Я привыкла запирать квартиру, чтобы воры не украли мои деньги, но только недавно догадалась, что всю жизнь у меня похищают время. Минуты, часы, целые дни. И новые взять неоткуда. Время не продается. Время не поместишь на банковский счет, под проценты, не вложишь в ценные бумаги. Его можно только тратить - по одной секунде.
В определённом смысле все крутится вокруг времени. Прошлое - помнишь. Настоящее - чувствуешь. Будущего - ждёшь.
Как раз униженные и становятся мультяшками. Ребенок или подросток вырабатывает альтеров именно в ответ на унижение, насилие или холодность близких.
Боль накапливается. Чуть легче становится, только если причинить боль другим.
Человек рождается в слезах.
Честное слово, это поинтереснее триллера будет – послушать, как Салли станет говорить с психиатром, как объяснит наличие всех нас.
...Все, що я в житті любила, і все, чого досягла, - все це я робила самотужки. Знаю, у мене ще є проблеми, та маю сильне відчуття, що коли мене залишити на самоті, дати все обдумати, я зможу з ними впоратися.
Вдруг не дочитывать книги - это грех, и Нола обречена торчать в чистилище, томясь от незнания, чем все завершится? Или ей уготована другая кара - до скончания времен барахтаться среди бесчисленных страниц, запутываться в саргассах недочитанных историй?
Отныне каждый миг моей жизни будет принадлежать только мне. Пожалуй, именно это называют счастьем полноценной личности.
Она любила говорить, что люди должны руководить обстоятельствами, в противном случае - это не люди, а слабаки, заслуживающие своего места среди "ноющей серости".
«Симбиоз даже не означает равновесия. Это крайне неустойчивый конфликт».
«Никогда не читала биографии, частную переписку, некрологи. Любила только сами произведения, а в них – избранные отрывки.»
«Их существования слились так тесно, что не было нужды разговаривать.»
Бывает горе, которого не исцелить никакими средствами. И бег времени только растравляет его.
Все любящие боятся.
Но теперь она стала недоверчивой. И мерила мужчин своей, особой меркой, следя, как они ступают по земле и насколько открыто смотрят их глаза.
...жизнь между женщинами и мужчинами - это гроза.
Воздух между их лицами более напряжен - более враждебен, более жгуч, - чем между деревьями или камнями.
Иногда, в редких случаях, в редких прекрасных случаях, молния падает впрямь куда нужно и впрям поражает насмерть. Это любовь.
Каков мужчина, такова и женщина.
Малыши знают страхи - примитивные, первобытные страхи, не основанные ни на каком жизненном опыте; страхи, которые потом никогда не встречаются на их пути. Худшие из всех. Животные печали.
Те, что нас недостойны, неверны нам. Близость с нами не избавляет их от страхов, от лени, от нерадивости, от безделья, от упадка, от глупости. И это не мы их предаём, когда покидаем.
В детские годы каждая часть тела, которое ты любишь, источает сияние. И солнечный свет пока ещё тут ни при чем. Это сияние исходит из детского сердца.
Трудно расставаться с тем, что было таким любимым. Но ещё труднее расставаться с самим собой или с представлениями о себе.
Иногда, в редких случаях, в редких прекрасных случаях, молния падает впрямь куда нужно и впрямь поражает насмерть. Это любовь.
Есть удовольствие не в том, чтобы быть одинокой, но в том, чтобы быть способной переносить одиночество.
В глазах ребенка любить - значит охранять. Охранять сон другого, развеивать его страхи, осушать слезы, лечить от болезней, гладить, мыть, вытирать, одевать.
Любить, как любят дети, означает спасать от смерти.
- Почему ты теперь одна? - вдруг спрашивает мать. - Никак тебя не пойму.
- Мама, главное, чтобы я сама себя хорошо понимала.