"Человек твопит великие дела только в начале; истинную ценность имеет только первый шаг, все последующие действия полны нерешительности и сожалений, они направлены лишь на точ чтобы пядь за пядью возвращать себе уже освоенную территорию".
В сегодняшней "культуре времени" мы больше не можем просто болтаться вокруг как фланеры. Вся информация, каждый объект или опыт должны быть постоянно под рукой. Наш техно-культурный стандарт - это темпоральная нетолерантность.
... комментарии - это технологические надстройки, определяющие общую репутацию сайта и популярность конкретных тем или тредов.
Мы должны оказаться лицом к лицу с культурами комментария, пойти на лобовое столкновение с ними не во имя интерпретации, но для того чтобы оставаться бдительными и не терять связь с актуальными явлениями нашего времени - вне зависимости от того, насколько они уродливы.
Селфи, скорее, подтверждают наше непосредственное присутствие, а не служат доказательством электронного одиночества, не говоря уже о том, что чтобы быть симптомом психологических проблем; селфи не служат примером того, кем мы являемся, а демонстрируют, что мы существуем здесь и сейчас. Селфи - это экзистенциальные моменты в технологическом времени, или, говоря словами Ролана Барта, "временные галлюцинации".
Ничто не может оставаться неизменным и занимать текущую позицию. Стабильность - это энтропия.
Ключевым аспектом борьбы (всегда) остаётся (временная) оккупация пространства. Глупо утверждать, что сегодняшние баталии перешли в киберпространство. Материальные ресурсы продолжат играть важнейшую роль. Виртуальное - это материальное. Как оккупированным пространствам коммуницировать с более широким контекстом , в который они включены? Материальная реальность сегодня наполнена сигналами и данными. Мы не плаваем в какой-то параллельной абстрактной метафизической сфере. Наоборот, мы наблюдаем нашествие метафизики в мельчайшие сосуды нашего тела и наших систем. Нужно "сделать видимым" то, что происходит на заднеи плане, у нас за спиной, прямо перед нашими глазами - и встретиться с этим лицом к лицу.
Уоллес писал, что политика - это не круто: "Крутые, интересные, живые люди - это не те, кто позволяет себе увлечься политическими процессами".
Не хотим ли мы слишком многого, когда стремимся к устойчивым формам организации в мире, где всё как будто бы находится в вечном движении?
Всякий книжный, эта территория любви, по определению выступает как месте встречи: книготорговцев и книг, читателей и книг, читателей и продавцов, самих посетителей.
"..."книжный магазин как храм, где хранятся идолы, предметы культа, как склад эротических кумиров, источников наслаждения. Книжный как частично секуляризованная церковь, превращенная в секс-шоп. "..."книжный подпитывается энергией предметов, пленяющей за счет накопления, избытка предложения, трудности определения спроса. Эта трудность обретает конкретные формы, когда, наконец, находится предмет, который возбуждает, который требует, чтобы его немедленно купили и затем, возможно, прочли. Возбуждение не всегда сохраняется, но остается шлейф процентов от продажи книги, расходов и выгод.
Библиотека — это власть.
Библиотека — это устойчивость. Книжная лавка распространяет, Библиотека — хранит.
Книжный - это община верующих.
Накопление эротических впечатлений подобно приумножению прочтенных книг: их след носит виртуальный характер, это чистая память. Воровать, покупать или получать книги в подарок означает обладать ими. Систематически читающий человек считывает конфигурацию своей библиотеки если не как модель всей своей жизни, то хотя бы как параллель своего становления как личности в юности, когда это обладание играет решающую роль.
"..." каждое поколение в молодости вновь проживает свой Париж, и этот Париж демистифицируется лишь по мере старения человека.
Книжный как храм, где хранятся идолы, предметы культа, как склад эротических кумиров, источников наслаждения. Книжный как частично секуляризированная церковь, превращенная в секс-шоп.
Классическое произведение - это произведение, которое всегда можно прочесть по-новому. Классик - это автор, который никогда не выходит из моды.
Книжная торговля должна быть сложным узором, где между киоском и главным книжным города рассыпаны скромные лавочки и книжные побольше, сетевые магазины и стойки бестселлеров в супермаркетах, магазины уцененных книг и специализирующиеся на кино, комиксах, детективах, университетских изданиях, средствах информации, фотографии, путешествиях.
Любовь никогда не остаётся равной по силе. Она переживает взлёты и падения, но это нормально. Просто в сложные моменты не стоит рвать сгоряча то важное, что соединяет двоих, нужно вспомнить всё, что сближало долгое время. Можно влюбляться в своего избранника не один, а множество раз, потому что любовь не всегда стабильна, но после заката всегда будет восход, а значит после ссоры будет примирение.
Работой может считаться лишь та,что под вечер отзывается болью в спине и усталостью во всем теле.
— Ну и как? Со временем боль от потери утихла? Говорят, время лечит. — Боль уходит.Просто со временем перестаешь постоянно думать об этом, но только память все равно остается с тобой.
Жизнь каждого человека переплетена с жизнями других людей.
От себя не убежишь. Память беспощадна, и воспоминания навсегда остаются с тобой
Но для меня слова – это возможность выразить мысль. Не вижу смысла над ними корпеть. Ювелирную работу пусть делают ювелиры.