Цитаты
283430
Напиток, который пьют, когда хочется состояния "было весело, вспоминать стыдно, рассказывать детям нельзя".
У талантливого модного скульптора и керамиста Лу́иса Тейлза нет времени на личную и светскую жизнь. Но если королева настаивает, он, конечно же, примет участие в судьбе знатной сиротки из пансиона. Станет ее опекуном и проконтролирует до совершеннолетия. Почему бы не помочь маленькой девочке? То, что девочка не маленькая, а восемнадцатилетняя магичка с полной неспособностью управлять своим дивным даром… Ну, бывает, вышло недопонимание. Придется лорду Тейлзу опекать не девочку, но девушку Ю́на...
Ликёр "Мандраж" вызвал мандраж. Это я помню. А дальше темнота.
У талантливого модного скульптора и керамиста Лу́иса Тейлза нет времени на личную и светскую жизнь. Но если королева настаивает, он, конечно же, примет участие в судьбе знатной сиротки из пансиона. Станет ее опекуном и проконтролирует до совершеннолетия. Почему бы не помочь маленькой девочке? То, что девочка не маленькая, а восемнадцатилетняя магичка с полной неспособностью управлять своим дивным даром… Ну, бывает, вышло недопонимание. Придется лорду Тейлзу опекать не девочку, но девушку Ю́на...
"Они в молчании ползли по тромбированным сосудам дорог. Серафима аккуратно лавировала в потоке. Городской пейзаж, пропущенный через серый фильтр непогоды, дышал меланхолией."
Думала ли Серафима, выходя на прогулку с любимой собакой, что этот вечер станет последним в ее обычной жизни и первым из многих в жизни необычной. А начнется все, как в сказках, со случайной встречи. Разумеется с таинственным незнакомцем. Непременно голубых кровей. В буквальном смысле.
Из опыта работы финансовым консультантом он вынес кое-что ценное. Выяснилось, что большая часть его деятельности заключалась в том, чтобы симулировать абсолютную уверенность в вопросах, где уверенности не может быть в принципе.
Даниэль Канеман – лауреат Нобелевской премии по экономике, автор книги «Думай медленно… решай быстро». Амос Тверски – лауреат премии Американской психологической ассоциации, стипендиат Фонда Макартуров. Их сотрудничество началось в 1960-х годах в Израиле, когда оба преподавали в Еврейском университете. Однако мало кто верил в их союз – такими они были разными. Канеман – довольно замкнутый и самокритичный. Тверски же любил оказываться в центре внимания и был способен общаться на равных с учеными...
он не станет отыгрываться на мне. Это низко. Ведь я просто неразумная женщина.
История вбоквел к "Годичным кольцам нашего мира". Совршенно самостоятельная. Я — Олив. Благородня леди, дочь придворного, прекрасна, умна и образована. Всю свою жизнь я делаю только то, что пойдет на благо семьи, хотя что именно определяется этим словом, мне никто не потрудился объяснить. Теперь же "благо" требует моего брака с главнокомандующим вражеской армии, но, кажется, чаша моего терпения несколько переполнена, и вот-вот содержимое, что копилось в ней годами, выплестнется наружу, залив...
В моей голове отец слишком умен, чтобы так глупо не учитывать людских слабостей, но из всего, что он говорил в тронном зале, даже из его присутствия здесь, следовало только это. Барон, обличенный властью большей, чем иные герцоги, не знает собственной дочери.
История вбоквел к "Годичным кольцам нашего мира". Совршенно самостоятельная. Я — Олив. Благородня леди, дочь придворного, прекрасна, умна и образована. Всю свою жизнь я делаю только то, что пойдет на благо семьи, хотя что именно определяется этим словом, мне никто не потрудился объяснить. Теперь же "благо" требует моего брака с главнокомандующим вражеской армии, но, кажется, чаша моего терпения несколько переполнена, и вот-вот содержимое, что копилось в ней годами, выплестнется наружу, залив...
— Кажется, вы рыдаете о том, чего не может случиться в будущем.... Рыдайте, моя принцесса. Рыдайте. Иногда будущее достойно того, чтобы его оплакали.
История вбоквел к "Годичным кольцам нашего мира". Совршенно самостоятельная. Я — Олив. Благородня леди, дочь придворного, прекрасна, умна и образована. Всю свою жизнь я делаю только то, что пойдет на благо семьи, хотя что именно определяется этим словом, мне никто не потрудился объяснить. Теперь же "благо" требует моего брака с главнокомандующим вражеской армии, но, кажется, чаша моего терпения несколько переполнена, и вот-вот содержимое, что копилось в ней годами, выплестнется наружу, залив...
— Иногда грубость и жестокость бывает проще пережить, чем ласку, — покачала головой старая ведьма.
История вбоквел к "Годичным кольцам нашего мира". Совршенно самостоятельная. Я — Олив. Благородня леди, дочь придворного, прекрасна, умна и образована. Всю свою жизнь я делаю только то, что пойдет на благо семьи, хотя что именно определяется этим словом, мне никто не потрудился объяснить. Теперь же "благо" требует моего брака с главнокомандующим вражеской армии, но, кажется, чаша моего терпения несколько переполнена, и вот-вот содержимое, что копилось в ней годами, выплестнется наружу, залив...
голод и зависть — два колеса, на которых можно уехать очень далеко, если знать, как запрягать и куда править.
История вбоквел к "Годичным кольцам нашего мира". Совршенно самостоятельная. Я — Олив. Благородня леди, дочь придворного, прекрасна, умна и образована. Всю свою жизнь я делаю только то, что пойдет на благо семьи, хотя что именно определяется этим словом, мне никто не потрудился объяснить. Теперь же "благо" требует моего брака с главнокомандующим вражеской армии, но, кажется, чаша моего терпения несколько переполнена, и вот-вот содержимое, что копилось в ней годами, выплестнется наружу, залив...
...достигнув пика, все сущее приходит в упадок.
Размеренное посмертие Агнии закончилось в тот день, когда в Паранормальное Бюро Расследований приняли императора демонов. Ах, тот ушел в отставку и встал на путь исправления? Чушь какая!
А вас не будут убивать прямо сейчас? – спросил Исаак. – Мне бы хотелось дождаться десерта.
Много лет Кристиан Эрре вел торговые войны с Абельхардом Гё, пока однажды не понял, что больше всего хочет заполучить помощницу своего конкурента – идеальную, невозмутимую Эльзу Лоттар, которая никогда не совершала ошибок и никогда не поддавалась эмоциям. Никто не знал, откуда она взялась, какое у нее прошлое и кем она приходится старику Гё, - но Кристиан Эрре хотел знать об этой стерве все.
Словом, очередная сказка о любви, которая происходит где-то в одном королевстве.
Конечно, глупости часто приходили мне в голову, но главное что? Главное - умение вовремя остановиться.
В Пармиине все спокойно, даже слишком. Столько завидных холостяков и все избегают женитьбы! Дела-дела-дела, а когда же устраивать жизнь семейную? Что ж, придется вмешаться богам и сотворить небольшой любовный переполох в этом королевстве! А что может быть забавнее, чем навязать вольнолюбивым мужчинам роль опекуна юной леди? Тогда уж точно не избежать тесного знакомства или чего-то большего. ВНИМАНИЕ. Это часть Литмоба "Опекуны несносных леди". 7 авторов, 7 рассказов. Каждый из них можно...
– Нам больно и грустно расставаться с тобой, Элли, – сказали Страшила, Дровосек и Лев. – Но мы благословляем ту минуту, когда ураган забросил тебя в Волшебную страну. Ты научила нас самому дорогому и самому лучшему, что есть на свете, – дружбе!
Весь цикл «Волшебник Изумрудного города», внецикловые повести и научно-популярные произведения. Содержание:
1. Волшебник Изумрудного города (сборник без иллюстраций) (1939-1976)
2. След за кормой (1960)
3. Путешественники в третье тысячелетие (1960)
4. Приключения двух друзей в стране прошлого (1963)
5. Земля и небо (1957)
– Как вам не стыдно дурачить людей? – спросил Страшила. – Сначала было стыдно, а потом привык.
Весь цикл «Волшебник Изумрудного города», внецикловые повести и научно-популярные произведения. Содержание:
1. Волшебник Изумрудного города (сборник без иллюстраций) (1939-1976)
2. След за кормой (1960)
3. Путешественники в третье тысячелетие (1960)
4. Приключения двух друзей в стране прошлого (1963)
5. Земля и небо (1957)
"Сферический конь в вакууме".
Греческий философ Зенон однажды заявил, что Ахиллес никогда не догонит Черепаху… И это стало началом прекрасной дружбы. Друзья по парадоксу, они встречают на своем пути героев мифов и литературы (еще, возможно, Гейзенберга, но не факт) и показывают их совсем с другой стороны.
- Но как тебе такое в голову -то пришло? - спросил Ахиллес.
- Понимаешь, - сказал Прокруст, - возвращаюсь я как-то из командировки...
Греческий философ Зенон однажды заявил, что Ахиллес никогда не догонит Черепаху… И это стало началом прекрасной дружбы. Друзья по парадоксу, они встречают на своем пути героев мифов и литературы (еще, возможно, Гейзенберга, но не факт) и показывают их совсем с другой стороны.
"Дорогой Зенон", - написал Ахиллес. - "Я все ещё не догоняю...".
Греческий философ Зенон однажды заявил, что Ахиллес никогда не догонит Черепаху… И это стало началом прекрасной дружбы. Друзья по парадоксу, они встречают на своем пути героев мифов и литературы (еще, возможно, Гейзенберга, но не факт) и показывают их совсем с другой стороны.
Одиночество - это очень-очень страшно...
Эта сенсационная книга станет открытием для всех поклонников Мэрилин Монро. Это не просто мемуары; больше, чем дневники – это предельно откровенная исповедь самой желанной женщины XX века, которая не просто опровергает расхожие мифы, а полностью переворачивает все прежние представления о «главной блондинке Голливуда». Ее считали капризной пустышкой, глупой куклой, которой не хватило мозгов даже на то, чтобы закончить школу, – но с этих страниц с вами говорит поразительно умная, на редкость...
- Что случилось? - Я потерялась... - В городе? - Нет, в жизни...
Эта сенсационная книга станет открытием для всех поклонников Мэрилин Монро. Это не просто мемуары; больше, чем дневники – это предельно откровенная исповедь самой желанной женщины XX века, которая не просто опровергает расхожие мифы, а полностью переворачивает все прежние представления о «главной блондинке Голливуда». Ее считали капризной пустышкой, глупой куклой, которой не хватило мозгов даже на то, чтобы закончить школу, – но с этих страниц с вами говорит поразительно умная, на редкость...
Мысли страшны тем, что, даже не высказанные, они не дают покоя внутри, их бесполезно давить или прятать, потому что разрушительная сила всё равно сделает своё дело.
Эта сенсационная книга станет открытием для всех поклонников Мэрилин Монро. Это не просто мемуары; больше, чем дневники – это предельно откровенная исповедь самой желанной женщины XX века, которая не просто опровергает расхожие мифы, а полностью переворачивает все прежние представления о «главной блондинке Голливуда». Ее считали капризной пустышкой, глупой куклой, которой не хватило мозгов даже на то, чтобы закончить школу, – но с этих страниц с вами говорит поразительно умная, на редкость...
Есть такие змеи - они не кусают, а плюются ядом издалека и очень метко. Голливуд ими полон.
Эта сенсационная книга станет открытием для всех поклонников Мэрилин Монро. Это не просто мемуары; больше, чем дневники – это предельно откровенная исповедь самой желанной женщины XX века, которая не просто опровергает расхожие мифы, а полностью переворачивает все прежние представления о «главной блондинке Голливуда». Ее считали капризной пустышкой, глупой куклой, которой не хватило мозгов даже на то, чтобы закончить школу, – но с этих страниц с вами говорит поразительно умная, на редкость...
Цвет волос не признак ума или глупости, глупо то, как меня воспринимают. Сначала проецируют на моё тело свои сексуальные фантазии, а потом меня же за это осуждают.
Эта сенсационная книга станет открытием для всех поклонников Мэрилин Монро. Это не просто мемуары; больше, чем дневники – это предельно откровенная исповедь самой желанной женщины XX века, которая не просто опровергает расхожие мифы, а полностью переворачивает все прежние представления о «главной блондинке Голливуда». Ее считали капризной пустышкой, глупой куклой, которой не хватило мозгов даже на то, чтобы закончить школу, – но с этих страниц с вами говорит поразительно умная, на редкость...
Голливуд... Это самое непостижимое место на свете. В нем есть все: блеск и отчаяние, роскошь и откровенная нищета, чувства и фальшь, правда и ложь, невероятный успех и столь же сокрушительные провалы.
Эта сенсационная книга станет открытием для всех поклонников Мэрилин Монро. Это не просто мемуары; больше, чем дневники – это предельно откровенная исповедь самой желанной женщины XX века, которая не просто опровергает расхожие мифы, а полностью переворачивает все прежние представления о «главной блондинке Голливуда». Ее считали капризной пустышкой, глупой куклой, которой не хватило мозгов даже на то, чтобы закончить школу, – но с этих страниц с вами говорит поразительно умная, на редкость...
... у нее самой бронебойной была именно сумка, поскольку ее папа трудовик забыл сегодня в классе свой шуруповерт, который доча любезно прихватила после уроков с собой в музыкальную школу. И судя по «доброму» выражению лица Людмилы Алексеевны, она уже практически готова была пустить его в ход по назначению, то есть привернуть кое-кому ума баулом по башке.
— Это кто это тут нашего Валеру смычком обозвал? — грозно возопила Людмила Алексеевна, которую именовали столь уважительно за внушительные размеры. — Ну я и чо? — сплюнул сквозь щербатые зубёшки хулиган. — А нифига и лука мешок! — в тон ему ответила гроза нашего музыкального класса. — А ну тушу свою подвинул и дал пройти! Мы в «разговор» пока не вмешивались. Обычно одного взгляда на грозное лицо Людмилы Алексеевны хватало, чтобы все наши красотки-скрипачки могли спокойненько пересечь темный парк...
...если человека никто не любит он перестает любить себя сам. Наше самоуважение всегда отражается в чьих-то глазах, словах и поступках.
Когда-то мой бывший муж выгнал меня на улицу с младенцем на руках и бросил на произвол судьбы. Я научилась справляться сама, а он вдруг появился в моей жизни снова и лишил средств к существованию, вынудив согласиться на любые унизительные условия ради дочери, которую так и не признал своей.
ХЭ! СЛР! Однотомник! Новинка! Секс! Жестокий герой! Сложные отношения!