я не хотела бы изменить в своей жизни ни одного дня. Как бы там ни было, это было и это было весело.
Перевод: sasikainen, 27 октября 2013, Париж
...Не проходит и дня, чтобы я не вспоминал брата. И что бы ни произошло в моей жизни, я никогда не забуду его фантастические рассказы и то, чему он меня учил. К тому же он продолжает жить в искусстве, которому положил начало, и с каждым новым поколением оставляет после себя следы признательности и любви.
Перевод Саши Виноградова, Анси, Верхняя Савойя, 24 августа 2014 года
Его жизнь разделилась на «до» и «после» 19 сентября 2008 года. Как жить после того, как посмотрел в глаза смерти? Автобиография легендарного барабанщика BLINK-182 Трэвиса Баркера, написанная музыкантом после авиакатастрофы, – это своеобразное переосмысление ценностей. Семья, звание одного из лучших в мире барабанщиков, деньги, слава рок-звезды, гастроли… и все это может исчезнуть в любой момент. Трэвис честно расскажет о том, как BLINK-182 стали звездами, покажет памятные для него моменты...
Однажды Королёва спросили: «Кто может дать гарантию, что Луна твердая?» Ответ на этот вопрос мог стоить жизней, никто не хотел брать на себя ответственность. А Королёв оторвал клочок газеты и уверенно написал: «Луна твёрдая» и подписался. Он оказался прав. Эта книга расскажет детям про удивительного человека, без которого космические победы СССР не были бы возможны. Сергей Королёв был не только талантливым конструктором, но еще и гениальным менеджером, лидером, умеющим находить подход к людям,...
Вместе с Джанис Вы пройдёте от четырёхдолларовых выступлений в кафешках до пятидесяти тысяч за вечер и миллионных сборов с продаж пластинок. Вместе с Джанис Вы скурите тонны травы, проглотите кубометры спидов и истратите на себя невообразимое количество кислоты и смака, выпьете цистерны Южного Комфорта, текилы и русской водки. Вместе с Джанис Вы сблизитесь со многими звёздами от Кантри Джо и Криса Кристоферсона до безвестных, снятых ею прямо с улицы хорошеньких блондинчиков. Вместе с Джанис...
За две недели до тридцатилетия Марк Болан погиб в трагической катастрофе. Машина, пассажиром которой был рок–идол, ехала рано утром по одной из узких дорог Южного Лондона, и когда на её пути оказался горбатый железнодорожный мост, она потеряла управление и врезалась в дерево. Он скончался мгновенно. В тот же день национальные газеты поместили новость об этой роковой катастрофе на первых страницах. Мир поп музыки был ошеломлён. Сотни поклонников оплакивали смерть своего идола, едва не превратив...
Повесть А. Штейна посвящена жизни, деятельности и драматической судьбе известного ученого-биохимика Бориса Ильича Збарского, получившего и выполнившего правительственное задание — физически сохранить тело Ленина. Судьба Збарского прочно вписана в свое время, а это — двадцатые, тридцатые, сороковые, пятидесятые годы. Писатель рассказывает о трагедии, которую видел и пережил сам, о том, что испытали и пережили его близкие и родные.
«Автор объединил несколько произведений под одной обложкой, украсив ее замечательной собственной фотоработой, и дал название всей книге по самому значащему для него — „Соло для одного“. Соло — это что-то отдельно исполненное, а для одного — вероятно, для сына, которому посвящается, или для друга, многолетняя переписка с которым легла в основу задуманного? Может быть, замысел прост. Автор как бы просто взял и опубликовал с небольшими комментариями то, что давно лежало в тумбочке. Помните, у...