Цитаты

Мы можем оправдать любую апологию, просто называя жизнь последовательным отвержением личностей. Всякая апология - не более чем роман, полувыдумка, в коей все последовательные индивидуальности, принятые и отвергнутые автором как функции линейного времени, выводятся как отдельные персонажи. Даже само письмо составляет ещё одно отвержение, еще один «персонаж» добавляется к прошлому. Поэтому мы и впрям продаем свои души: расплачиваемся ими с историей мелкой рассрочкой. Не так уж много за взор ясный до того, чтобы пронзать им выдумку непрерывности, выдумку причины и следствия, выдумку очеловеченной истории, наделенной «разумностью».

Снится пусть больше павлиньих хвостов,
Алмазные копи, фонтаны китов.
Счастья в обрез, ну а бед через край –
Сном укрывайся, баюшки-бай.Жуткий вампир скрипнет чёрным крылом,
Звёзды погаснут, сражённые сном;
Пусть воют банши, трупокрады урчат –
Сны тебе силы дадут по ночам.Пусть и скелеты с гнилыми зубами
Наверх выползают из мира под нами,
Тролль, людоед и вервольфов орава;
Точь-в-точь как ты, призрак лезет кровавый,Тени на ставнях ползут там и тут,
Гарпий полки на охоту идут,
Гоблины ищут жертв сочных всю ночь –
Спи-засыпай, нечисть сны сгонят прочь.Они – как плащи, не заметные глазу:
Вяжет их добрый народец из сказок.
Сны покрывают с макушки до пят,
От ветра спасают, от горя хранят.А если же Ангел вдруг спустится где-то
Душу твою вознести прочь от света –
Перекрестись и к стене отвернись:
Снам ни за что не спасти твою жизнь.

[…] – Единственное здоровое действие тут – то, что собираюсь сделать я, а именно – выпрыгнуть вот в это окно.
Говоря так, Обаяш поправил галстук и приготовился дефенестрироваться.
– Ну и ну, – сказал Свин Будин, слушавший его из кухни. – Тебе разве не известно, что жизнь – самое драгоценное, что у тебя есть?
– Это я уже слышал, – ответил Обаяш и прыгнул.

– Я – воплощенье двадцатого века, – начала декламировать Бренда. Профейн откатился в сторону и вперил взгляд в узор на ковре.– Я – рэгтайм и танго; я прямой шрифт, геометрия в чистом виде. Я – бич из волос юной девы, я – искусно сплетенная цепь упадочной страсти. Я – безлюдный вокзал в каждой столице Европы. Я – Улица с рядами унылых казенных домов; cafe-dansant, заводная кукла, играющий джаз саксофон; парик солидной туристки, резиновый бюст педераста, дорожный будильник, который всегда отстает или спешит и звонит всякий раз по-другому. Я – мертвая пальма, пара бальных туфель нефа-танцора, иссякший фонтан на исходе сезона. Я – собрание всех аксессуаров ночи.

Ее романы – которых вышло уже три, по тысяче страниц каждый, – собрали (как косметические салфетки собирают грязь) несметное количество преданных почитательниц.

Призраки, монстры, преступники, извращенцы – это признаки мелодрамы и слабости. Они ужасны только потому, что тот, кто их видит, боится остаться один.

Словоблудие забавно в меру.

 Бог связывает все, что болтается без дела

И есть страшные силы во мне, в том числе силы обожать и преклоняться, есть способности, в том числе способность любить, это сокрушительная сила, она делает из меня почти идиота, потому что управляться с ней я не способен

Возобновив копание в себе, он признал, что был плохим мужем - причем дважды. Он отравлял жизнь первой жене, Дейзи. Вторая, Маделин, чуть не доконала его самого. Сыну и дочери он был любящим, но плохим отцом. Собственным родителям - неблагодарным сыном. Отчизне - безучастным гражданином. Братьев и сестру он тоже любил - но издалека. С друзьями индивидуалист. В любви ленив. В радости скучен. Перед силой уступчив. С собственной душой уклончив.

Гонясь за счастьем, готовься к скверному итогу.

 Всякий клад стерегут драконы. Иначе нам не понять, чего он стоит

Сентиментальность и скотство — одно без другого не бывает, как ископаемые и нефть

Человек рождается осиротеть и осиротить других.

в любви кто-то всегда забегает вперед

страдание — это просто дурная привычка.

отвечай глупому по глупости его, чтобы он не стал мудрецом в глазах своих.

Каждый интеллектуал по-своему мудак. Вы на свои же вопросы не знаете ответа.Образованная публика тащит из книг все лучшее и рядится в него вроде тех крабов, что украшают себя водорослями.

Любовь-бандитка

Это вообще проблема людей, посвятивших свою жизнь гуманитарным занятиям и потому воображающих, что со злом покончено, коль скоро оно выведено в книгах

Сейчас это не лицо, а хроника мордобоя.

Задумываясь над прожитой жизнью, он сознавал, что все в ней напортил - решительно все. Свою жизнь он, как говорится, погубил. Но поскольку потерял он не бог весть что, печалится особенно не из чего.

Евреи очень долго были чужими в мире — так теперь мир чужой для них

Ей совсем ни к чему ненавидеть себя. Для этого, к счастью, Бог посылает мужа

Почему вы думаете, что быть реалистом значит быть скотом?