Цитаты

я, конечно, ужасно себя чувствовала, но в принципе могло быть и хуже. Если б, скажем, я покончила с собой.

Хорош в постели

Дженнифер Уайнер

Современная американка... Она любит свою работу, своих друзей и свою собаку. Она получает удовольствие от секса и вечеринок. Она РЕШИТЕЛЬНО не страдает от того, что ее пышные формы не соответствуют «супермодельным» нормам. Она умна, иронична и уверена в себе... БЫЛА. Потому что одна-единственная статья в глянцевом журнале ИЗМЕНИЛА ВСЕ. Ведь эта статья написана ее бывшим любовником. Ах так!..

Это была белошвейка с Итальянской улицы, подружка Лыкова в его холостяцкую пору. Осенью восемьдесят третьего, посватавшись к Вареньке Нефедьевой и получив согласие, Алексей простился с ней. Веселая и непритязательная девушка не обиделась – она знала, что это неизбежно. Деньги у Лыкова тогда были: он получил сто тысяч за возврат в казну ворованного кабинетского золота. И молодой богач расстался красиво. Он подарил Анюте тысячу рублей «на обзаведение» и кольцо с настоящим бриллиантом. Любовники простились навсегда. Белошвейка обязалась век помнить милого дружка… И вот спустя восемь лет они встретились на краю Марсова поля!
Анюта разглядывала костюм Лыкова, словно тот был турецким султаном.
– Ты… вы…
– Какое еще «вы», Анютка! – Лыков схватил женщину за талию, поднял, поцеловал в губы и вернул на землю. – Это же я, Алексей! Здравствуй! Так рад тебя видеть!
– Я тоже, – покраснев то ли от поцелуя, то ли от неожиданности, ответила белошвейка. – Какой ты, однако, стал! Мундир с галунами… Ты случаем не в превосходительства вышел?
– Нет, что ты. Я всего навсего надворный, а мундир камер юнкера. Ходил тут… к одному индюку. А что ты? Замужем? Есть детки?
– Да, я теперь госпожа Букина. Сыну Васеньке пять годков, дочке Оленьке полтора.
– И кто сей счастливец?
– У Игнатия Селиверстовича мастерская.
– Торговый человек? Чем занимается?
– Сейчас скажу, – рассмеялась Анюта. – Я чуть не год учила. Длинное предлинное название. Сейчас… Мастерская по производству гильзо мундштучных и табачно набивочных машин, вот!
– Серьезное дело, – одобрил Алексей. – Ты что, обаяла старика своим веселым нравом? Раз он взял тебя, бесприданницу, в жены.
Женщина повертела у него перед носом рукой со знакомым перстнем.
– Помнишь? Твой подарок. Он помог, да еще твоя же тысяча. Я ведь ее берегла. Игнаша мой вовсе не старик, и мастерскую мы в складчину затеяли. Перстень целый год в закладе лежал. И выкупили мы его назад! Так что спасибо, Алешенька, за твои презенты, они нам помогли на ноги встать. Дело тихонько, но идет; кормит наше семейство, и слава богу! А ты как? Тоже детки имеются?
– Трое! Два близнеца сорванца и дочка принцесса! Жена попалась богатая, можно было бы и не служить, да только я без службы не умею.
– Все ловишь страшных людей? Ох, Лешенька… Как же супруга твоя не боится? Я бы не смогла. Поперек порога легла бы, а упросила тебя поменять.
– И она боится, – просто ответил Лыков. – Ну да Бог милостив. Я теперь все больше бумажками занимаюсь, уж забыл, когда револьвер в карман совал.
Анюта хихикнула:
– Помню я твой… револьвер. Зашел бы в гости, а? По старой памяти. Игнаша в Германию уехал, патентованный станок покупать. Я детишек к соседке сплавлю. Чай столько лет не видались, есть что перебрать.
Лыков будто заново посмотрел на нее. Молодая, не утратившая девичьей стати и сделавшаяся даже женственней… Анюта стояла такая знакомая, такая своя родная, и так хотелось ее обнять… И он не выдержал.
– Говори адрес.
– Архиерейская улица, пятый дом, по первой лестнице четвертая квартира. Когда тебя ждать?
– Завтра к семи.
Лыков на глазах у всех бесстыдно поцеловал Анюту, сел на извозчика и уехал. Едва успел до Моховой успокоиться и потушить блеск в глазах…

Убийство церемониймейстера

Николай Свечин

В Петербурге убит церемониймейстер Двора Его Императорского Величества! Неутомимый сыщик Алексей Лыков принимается за расследование этого громкого дела. На первый взгляд все кажется простым и понятным – убийство совершено с целью ограбления. Подозрение сразу же падает на пропавшего лакея. Но Лыков не спешит соглашаться с этой версией – очевидность улик слишком подозрительна. Распутывая клубок придворных интриг, сыщик понимает, что ограбление было лишь прикрытием…

… всеобщая грамотность дала человеку не разум, а набор штампов, смазанных краской из рекламных слоганов, передовиц, опубликованных научных данных, жвачки, желтых листков и избитых исторических сведений – из всего, чего угодно, но только не из оригинальности мышления. У миллионов людей этот набор штампов одинаков, и если на эти миллионы воздействовать одним и тем же стимулом, отклик тоже получится одинаковый.

Да, в Италии есть кое-какие симпатичные постройки — иные из них на самом деле почти не уступают в симпатичности некоторым постройкам во Франции. Да, там жило несколько великих художников. Но как насчет Рембрандта и Ван Гога, которые оба голландцы? Значит ли это, что современные голландские авто должны быть приятны глазу? Правда? Тогда как объяснить Mitsubishi Carisma (которую собирали на заводе в Голландии)?В любом случае, даже если итальянцы в былые века хорошо умели возводить здания, не факт, что они сберегли те гены доныне. Мы когда-то хорошо строили мосты, тоннели и поезда. А теперь даже до Манчестера не доедешь, не разорившись и не убившись.Увы, и я не меньше других виновен в фабрикации итальянского мифа. Я не раз заявлял, что итальянцы просто не могут делать некрасивые машины уже потому, что их все время окружает красота. Это чушь. Ferrari базируется в Маранелло, одном из самых кошмарных городов мира.Пора отбросить стереотип о красавцах-итальянцах, у которых за окном конструкторского бюро — пьяццо XII века, а за дверью — секретарша с ногами длиной 2500 километров.

Без тормозов. Мои годы в Top Gear

Джереми Кларксон

Джереми Кларксон — известный журналист, сотрудничал со специализированными автомобильными журналами. С 1988 года — знаменитый ведущий программы Top Gear на британском телевидении, известен своим «острым языком». Его обаяние, своеобразный грубоватый юмор, бескомпромиссность при оценке технических характеристик автомобилей сделали программу суперпопулярной. Некоторое время программа выходила с другим ведущим, но затем Кларксон вернулся в измененное шоу Top Gear. Время передачи увеличилось до...

– Нет, Мартын Степаныч, извините меня: вы насчёт его несколько ослеплены. Если товарищи отворачиваются от мальчика, то это уж самая плохая для него аттестация, и я убеждён, что не будь Гурьева, подбивающего других, не было бы и такого поголовного протеста. Он, во всяком случае, достоин не меньшей кары, как и прочие. Но чтобы не было новых столкновений, его можно запереть отдельно, например, в классной комнате.

Отроческие годы Пушкина

Василий Авенариус

В однотомник знаменитого беллетриста конца XIX — начала XX в. Василия Петровича Авенариуса (1839 — 1923) вошла знаменитая биографическая повесть "Отроческие годы Пушкина", в которой живо и подробно описывается молодость великого русского поэта.

Что такое, в конце концов, сон, если не процесс, посредством которого мы сваливаем своё безумие в тёмную яму подсознания, а потом выходим с другой стороны, готовые позавтракать овсянкой, а не детьми соседа?

Государство подобно большому кораблю с многочисленной командой: нелегко изменить однажды взятый курс, даже если подобное изменение необходимо и разумно

Перст указующий

Йен Пирс

Англия, 1663 г. Отравлен декан Оксфордского университета. За убийство осуждена и повешена молоденькая служанка. Что же случилось? Перед вами четыре рукописи четырёх свидетелей случившегося – врача, богослова, тайного агента разведки и антиквара. Четыре версии случившегося. Четыре расследования. Лабиринт шпионских и дипломатических интриг и отчаянных человеческих страстей. Здесь каждый автор дополняет выводы других – и опровергает их. Кто прав? Один из четверых – или все четверо? А может, и...

Если вы занимаетесь умственной работой, то поможет подход Pomodoro: вы фокусируетесь на задаче и работаете интервально — 25 минут работы, 5 минут перерыв, 25 минут работы, 5 минут перерыв... По своей практике знаю: это реально фокусирует и ускоряет. Установите себе на телефон приложение doPomodoro, попробуйте поработать с ним. Вам должно понравиться.

Номер 1. Как стать лучшим в том, что ты делаешь

Игорь Манн

Многие заявляют «Хочу стать номером 1 в своей сфере деятельности», но мало кто действительно делает что-то для этого, тем более в оговоренный срок. Неудивительно: «сделать себя самому» непросто: требуется системный подход и внимание к деталям. Эта книга как раз и предлагает чек-лист, который легко модифицировать под вас лично. После прочтения и заполнения специальных таблиц (срез сильных и слабых качеств, определение приоритетов, пути развития ключевых навыков, изменение имиджа, методы...

Нельзя менять мир по своему хотению… – по щучьему велению, может, и ладно бы, но для этого, во-первых, щуку иметь надо, а во-вторых, дураком быть, Емелей. Он щуки не имеет… так что вопрос, дурак он или нет, на фоне отсутствия щуки теряет смысл. Хотя, наверное, дурак. Только дурак без щуки, то есть совсем безнадежный: мало того, что дурак, так еще и без связей. Интересная типология: дураки делятся на две основные группы – дураки без щуки и дураки со щукой…

Translit

Евгений Клюев

Время в этом романе о путешественнике, застигнутом вулканическим облаком на пути из Москвы в Копенгаген, движется настолько хаотично, что пространство начинает распадаться на составляющие, увлекая героя в разные измерения его собственного «я». В каком из этих измерений – подлинное «я», какое из многих «я» доберется в конце концов до цели и какова вообще цель нашего путешествия через пространство и время – решать читателю. Предупредить же его следует лишь об одном: о необходимости быть очень...

На таких людей невозможно сердиться, когда они вам в чем-либо отказывают, ведь они могут забрать у вас и то, что еще осталось.

До свидания там, наверху

Пьер Леметр

«До свидания там, наверху» – новый роман Пьера Леметра, который можно было бы назвать «Живые и мертвые». Выжить на Первой мировой, длившейся долгих четыре года, – огромное счастье и огромное везение. Так почему герои романа «До свидания там, наверху», художник Эдуар и его друг Альбер, чудом уцелевшие в кровавой бойне, завидуют павшим товарищам, а их несбыточной мечтой оказываются новые ботинки и ампула с морфином? Тогда как хладнокровно распоряжавшийся их жизнями капитан Анри д’Олнэ-Прадель с...

Я просто думаю, — неуверенно заговорил он после короткого молчания, — что похороны очень похожи на саму смерть. У тебя могут быть какие-то пожелания, какие-то планы, но в конце концов ты уже ничего не контролируешь.

Он никогда не надевал носков. Просто не мог. Но в макдональдсе принято носить стандартную обувь. А это подразумевает и носки. Крис подчинися правилам, но едва закончилась смена, - вжик! Он тут же стягивал носки. То есть вообще первым делом. Думаю, чтобы показать, что мы им не владеем.

В диких условиях

Джон Кракауэр

В апреле 1992 года молодой человек из обеспеченной семьи добирается автостопом до Аляски, где в полном одиночестве, добывая пропитание охотой и собирательством, живет в заброшенном автобусе – в совершенно диких условиях… Реальная история Криса Маккэндлесса стала известной на весь мир благодаря мастерству известного писателя Джона Кракауэра и блестящей экранизации Шона Пенна. Знаменитый актер и режиссер прочитал книгу за одну ночь и затем в течение 10 лет добивался от родственников Криса...

«Все мы задним умом крепки.»

Клиника: анатомия жизни

Артур Хейли

Артур Хейли — классик современной американской литературы. Его произведения — это своеобразные «куски жизни». Аэропорт, отель, больница, Уолл-стрит — всякий раз замкнутое пространство, в котором переплетаются страсти, амбиции и — судьбы. Такова жизнь. Таковы и романы Хейли. Больница. Здесь лечат и спасают людей. Вот единственное, по сути, отличие больницы от любого другого замкнутого коллектива — магазина, офиса, отеля, издательства. Здесь заводят служебные романы, враждуют, делают карьеру —...

Может, это и есть религия: когда бросаешься со скалы, надеясь, что тебя подхватит кто-то большой и заботливый.

Куда ты пропала, Бернадетт?

Мария Семпл

Бернадетт Фокс бесследно исчезла за два дня до Рождества. За день до отъезда в обещанный дочери в награду за отличную учебу семейный круиз в Антарктиду… Окружающие привыкли к странностям Бернадетт: она почти не выходит из дому, не ухаживает за газоном, отказывается заседать в родительском комитете, школьных мамашек называет не иначе как «мошкарой» и сорит деньгами так, как будто они ничего не значат. Еще она не снимает темных очков, однажды заснула на диване в аптеке и… организацию всех бытовых...

Вся прелесть в том, что мы обречены И каждый миг для нас - всегда последний

Стихи

Андрей Лысиков

Перед вами первый поэтический сборник, в который вошли как изданные, так и никогда не публиковавшиеся ранее тексты. Андрей Лысиков – поэт удивительно разносторонний, он и нежный лирик, отличающийся искренностью на грани фола, и автор предельно жёстких, честных текстов. В книге использованы иллюстрации испанского художника Pablo S. Herrero.

Мы вспомнили все сказки, и в них все всегда хорошо кончалось. <...> А в жизни, получается, никаких тебе чудес?

Машка как символ веры

Светлана Варфоломеева

Автор повести «Машка как символ веры» – доктор медицинских наук, профессор, главный детский онколог Центрального федерального округа РФ. Заведует отделением детской и подростковой онкологии Федерального научно-клинического центра детской гематологии, онкологии и иммунологии. Когда заболевает Машка – вредная и противная маленькая Машка, – вся семья сплачивается вокруг нее. Беда переворачивает привычную налаженную жизнь вверх тормашками, заставляя забыть о ненужных спорах, ссорах и обидах,...

Я помахал рукой вслед исчезающему видению и подумал, что, наверное, этот мир справедливее того, из которого я сюда попал, хотя бы потому, что здесь есть своя богиня справедливости.

- Ты сказал, что хочешь учиться, - сказал он. - Так вот, послушай. Первейшая обязанность человека оставаться живым. А уже потом следует то, что люди именуют честью. [...] Всегда помни это и живи так, чтобы быть не героем, а живым.

Сицилиец

Марио Пьюзо

Роман знаменитого американского писателя Марио Пьюзо 'Сицилиец' принято считать продолжением 'Крестного отца' — ведь в нем рассказывается о судьбе Майкла, младшего сына дона Корлеоне. Эта книга о дружбе и вражде, любви и ненависти, сицилийском законе омерты и бесконечной вендетте — проблемах, которые всегда привлекали внимание Марио Пьюзо, большого знатока человеческой психологии, а в особенности — психологии людей, преступивших закон.

Цыганский глаз — волчий глаз, говорит испанская поговорка, и это — верное замечание. Если вам некогда ходить в зоологический сад, чтобы изучать взгляд волка, посмотрите на вашу кошку, когда она подстерегает воробья.

Совпадения – самые злостные враги истины.

– Я ПРЕВРАЩУ СЕМЬ ДЕВИЦ КОРОЛЕВСКОЙ КРОВИ В СЕМЬ ЧЕРНЫХ ЛЕБЕДЕЙ! – Помолчав, она решила добавить для пущего эффекта: – Йо-хо-хо. – Что должно было, по ее мнению, означать коварный и жестокий хохот.

Мисс Ведьма

Ева Ибботсон

Когда Арриману Ужасному наскучило его колдовское ремесло, он долго ждал себе замены. Однако новый колдун, предсказанный цыганкой, так и не появился. Оставалось одно – жениться на ведьме и произвести на свет наследника. Но какую ведьму выбрать? Объявляется конкурс «Мисс Ведьма». Чья магия окажется самой зловещей и губительной, та участница и станет женой Арримана. Черные ведьмы без труда справляются с заданием и демонстрируют свои чары – одни страшнее других. А чем может поразить колдуна белая...

Брак не помог бы им сохранить отношения, скорее наоборот: если они до сих пор не поженились, на это должна быть причина.

За все грехи

Ирэне Као

Новая сверхчувственная история от Ирэне Као, автора непревзойденной ИТАЛЬЯНСКОЙ ТРИЛОГИИ: «Я СМОТРЮ НА ТЕБЯ», «Я ЧУВСТВУЮ ТЕБЯ», «Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ», – которой зачитывается весь мир… Всю жизнь он возводил вокруг себя стену, а она разрушила ее при первой же встрече. У него была идеальная спутница, которую он оставил ради ее несовершенства. Она решительно вошла в его мир, бросив все, что имело значение. Она привыкла нарушать границы, но никогда еще не заходила так далеко… Итальянская дилогия «ЗА ВСЕ...

А вы знаете, главное – это все-таки хотеть быть вместе и поэтому постоянно идти друг другу навстречу, прислушиваться друг к другу. Еще важно быть доброжелательным, побольше улыбаться и, если чувствуешь, что что-то не выходит, превратить все в шутку.

Портрет в сиреневых тонах и другие истории (сборник)

Елена Ронина

Проза Елены Рониной – это женский взгляд на жизнь. В ней есть любовь и ее ожидание, понятия о приличиях и манерах, есть гармония и непростой путь к ней. Героини Е. Рониной умны, чувственны, доброжелательны. Ее рассказы объединяет основная идея: главное в нашей жизни – семья, и нужно уметь выстраивать отношения между мужчиной и женщиной, мужем и женой, родителями и детьми. Счастье семейной жизни в наших руках, – оно зависит только от нас самих.

Тут вдруг неожиданно заговорил поручик Корнилов:
– В начале марта я стал свидетелем ссоры Тринитатского с Веселаго и Кокоткиным.
– Где?
– В Офицерском собрании. Случайно, мимоходом.
– Они угрожали штабс ротмистру? – догадался Лыков.
– Угрожали, но тем, чем имели право угрожать – дуэлью.
– А что Тринитатский?
– Сказал: присылайте секундантов, я вас не боюсь.
– Чем все закончилось?
Корнилов ответил не сразу.
– У меня сложилось впечатление, – сказал он, тщательно выбирая слова, – что интенданты сами перепугались такого ответа. Они полагали, что топограф побоится ссориться со столь влиятельными в гарнизоне людьми. А он отшил. Так отшил, что любо дорого! Оружие, сказал он, выбирает тот, кого вызвали. А я стреляю без промаха. Вызывайте! И ребята побледнели…

Туркестан

Николай Свечин

Июнь 1894 года. Алексей Лыков второй год, как в отставке. Теперь он частное лицо, и занимается делами своего имения. Друг и управляющий Яан Титус помогает ему. Вдвоем лесопромышленники выехали в Туркестан. Там ведется масштабное строительство железных дорог, нужны шпалы, а своего леса мало. Есть возможность подписать очень выгодный контракт. Но всем в крае ведают военные, а закупки ведут интенданты Туркестанского военного округа. Они требуют взяток. Лыков с Титусом прибывают в Ташкент, столицу...

Да не про то, говорю же. Не в олигархах дело, не в плотине, алюминии… И не в том даже, что мы свою родину потеряли. Не от этого тошно.– А от чего? – суховато спросил старик Мерзляков.– Ну, мне вот лично не от этого. Я, как… как вы видели, знаете, никогда особо этой деревенской жизни не радовался. На огород меня силком жена тянула. Грядку выполоть – хуже, чем повеситься… Мне легче было трактор перебрать, чем картошку протяпать. Ну не лежала душа, с детства не лежала… А теперь маюсь, и снится огород этот чёртов, двор свой, хоть и жаловаться вроде грех – квартиру нормальную дали, работа – не копейки платят, тем боле не на горбу таскаю мешки, а тележкой, цивилизованно…– И к чему ты все это? – устав слушать, поторопил Виктор.– К тому, что не саму деревню нам жалко. Ладно, – поймав глаза мужиков, Генка поправился, – мне, о себе говорю… Не деревню саму и эту жизнь деревенскую, а… Там я жил, томился по чему-то такому, по другому. И вот попал в другое, и чувствую – потерял защиту… Не такую, что, в смысле, от земли оторвали, а… а другую какую-то… Как объяснить?..– Чего-то ты такое загнул, что сам вон запутался, – усмехнулся Игнатий Андреевич. – Скажи прямо: скучаю по деревне, жалко…– Скучаю. Скучаю, но не потому, что мне там хорошо было. Хм, – Геннадий усмехнулся пришедшему сравнению, но все же произнес его: – Так вот некоторые, слышал, по тюрьме скучают.– Ну-у!– Или по армии. По армии же скучаете? А точней всего, думаю, это как если монастырь закрыть и монахов разогнать, чтоб они в миру жили… Они будут жить и мучиться, о своем монастыре плакать.

Зона затопления

Роман Сенчин

У Романа Сенчина репутация автора, который мастерски ставит острые социальные вопросы и обладает своим ярко выраженным стилем. Лауреат и финалист премий «Большая книга», «Русский Букер», «Национальный бестселлер», «Ясная Поляна». В новом романе «Зона затопления» жителей старинных сибирских деревень в спешном порядке переселяют в город – на этом месте будет Богучанская ГЭС. Автор не боится параллели с «Прощанием с Матерой», посвящение Валентину Распутину открывает роман. Люди «зоны» – среди них...