Друг мой, для Атоса это слишком много, для графа де Ла Фер, - слишком мало.
...мы всегда имеем некое нравственное превосходство над теми, чья жизнь нам известна.
- Не так ли всегда и бывает? - Спросил Али. - Что легенда оказывается сильнее, чем сам предмет во плоти?
«Верность семье не сможет тебя оправдать»
— Вот мой папочка вам покажет. Девиз всех гезирийских героев.
Нет никакого бога, кроме Бога.
– Если вы найдете того, кто согласится взять такую, как я, в жены, вы всех свах Каира оставите без работы.
- Ты раньше делала что-то подобное? - поспешил он продолжить допрос. - Что-то необычное?
Разве что всю мою жизнь.
Она покачала головой.
- Ты не понимаешь.
И как ему было понять? Он не прожил ее жизнь, не знал этого вечного водоворота дел: все, что угодно, лишь бы удержаться на плаву, подмазать все колеса. У нее никогда не бывало свободного времени. В жизни имели значение только монеты в ее кулаке - единственная реальная сила, которой она обладала.
– Значит, ты воровка?
– Какой-то однобокий взгляд на ситуацию. Я предпочитаю называть себя мастером деликатных дел.
Пьяницы – самая легкая добыча для вора.
Чем больше джинны воевали друг с другом, тем меньше оставалось времени изводить человечество.
проблема умного ребенка в том, что, наблюдая и понимая происходящее, он не желает закрывать глаза на увиденное.
Пятое событие Мария-Грация понять тогда не сумела, осознать его она смогла лишь четверть века спустя. Она видела, как ссыльный поэт Марио Ваццо с намасленными волосами, в ботинках, подошвы которых были привязаны леской, собрался покинуть бар, повинуясь приказу охранника, но вдруг остановился, поймал руку ее матери и вложил в нее подобранный с земли цветок бугенвиллеи.Мария-Грация сохранила в сердце и эту картинку.
Его взгляд давал понять,что неискупаемых грехов не бывает,что главное - раскаяние.
Этот остров отрезан от современного мира и замкнут в самом себе. Не каждый сможет тут выжить.
...сердце этого острова вновь на стороне "Дома на краю ночи". И это правда.
Война - ненасытное огромное чудовище, поглощавшее города, острова, людей и отдавшее только одно - англичанина, блаословением явившегося из моря. Война стала концом, но она же стала и началом.
Лена покосилась на лежащую в сторонке «Войну и мир».
– Это не значит, что я собираюсь уехать.
– Если уж человек читает такие толстые книжки, то он точно думает об отъезде, – отрезала Кончетта.
"Так же было и после войны. В трудные времена многие вспоминают о чудесах."
Ты не станешь пилить ее, запрещать ей думать и читать, как это сделал бы менее просвещённый мужчина.
Истории, как и фотография, были свидетельством существования другого мира
Место, которое так трудно полюбить, но вместе с тем единственное на всем свете, которое она любит.
– Я не хочу становиться женой. Я не хочу стирать, убирать и готовить целыми днями, не хочу таскаться повсюду с детской коляской и отказаться от управления баром, которым моя семья владеет с конца первой войны. И кто позаботится о нем? Ты не замужем, Агата, потому что ты всегда заявляла, что замужество тебя убьет. А что, если я чувствую то же самое? Что тогда? Никто из вас об этом не думает. Если я выйду замуж, мне придется расстаться с баром.– Тебя только это тревожит? – спросил Роберт, когда они лежали той ночью в ее спальне. Голова у него слегка кружилась. – В таком случае я буду и стирать, и готовить, и убирать. Я буду катать детскую коляску. А ты управляй баром, если хочешь. Я на все готов, Мария-Грация, лишь бы ты согласилась.
Но острова могут существовать,только если мы любили там.