Дроу я обнаружила в компании дегустаторов настойки «Клюква на коньяке», которые уже так наклюкались, что говорили с запятыми через каждую букву, ведя при этом старый как мир диалог глубокомысленного содержания, типа: «А ты меня уважаешь?» Так что вовремя я явно не успела.
Все встреченные женщины, в отличие от поджарых сухощавых мужчин, были крупные, дородные, и очень красивые. Я на их фоне смотрелась бледной заморенной молью, у которой из шкафа забрали даже последние старые шерстяные носки - мелкая, худая, белокожая.
Все-таки мужчины – как дети, в любом возрасте. Интересно, вот этому экземпляру сколько лет? Или веков? А реакция что у него, что у шестнадцатилетнего парня одинаковая: стоит сказать, что не интересен, – и все, из кожи вон лезть будет, чтобы доказать, что он самый-самый и круче его только горы.
Кстати, Шер-то, оказывается, старый хрыч! Это ж надо – семьсот семьдесят семь лет… А выглядит как новенький.
Что куплено на глаз, не надевается на ногу.
Как-то весь запас приличных слов вдруг резко исчез из головы, а все то, что осталось, относилось к великому и могучему, но исключительно матерному языку.
У меня сердце уже пыталось вылезти из горла, чтобы тоже посмотреть, что ж там такое показывают, что глаза сейчас вывалятся.
Нет, ну каков нахал! Жениться он на мне не хочет. И неважно, что я сама не хочу замуж, мне за себя обидно, между прочим.
Вот где это видано – умудриться заполучить сразу двух невероятно красивых мужей и при этом не иметь возможности использовать по назначению ни одного?
Мозг категорически отказывался принимать то, что услышал, как правду и вообще затих, заявив, что не собирается участвовать в этом празднике в дурдоме.
Если вовремя не поцеловаться, то можно навсегда остаться просто друзьями...
Как видно, разум на планете – величина постоянная, а население все растет.
- Любимая, раскрывай глазки. Хватит так бессовестно подслушивать.
- А можно подслушивать совестно? – заинтересовалась Даша.
— Мальчики, не спорим, — решила побыть миротворцем Юля.
— А мы и не спорим, — успокоил ее Игорь. — Мы просто вырабатываем общую позицию.
Как говорил преподаватель физподготовки майор Уточкин, отправляя на очередной круг вечерней пробежки мою уставшую тушку: «Жизнь как бокс, опустишь руки, Катерина, и тут же получишь по физиономии. А если бодро прыгаешь, то выиграешь хотя бы по очкам».
Что касается бурного романа Даши с куратором. По сведениям владыки он сошел на нет… Словно эти двое, дотянувшись до запретного плода и насытившись им, обнаружили, что… Это яблоко как яблоко. Ничего особенного. И сами удивились: чего было целый сад городить…
Короче, Арину конкретно так плющило и, как выражалась дочь мясника, учившаяся в моей школе, - колбасило!
Кто-то должен умные мысли озвучивать, когда остальные совершают глупые поступки.
- Тогда не беси старушку, - предупредила баба Эля. – Вижу-то я плохо, зато стреляю уверенно.
Собирая осколочки своей жизни, пытаясь сложить хотя бы простейший рисунок, отчаянно боялась любых новых потрясений. А любая новость о муже ими станет – я не сомневалась.
Я подняла голову от книги, которую мы с волчонком рассматривали и по которой Валиэль пытался учить меня эльфийскому языку. Надо признаться, весьма успешно.
За те две недели, что мы в пути, весь список выражений, которыми можно было ненароком до глубины души оскорбить своего собеседника, я произносила на автомате.
Эх… Надо было в юридический поступать. Или… медицинский. Чтобы знать, в какие места иголки засовывать для пущей разговорчивости.
Ближе всех подбирался к такому моему состоянию Олейор. Но… Ему хватало чувства самосохранения, чтобы балансировать на грани и не узнать, на что способна влюбленная женщина, когда ее доводят до состояния хищницы, у которой изо рта вырывают кусок парного мяса.
Все, в бокале снова пусто. Но третий я себе уже не позволю. Без того по телу словно не кровь, а кипящая лава бежит. Так и хочется пойти и как минимум оркам какую-нибудь внушительную разборку устроить. С захватом их территорий в свое безраздельное пользование.
Одно интересно, как ему удалось притащить в этот зал моего бывшего мужчину. С той самой блондинкой, при одном взгляде на которую у меня возникает неконтролируемое желание сделать ей депиляцию на голове. Ручным способом. Вырывая по одному волоску собственными руками.