Публичная репрезентация своей этнической принадлежности является безусловным правом каждого, но не является его обязанностью. Точно так же, как женщина может красить губы, а может их и не красить — ее дело.
Боюсь слова "ненавижу". Оно слишком весомое, разрушительное. "Ненавижу" с легкостью разбивает вдребезги тысячи человеческих сердец.Навечно.
Внутри человека много зла и животных инстинктов. Все это выходит наружу, если не встречает на своем пути препятствий.
Разум побеждает страдания. Но «страдальцы» отнюдь не хотят сдавать своих позиций. Именно они объявили горе разуму и стали опасаться его, решив, что все страдания происходят от него и ни от чего больше.
Давайте введем новое правило в жизни... постараемся всегда быть чуть добрее, чем необходимо.
Она подняла глаза на своего спутника:
— Вас привлекает смерть?
Он остановился и показал на могильную плиту Уильяма Персиваля Лидбеттера:
— Знаете, что меня привлекает? Тире. Маленький знак препинания между двумя датами. Я смотрю на чью-нибудь могилу и думаю: тире вмещает в себя всю человеческую жизнь. Мы с вами прямо сейчас проживаем наши тире. Не важно, когда человек родился или когда умер; важно, что он делал между этими двумя событиями. А здесь, на кладбище, мы видим только тысячи безымянных тире, и мне делается грустно.
– Ну ладно, а из чего же мы ему сделаем чернила?
– Многие делают из ржавчины со слезами; только это кто Попроще и женщины, а знаменитости пишут своей кровью.
Мы ошибаемся и всю жизнь оправдываем себя вместо того, чтобы просто признать ошибку. Мы виним других, мы виним обстоятельства вместо того, чтобы сказать: «Я управляю своей жизнью. Я единственный имею власть над своими мыслями и сам сделал себя тем, чем являюсь в эту самую минуту». В тот момент, когда мы постигаем эту Истину, мы становимся свободны от галерного рабства этой жизни и можем жить
Вера прекрасна, но только тогда, когда вы ею пользуетесь.
Те, кто любят, уже опасны. Они не знают страха. Они подчиняются другим законам.
«Ада улыбнулась. За один день устроилась в ресторан при публичном доме, записалась в наложницы и съела «лягушачий мозг». Рассказать девчонкам из Ижевска – ни за что б не поверили.
Великим душам привычно,что их предают в самых их в сильных чувствах.
Что-то я постигаю в этот чудесный миг… — есть у людей такое… выше всего на свете… — Святое, Бог!
В последние месяцы я все больше прихожу к убеждению, что люди носят кольца на пальцах, потому что общественное мнение не одобрило бы, если бы их носили в носу.
Субхаш рассказал Холли, как его отец каждое утро ходил с сумкой на базар. Покупал еду только на один день. Если мать жаловалась на скудость покупок, он отвечал ей так: «Лучше съесть маленький кусочек рыбки с удовольствием, чем большой кусок без оного».
Страсть приводит лишь к разочарованию, вот увидишь, но мы все знаем, что любовь — это естественный порыв тела. Кто мы такие, чтобы сопротивляться зову чувств?
Дело удалось замять с помощью четырех круглых золотых адвокатов.
Каждая страница книги напоминает нам какой-нибудь из прожитых дней и помогает воскресит те чувства, что наполняли его.
Название может быть другим, конечно. За всю историю человечество придумало много разных слов, которые подменяли правду маркой прицела. “Неверные”, например. Или “твари”. Или “дикари”. Или ещё тысячи тысяч названий.
Оно не такое оригинальное, как про себя думает, это человечество. Оно постоянно повторяется.
Но название всегда придумывается, это правило. Как печать, как маркировка, как приговор. Как способ отгородиться.
Это название редко соответствует истине, да оно и не должно; главное чтобы оно падало, как в плодородную почву, в сознание людей. Которые, сами по себе, вполне социальные приматы. Которые не так уж любят беспричинно убивать себе подобных… Потому и придумывают название. Чтобы точно знать, что те, конечно, другие. Их можно.
Любовь - это всегда хаос. Ты лишаешься покоя, не можешь реально смотреть на вещи. Чем искреннее твое чувство, тем подлее тебя кидают...
Изберите в комитет трёх человек - и, быть может, им удастся что-то сделать. Возьмите для этого десятерых - и дело пойдет куда медленее. А если в комитете будет состоять тридцать человек, то они и вовсе ничего не предпримут. При тридцати миллионнах же любое дело будет совершенно невозможным. Таково воздействие массовых, поточных производств - они не дают чему-то произойти.
Как хорошо известно всем нам, каждый вновь рождающийся день для кого-то будет первым, для кого-то последним, а для кого-то - очередным.
Свет может сиять лишь в темноте - это такая простая истина.
Да есть ли что-то более хрупкое, чем вера в человеческую непогрешимость?
Уж лучше встречная редька, чем попутный хрен!