– Ты – будущий король, Патрис! Ты не можешь думать о любви. Любовь лишает человека разума и заставляет совершать необдуманные поступки. Это – слишком большая роскошь для тех, кто облечен властью.
Мне было трудно даже представить себе, как живут простые люди, не имеющие титулов, и я предпочла бы этого не знать.
В голове билась мысль, что на мероприятия, на которые под женской юбкой можно пронести арсенал в семь стволов плюс дополнительные боеприпасы, лучше таки это оружие пронести. А то мало ли другие принесут, а у тебя с собой ничего нет… Может неудобно получиться.
Как известно: здоровая паранойя – залог здоровья параноика.
А ведь хозяйка дома весьма популярная в свете личность! Вон сколько ухажеров вокруг неё вьётся. Причем среди «старых козлов» и «светских волков» полно и молодых восторженных юношей, которых Ваня для справедливости по отношению к остальным поименовал «непугаными телятами».
- У него из-за жены на меня зуб, у меня к нему из-за непредусмотренных природой дополнительных отверстий в пятой точке… Знаете как тяжело зачарованную дробь из себя вытаскивать?
Вы особенные, говорили одни, ваше предназначение важно ничуть не меньше, чем сама жизнь, вторили другие, забирая нас от родных семей, чтобы воспитать ради какой-то призрачной высшей цели.
Что может быть более интригующим, чем красивые девушки, как сама богиня, и несущие милосердную смерть?
В блеске их глаз и тенях на лицах я вижу то, что не разглядела до отъезда.
Злость на свою судьбу и желание отомстить.
Нельзя сбежать к родителям, не зная где они находятся.
Он либо сумасшедший, либо идиот. У остальных хотя бы хватало ума не прикасаться ко мне.
Короли и принцы умирают от меча и истекают кровью так же, как и любой другой человек.
Моя собственная смерть сделала меня беспечной.
Разве могут кого-то бояться такие, как мы, отмеченные самой богиней смерти?
– Ты с первой минуты показался мне занозой в заднице.
– Приятно слышать, что я настолько глубоко задел твои чувства с первой минуты.
– Значит, улыбаться ты всё-таки умеешь.
– Переживала, что вы можете в меня влюбиться, ваше высочество.
– А что будешь делать, если это уже произошло?
– Ты еще не оставила своей затеи относительно Артема? – шепнул мне подошедший Фордайс.
– Нет, но спасибо, что поспособствовал его зачислению в дипмиссию.
– Не за что, – невозмутимо ответил творец.
– Но он же вернется через полгода.
– Ничего страшного. Потом пошлем его в Австралию. (читать снизу вверх)
Внезапно передо мной возник князь Меньшиков, склонившись в поклоне.
– Согласится ли прекраснейшая из дам потанцевать со мной?
Я сразу почувствовала тяжелый взгляд Фордайса, который стоял неподалеку.
– Конечно, буду счастлива, – как можно лучезарнее улыбнулась я.
Едва мы закружились в танце, как Артем сверкнул глазами и лукаво заметил:
– В последнее время ты на удивление счастлива меня видеть.
– Хм… Ты на что-то намекаешь? – приподняла я брови.
– Ну что ты… Я только радуюсь этому. Вот, например, раньше я и не мечтал попасть в дипломатическую миссию, зато теперь меня внесли в список делегации.
– А я тут при чем?
– При том, что мою кандидатуру продвинул Фордайс, а против него даже у моей мамы руки коротки.
– Зачем ему это?
– Затем, что меня не будет в стране целых полгода.
Мама давит на меня с женитьбой, и ей все равно, что мне и двадцати пяти нет. Я – единственный наследник, поэтому матушка боится, что если со мной что-то случится, то род прервется. К тому же сейчас я мотаюсь по миру, контролируя семейные дела, а в случае женитьбы наверняка осяду на одном месте.
– Да уж. И что ты намерен делать?
– Скрываться. Сейчас подал заявку в состав посольства в Южную Америку: буду делать карьеру дипломата, если мне позволят.
– В каком смысле?
– Полагаю, матушка использует все связи, чтобы я не получил места. В ведомстве мне уже намекнули на отказ.
– Ну и зачем ты меня утащила из компании? – прищурившись, спросил Артем, располагаясь в соседнем кресле.
– Вообще-то узнать, как у тебя дела. Про твои приключения я уже наслышана, но как на личном фронте?
Друг вздохнул:
– В личном плане, ты же знаешь, я свободен как ветер и готов осчастливить многих симпатичных девушек, правда, ненадолго.
Наклонившись ко мне, Артем тихо спросил:
– Что у тебя с князем?
– С каким именно? – хитро улыбнулась я.
– Ну не со мной же! – возвел очи горе Артем.
– Ничего. Он друг моего отца, мы вместе работаем…
– Почему тогда он сейчас хочет меня убить? – приподнял брови друг.
– Не знаю. Может, из-за того, что ты чертовски обаятельный парень и можешь составить ему конкуренцию? – улыбнувшись, предположила я.
– Про конкуренцию я и так понял, – пробормотал Меньшиков. – Поэтому и спросил о ваших отношениях. Не хочется умирать во цвете лет.
– Здесь разбился «Черный принц»?
– Он получил повреждения ближе к берегу, вон у той выпирающей скалы. Но есть проблема: так как в ту ночь был сильный шторм, мы не можем точно сказать, где именно лежат сокровища.
Начинаю понимать, зачем мы здесь.
– Я что, должна их найти?
– Найти, поднять и перенести вот на тот баркас. – Фордайс показал на едва виднеющуюся точку.
– Ты издеваешься?
– Нет. Правда, есть другие варианты, но они понравятся тебе еще меньше. Твой дар пришелся очень кстати.
– Я не смогу перенести золото на такое расстояние.
– Ты знаешь, что глава корпорации положительно рассмотрел твое прошение о прибавке? – как бы между прочим поинтересовался князь.
Я прикрыла глаза и вспомнила о бабушке. Надо, Настя, надо! Представь, что огромная толща воды совсем тебя не пугает.
– Ненавижу тебя, – пробормотала я.
– Я не полезу в эту посудину. Ни за что. И не уговаривай. Да ее первой же волной перевернет! Я не хочу умирать.
– Не перевернет. Большую лодку сразу заметят. Уговаривать, так и быть, не буду. Это приказ: быстро полезай!
Есть целители от Бога.
Есть целители — «ну, с Богом»!
И есть — не дай Бог!
Никому не дано права наслаждаться жизнью за счет труда другого.