"Время - как сердце, которое бьётся. Между ударами царят мир и гармония. Но когда удар раздается, когда время начинает сокращаться... Тогда тёмные силы пытаются одержать верх."
- Знаешь, что такое младший брат? - говорит он [Альрик]. - Это такая маленькая вонючка, которая дико раздражает. Как прыщ на попе, например. Только вот от братца избавиться нельзя.
— Раскаявшийся грешник вроде бы уже и не грешник. Едва произнеся «я должен бы проводить побольше времени с детьми», он разом стал хорошим человеком. Что он скажет своим мальчишкам, когда они вырастут? «Я знаю, что никогда не успевал проводить с вами время, но знайте, что меня по этому поводу все время мучила совесть». — «Мы знаем, папочка. Спасибо, папочка. Мы тебя любим, папочка».
Любовь - это всё равно что оказаться во власти демонов. Воля размягчается, как масло. В мозгу образуются дыры. И ты уже не управляешь собой.
К чему жениться? Во всяком случае, не ради бесплатного секса. Секс с собственной женой — самое дорогое удовольствие на свете.
Все допустимо, если не вредишь тому, кто этого не хочет
В голове запечатлено всего несколько фрагментов. Между теми сценами, которые мы помним, лежат еще сотни, тысячи эпизодов, которые память не сохранила. Можно ли тогда сказать, что мы помним правду?
Очень просто придерживаться утонченных моральных представлений, если не иметь дела со странами, охваченными кризисом. Посылать им материальную помощь и закрывать глаза на все остальное. Однако народу в этих странах нужен экономический рост, новые предприятия, рабочие места.
Дружба со слишком умными женщинами обладает одним минусом - они видят тебя насквозь.
Тот, кто наблюдает за народом, в конце концов сам оказывается под наблюдением народа. В этом есть фундаментальная демократическая логика.
С кучкой ловких юристов можно спокойно воровать что угодно. Адвокаты являются киллерами нашего времени.
Жить - означает не вписываться целиком и полностью в какие-то рамки, а разрываться во многие стороны.
Враг моего врага может стать моим лучшим другом.
Во времена Франса врачи не слишком заботились о диагнозах. От людей более легко отмахивались, называя их странными, с отклонениями.
Бальдер всегда предпочитал людям литературу.
Иногда получается плохо, как тщательно ты все ни просчитываешь.
Но вместе с тем осталось ещё много вопросов, а тот Бублански, какого она знала, понапрасну не ликовал. Обычно он даже в минуты триумфа скорее был склонен предаваться сомнениям.
Важно не то, верим ли мы в Бога. Бог не мелочен. Важно, чтобы мы понимали, что жизнь сложна и богата. Надо ценить ее, а ещё пытаться сделать мир лучше. Тот, кто найдёт баланс между тем и другим, приблизится к Богу.
Дело в том, что Россия представляет собой ненамного больше, чем бензоколонку с флагом. Она экспортирует нефть и природный газ, но ничего путного не производит.
"Люди хотят вписаться, проявить себя с лучшей стороны- и совершают ради этого невообразимые глупости."
Микаэль! – воскликнула она. – Какая честь! Не собираешься ли ты, наконец, подкинуть мне сенсацию? Я уже заждалась…
– Сорри. На этот раз тебе придется мне помочь. Мне нужен один адрес и номер телефона.
– А что мне за это будет? Может, классная цитата о том, что ты выкинул ночью?
– Я могу дать тебе несколько профессиональных советов.
– Например?
– Кончай писать ерунду.
– Знаете, народ иногда называет меня Бубла. – Это потому, что вы так приятно бубните?
То, что несколько десятилетий назад считалось преступным или аморальным, сегодня признаётся комильфо.
— Мы живём в безумном мире, Микаэль. — Правда? — В мире, где безумное считается нормальным.
Она видела больше музыки в дифференциальном уравнении, чем в произведении Бетховена.