А ваши апельсины, они что, страны или люди, пожелал уточнить Тертулиано Максимо Афонсо. Внутри страны они люди, а в мире они страны, и поскольку нет существует стран без людей, гниение неизбежно начинается с них.
История убитой монахини должна была войти в каждый дом. Наверняка станет главным сюжетом новостей, подумала
Джейн, ведь мы все с любопытством относимся к монахиням. Их жизнь, предполагающая полное отречение от секса и отшельничество, интригует не меньше, чем вопрос, что же скрывается под их черными монашескими платьями. Именно обет целомудрия представляется самым загадочным; мы не перестаем удивляться, как может человек противиться самому сильному из всех свойственных ему желаний, отвергать то, что назначено ему природой.
Их чистота и непорочность возбуждают.
свет был золотистый, богатый и какой-то весомый
Наша окружающая среда сильно влияет на то, кто мы такие, чего хотим и что делаем. Люди представляют собой продукт своего общества.
В длительной скорби нет ничего героического - одна слабость.
Баланс сил сам по себе не может обеспечить мир, однако, если он тщательно проработан и неукоснительно соблюдается, этот баланс может ограничивать масштабы и частоту фундаментальных противостояний и не допустить их превращения в глобальную катастрофу.
сейчас я буду лютовать!
Теперь я много читаю. Читаю слова других людей-не свои-мои давно закончились .
Если Вы можете мыслить неограниченно, и находить людей, которые говорили бы Вам: «Да, я знаю, как это сделать и я буду рад научить Вас» – Ваша жизнь станет легче.
Русское офицерство и до войны, по существу, не было закрытой кастой. Даже в числе генералов на видных постах находились люди, вышедшие, в полном смысле слова, из рядов простого народа. Сам генерал Корнилов был сыном простого казака-крестьянина. Условия службы, корпоративная честь, наличие гвардии придавали тот внешний кастовый облик, который вводил в заблуждение тех, кто, не зная нашей армии, читал про нее только памфлеты.
Русское офицерство в основе своей было очень демократично. Обычаи, установившиеся в нашей армии, часто расходились с уставами, изданными под сильным немецким влиянием. Обычай не только смягчал их, но заставлял в дальнейшей переработке принимать дух нашей армии. Не упоминая уже о казаках, в укладе жизни которых демократический дух был особенно силен, но даже в регулярной армии для некоторых вопросов было узаконено выборное начало; оно существовало в артельном хозяйстве рот, эскадронов, батарей — для солдат, для вопросов чести (суды чести) — для офицеров.
К концу 1915 г. наше кадровое офицерство было в значительной мере перебито. На смену пришел новый тип офицера — офицер военного времени. Если и раньше состав нашего офицерства был демократичен, то теперь новое офицерство было таким в еще большей степени. Это был офицер из народа.
***
Потоками самоотверженно пролитой крови прочно спаялось это новое офицерство с остатками кадровых офицеров. Эта прочная спайка облегчалась причинами социально-психологического характера. К началу 1916 г. создалось такое положение. Первоначальное воодушевление прошло. Впереди виднелись только большие испытания. Все малопатриотичное устраивалось и пристраивалось на тыловые и нестроевые должности. Как мы говорили уже выше, для нашей интеллигенции «амбюскирование» являлось делом очень легким. Но вся патриотически настроенная интеллигентная молодежь шла в армию и пополняла ряды нашего поредевшего офицерства. Происходил своего рода социальный отбор. Армия качественно очень выигрывала. Этим и объясняется, почему наскоро испеченные прапорщики так скоро сливались со старыми боевыми офицерами в одно духовное целое. Вот каково было офицерство в ту минуту, когда произошла революция.
Она считала, что хороший сон в жизни – это главное, и после хорошего сна всегда начинается хороший день. Или хороший вечер.
Это же страшно, когда с человеком ничего не происходит. Когда его жизнь похожа на стоячую воду, в ней естественным образом возникает тина и начинает пованивать.
Вот честно , если бы лысый издавал эдакие звуки под стенами роддома , то родили бы не только беременные , но и вся акушерская бригада. Даже если бы состояла целиком из мужиков !
Сексуальность - это не только сияние кожи и волос, но и острота языка, глубина глаз.
Мы никогда не знаем, как человек «никогда бы не поступил».
Никогда – ни публично, ни в частной беседе — не унижайте и не запугивайте подчиненного. Никогда не пытайтесь его смутить, не позволяйте себе быть язвительным, запретите себе обидные шутки. Относитесь к сотрудникам с уважением. Никогда не обвиняйте кого-либо необоснованно, опирайтесь на фактические доводы. Никогда не клевещите.
Может быть, умирая, мы оставляем все привычные игры и всё напускное притворство пляски жизни.
They say half a loaf is better than none, Jimmy, but in a world of want, even a single slice is better than none.
Знаете, врать - это как спускаться с горы на ледянках: достаточно в самом начале посильнее оттолкнуться ногами, а дальше несет уже само.
Человек легко приспосабливается, он все, что угодно, переживет.
В конце концов мы называемся христианами, а не библейцами. Стало быть, в самом нашем названии заложено, что Христос важнее Библии.
обиды не нужны, потому что они как мыльные пузыри, которые смывает дождём, внутри ничего нет, пусто
Подбор системы столь же индивидуален, как подбор лекарств для лечения и развития. Системы это не обязательно конструкция внутри большой системы управления, а временное средство актуального воздействия на организацию
Я твердо убежден: если хочешь стать гитаристом, нужно начинать с акустики и только потом переходить на электричество. Не думай, что превратишься в Тауншенда или Хендриксона просто потому, что твой инструмент умеет делать "вэу-вэу вау-вау" и все остальные электронные фокусы. Сперва полюби эту штучку. Ложись с ней в постель. Если ты один, без девушки, прямо с ней и спи. Формы у нее как раз подходящие.
Может быть, он выбрал себе самую прекрасную смерть из всех существующих. Он отдавал себя общему делу, до конца растворяясь в нем, делаясь его частицей.