Так незаметно пришел апрель. Самое начало апреля. Тонкое, капризное, изящное и хрупкое, как тексты Трумэна Капоте.
...после десяти за окном зашелестел мелкий дождик – очень легкий, мирный, от которого наконец-то осознаешь, что вообще живешь на свете, под звуки бегущей с крыши воды
На свете не бывает ошибочных мнений. Бывают мнения, которые не совпадают с нашими, вот и все.
...Читая чужие биографии, мы словно требуем некой компенсации за то, что в наших собственных жизнях не случается, увы, ни черта...
Много у тебя в жизни людей, которые бы говорили с тобой о тебе?
... ТАНЦУЙ и не останавливайся. Какой в этом смысл - не задумывайся. Смысла всё равно нет, и не было никогда. Задумаешься - остановятся ноги... все твои контакты с миром вокруг оборвутся... поэтому никак нельзя, чтобы ноги остановились. Даже если всё вокруг кажется дурацким и бессмысленным - не обращай внимания. За ритмом следи - и продолжай танцевать... выжми себя как лимон. И помни: бояться тут нечего. Твой главный соперник - усталость. Усталость и паника от усталости. Это с каждым бывает. Станет казаться, что весь мир устроен неправильно. И ноги начнут останавливаться сами собой... а другого способа нет, обязательно нужно танцевать. Мало того: танцевать очень здорово и никак иначе. Так чтобы все на тебя смотрели... так что - танцуй. Пока играет музыка - ТАНЦУЙ..
Раньше я думал, люди взрослеют год от года, постепенно так... А оказалось – нет. Человек взрослеет мгновенно.
Четыре утра. Крошечный переход из ночи в утро. Время, когда мысли становятся глубже и извилистее.
приходит странное чувство, будто кто то без особой цели бросил маленький камушек и угодил тебе прямо в душу.
Война обязательно будет. Всегда. Не бывает, чтоб ее не было. Даже если кажется, что ее нет, она все равно есть. Люди в душе любят убивать друг друга. И убивают, пока хватает сил. Силы кончаются – они отдыхают немного. А потом опять продолжают убивать. Так устроено. Никому нельзя верить. И это никогда не изменится. И ничего тут не поделаешь. Не нравится – остается только убежать в другой мир.
- Вот в каком мире жить приходиться. Обеспечил себе жилье в центре, западную иномарку , да ролекс - и ты уже высший класс. Дерьмо. Никакого же смысла! Вот я о чем говорю. Наши потребности - это то, что нам подсовывают, а вовсе не то, чего мы сами хотим. Подсовывают на блюдечке, понимаешь? То, чего люди в жизни никогда не хотели, им впаривают как иллюзию жизненной необходимости. Делать это проще простого. Зомбируй их своей массовой информацией, и все дела. Если жилье - то в центре, если машина - то БМВ, часы - ролекс... И каждый будет стремится все это приобрести, только чтобы почувствовать свою исключительность. Чтобы наконец стать не таким, как все. И не сможет понять одного: само стремление как раз и делает его таким, как все! Но на подобные премудрости у него уже воображения не хватает. Для него эта мантра - всего лишь информация. Милая сердцу иллюзия.
И чем дольше я смотрел в это бездонное небо, тем крошечнее, тем бессмысленнее я себя ощущал.
Пора, наконец, представиться.
"Несколько слов о себе"...
В школе, помню, частенько приходилось этим заниматься. Из года в год, когда набирался новый класс, все выстраивались в линейку, и каждый по очереди выходил вперед и рассказывал о себе, как умеет. Я никогда не мог этого делать как следует. И дело тут даже не в умении. Само занятие казалось полным бредом. Что я вообще могу знать о себе? Разве то, каким я себя представляю, - настоящий я? Если собственный голос, записанный на магнитофонную пленку, получается странным, чужим - что говорить о картинках, которые мое воображение рисует с меня, перекраивая, извращая мою натуру, как ему заблагорассудится?.. Подобные мысли всю жизнь копошились у меня в голове. И всякий раз, когда я знакомился с кем-то, и приходилось рассказывать "что-нибудь о себе", я чувствовал себя точно двоечник-прохиндей, исправляющий отметки в классном журнале. Колоссально неуютное ощущение... Поэтому я всегда старался не рассказывать о себе ничего, кроме голых фактов, которые не нужно ни комментировать, ни объяснять ("держу собаку"; "люблю плавать"; "ненавижу сыр"; и так далее), - но в итоге мне все равно продолжало мерещиться, будто я рассказываю какие-то придуманные вещи о несуществующем человеке. И когда в таком состоянии я слушал рассказы других - казалось, что они тоже болтают не о себе, а о ком-то третьем. Что все мы живем в придуманном мире и дышим придуманным воздухом...
В человеческом невежестве весьма утешительно считать все это за вздор, чего не знаешь.
Последуй природе, никогда будешь беден. Последуй людским мнениям, никогда богат не будешь.
Отец мой непрестанно мне твердил одно и тоже : имей сердце, имей душу, и будешь человек во всякое время
В человеческом небожестве весьма утешительно считать всё то за вздор, чего не знаешь.
Льстец есть тварь, которая не только о других, ниже о себе хорошего мнения не имеет, всё его стремление к тому, чтобы сперва ослепить ум у человека, а потом делать из него, что ему надобно. Он ночной вор, который сперва свечу погасит, а потом красть станет.
Я говорю без чинов. Начинаются чины, - перестает искренность.
Не имей ты к мужу своему любви, которая на дружбу походила б. Имей к нему дружбу, которая на любовь бы походила.
А кто богат? А ведаешь ли ты, что для прихотей одного человека всей Сибири мало? Друг мой! Всё состоит в воображении. Последуй природе, никогда не будешь беден. Последуй людским мнениям, никогда богат не будешь.
По моему расчёту, не тот богат, который отсчитывает деньги, чтоб прятать их в сундук, а тот, который отсчитывает у себя лишнее, чтоб помочь тому, у кого нет нужного.
Наука в развращённом человеке есть лютое оружие делать зло. Просвещение возвышает одну добродетельную душу.
Ведай, что совесть, как друг, всегда остерегает прежде, нежели как судья наказывает.
Прямую цену ему дает благонравие. Без него умный человек — чудовище. Оно неизмеримо выше всей беглости ума.