Если какую-то из наших способностей можно счесть поразительней остальных, я назвала бы память. В ее могуществе, провалах, изменчивости есть, по-моему, что-то куда более откровенно непостижимое, чем в любом из прочих наших даров. Память иногда такая цепкая, услужливая, послушная, а иной раз такая путаная и слабая, а еще в другую пору такая деспотическая, нам неподвластная! Мы, конечно, во всех отношениях чудо, но, право же, наша способность вспоминать и забывать мне кажется уж вовсе непонятной.
Часы вечно либо спешат, либо отстают. Не желаю я, чтобы мной управляли часы!
Ничто так не облегчает горести, как занятие, деятельное, неотложное занятие.
Лак и позолота каких только пятен не скрывают!..
Девочка страдала ещё больше от сознания, что это дурно - не чувствовать себя счастливой.
Очень мало на свете молодых девиц, чьи чувства стоят того, чтобы о них тревожились.
Хорошо сказать трудней, чем хорошо сочинить.
– Я должна рассказать о том, что случилось?
– В каком смысле, милая?
Лу выпятила грудь и, изображая командный голос, сказала:
– Все взрослые, что приходят ко мне, просят об одном: «Расскажи, что случилось, можешь своими словами». Получилось очень похоже, в духе Эми.
– Ты ничего не обязана мне рассказывать. – У Пайпер колотилось сердце. За этим она и пришла, однако вдруг осознала, что не станет ничего требовать от девочки. Они просто посидят вместе, попьют колы, пусть Лу расскажет о школе и своих друзьях. Пайпер хотела сделать ее жизнь чуточку лучше и нормальнее, а не быть очередной взрослой тетей, что снова и снова заставляет Лу переживать кошмары той ночи.
– Да я не против. – Лу пожала плечами. – С каждым рассказом это превращается в историю. В жуткую историю, которая случилась с какой-то другой девочкой.
«Что за чудовищем она была?» – зададутся они вопросом после пары бокалов вина, сидя в своих опрятных гостиных в ожидании встречи книжного клуба.
Ангелы, храните меня ночью и будите поутру.
Иногда ложь - это не то, что сказано, а то, что скрыто.
Бабочка по-прежнему оставалась в банке на столе – как что-то мертвое может быть таким ярким?
Иногда мне кажется, что я схожу с ума. У вас такое бывает? Наверное, всем творческим людям это знакомо.
Обретая форму в виде мыслей и слов, твои худшие страхи могут воплотиться в жизнь.
Никогда не знаешь, кто на что способен.
Однажды Смерть постучится к тебе.
Ты узнаешь лицо, вы встречались.
Ты видел ее в том кошмарном сне,
И ступени заскрежетали.Зеркало в руки берешь и уже
Тверд в своем убежденье:
Смерть - это ты, а ты - это смерть,
Нужны ли еще подтвержденья?
«Как ужасно, – подумала Пайпер, – когда твоя мама жива, но при этом не может быть твоей мамой».
Разве есть на свете что-нибудь прекраснее букв? Волшебные знаки, голоса умерших, строительные камни чудесных миров… И более того: знаки-утешители, избавители от одиночества. Хранители тайн, провозвестники истины…
Мир ужасен, жесток, безжалостен, мрачен, как дурной сон. Жить в нем нельзя. Книги - единственное место, где можно найти сочувствие, утешение, счастье... и любовь. Книги любили всякого, кто их открывал, становились защитниками и друзьями, не требуя ничего взамен, и никогда не покидали даже тех, кто плохо с ними обращался.
Самые страшные убийцы выходят сухими из воды и живут себе припеваючи до глубокой старости, тогда как добрые и хорошие, порой самые лучшие, погибают.
Лучше тысяча врагов снаружи дома, чем один внутри /арабская пословица/
- Запомни мой совет: никогда не увлекайся тем, на что тебе не хватит денег. Такая страсть будет грызть сердце, как книжный червь.
... лучшее в книгах - это то, что их можно захлопнуть, как только ты этого захочешь.
Там, где сжигают книги, скоро будут гореть люди.
Книги должны быть тяжелыми, потому что в них спрятан весь мир.