Человек - это не бог весть что рядом с замечательными зверями и птицами.
"Два раза ничего не повторяется"
Я почему-то не люблю, когда меня будит кто-то другой.Как будто я хуже его.
Постель - мой друг. Вот именно, обыкновенная постель. Лечь в постель - это великое дело.
"Всё у него было старое, кроме глаз, а глаза были цветом похожи на море, весёлые глаза человека, который не сдаётся."
Нельзя, чтобы в старости человек оставался один.
"Хотел бы я купить себе немножко счастья, если его где-нибудь продают"
Отчего старики так рано просыпаются? Неужели для того, чтобы продлить себе хотя бы этот день?
... человек не для того создан, чтобы терпеть поражения... Человека можно уничтожить, но его нельзя победить.
Пусть она думает обо мне лучше, чем я на самом деле, и я тогда буду и в самом деле лучше.
Но в темноте не было видно ни огней, ни зарева – были только ветер да надутый им парус, и ему вдруг показалось, что он уже умер. Он сложил руки вместе и почувствовал свои ладони. Они не были мертвы, и он мог вызвать боль, а значит, и жизнь, просто сжимая и разжимая их. Он прислонился к корме и понял, что жив. Об этом ему сказали его плечи.
— Но человек не для того создан, чтобы терпеть поражения, — сказал он. — Человека можно уничтожить, но его нельзя победить.
Die Toten haben immer recht.
Не надо стыдиться своей любви, а любовь к отечеству - хорошая любовь. Правда, она должна быть строгой и критичной, иначе это будет обезьянья любовь. Если в отечестве открываешь пятна и грязные места, то их нужно почистить. Из всех двенадцати подвигов Геракла мне больше всего понравилось, как он вычистил авгиевы конюшни; сносить же весь дом, а затем в этом бедном испорченном мире строить другой бессмысленно и неумно.
Берлах долгое время жил за границей и прославился как криминалист в Константинополе, а затем в Германии. Напоследок он возглавлял уголовную полицию во Франкфурте на Майне, но уже в тысяча девятьсот тридцать третьем году вернулся в свой родной город. Причиной его возвращения была не столько горячая любовь к Берну, который он частенько называл своей золотой могилой, а пощечина, которую он дал одному высокому чиновнику тогдашнего нового немецкого правительства. В свое время во Франкфурте было много разговоров об этом инциденте, а в Берне его оценивали в зависимости от политической конъюнктуры в Европе – сначала как возмутительный акт, потом как заслуживающий осуждения, хотя и вполне понятный, и в конце концов как единственно возможный для швейцарца поступок; но так говорили лишь в сорок пятом.
Писатели никогда не любили полицейских.
Мёртвые всегда правы.
Вот мы,люди,из боязни друг друга строим государства.Окружаем себя стражами всякого рода,полицейскими,солдатами,общественным мнением,а что толку от этого?Достаточно одного пустоголового во главе крупной державы и нас не станет-и вот уже цепи наши разорваны,форпосты обойдены.
В этом перевёрнутом мире существуют благодеяния,за которые можно отплатить только мошенничеством.
Більшість злочинів здійснюються через те, що людська природа недосконала, що ми ніколи з певністю не можемо передбачити дії інших, а крім того, не враховуємо в наших міркуваннях роль випадку, який так багато вирішує.
Якщо я вважаю його поганою людиною, то тільки тому, що він робить добро просто під настрій, випадково, і так само чинить зло. Він ніколи не чинитиме зла, щоб досягнути чогось, як роблять інші, скоюючи злочини заради грошей, через жінку або задля влади. Він робитиме це тільки тоді, коли воно позбавлене сенсу, в момент, коли можливими є обидві речі – добро і зло, а вирішує все випадок.
Философ-человек,который много думает и ничего не делает.
Если тебе снится, что ты видишь сон, это значит, что ты вот-вот должен проснуться.
Однако он верил: чем больше внимания и изобретательности вкладываешь в игру, тем больше от нее получаешь.
Последнее, что он сделал, прежде чем погрузиться в объятия Морфея,-сунул руку под подушку и нащупал рукоятку кольта" полис позитив" тридцать восьмого калибра со спиленным стволом. Затем Бонд уснул, и когда веки закрылись, погасив яркие насмешливые искорки в глазах, лицо его превратилось в непроницаемую маску, ироничную, безжалостную и холодную.