Цитаты
288715
До того момента, как отец предложил ей не паниковать, Хлоя паниковать и не думала. Отключение электричества, конечно, раздражало и даже слегка пугало. Но ей не было действительно страшно. Совершенно.
Не могло все вот так рухнуть. У Хлои слишком много дел.
Но вот папино откровенное вранье вместе с резкой сменой направления с «нужно отсюда валить» на «ни о чем не волнуйся, моя дорогая» заставило ее нервничать. За минуту мысли Хлои сместились с четкого плана «подготовка к экзамену — Джош — теннис» на более хаотичную, неясную и, честно сказать, парализующую задачу пережить зомби-апокалипсис.
Или что там сейчас происходило.
Очередной день самой обыкновенной семьи не предвещал ничего особенного, пока весь мир не остановился…
Свет, телефоны, ноутбуки, автомобили, поезда… вся техника оказалась обесточена. Нормальная жизнь – такая, какой мы ее знали, – закончена.
Или нет?
Искрометный, язвительный и злободневный роман об одной семье из пригорода, которая пытается понять, что, черт возьми, происходит и как быть дальше на фоне глобального бедствия.
Уже не в первый раз она удивлялась, как небольшая порция водки создает крепкую ментальную преграду между стимулом и ответной реакцией. Лучше всяких медитаций.
Очередной день самой обыкновенной семьи не предвещал ничего особенного, пока весь мир не остановился…
Свет, телефоны, ноутбуки, автомобили, поезда… вся техника оказалась обесточена. Нормальная жизнь – такая, какой мы ее знали, – закончена.
Или нет?
Искрометный, язвительный и злободневный роман об одной семье из пригорода, которая пытается понять, что, черт возьми, происходит и как быть дальше на фоне глобального бедствия.
А самое худшее заключалось в том, что во время споров с членами семьи Джен прекрасно понимала, что она не права. Этих трех человек она любила больше всего на свете, но вела себя с ними как полная дрянь, и ей не хватало достоинства или сочувствия к ним, чтобы остановиться.
Очередной день самой обыкновенной семьи не предвещал ничего особенного, пока весь мир не остановился…
Свет, телефоны, ноутбуки, автомобили, поезда… вся техника оказалась обесточена. Нормальная жизнь – такая, какой мы ее знали, – закончена.
Или нет?
Искрометный, язвительный и злободневный роман об одной семье из пригорода, которая пытается понять, что, черт возьми, происходит и как быть дальше на фоне глобального бедствия.
Поверь мне: ты не захочешь находиться в одном помещении с моей мамой, — ответила Эмма. — Она в одном шаге от нервного срыва, помогает только клоназепам. А он заканчивается.
— Вряд ли все настолько же плохо, как у моей мамы, — вздохнула Хлоя.
— Настолько. Знаешь, в чем проблема? Все взрослые просто сходят с ума. Капитализму приходит конец! А это единственная идеология, которая им известна. Они не смогут адаптироваться.
— При чем тут капитализм?
— Божечки, ты шутишь? Хлоя! Система наконец-то разрушилась под весом собственных противоречий.
Очередной день самой обыкновенной семьи не предвещал ничего особенного, пока весь мир не остановился…
Свет, телефоны, ноутбуки, автомобили, поезда… вся техника оказалась обесточена. Нормальная жизнь – такая, какой мы ее знали, – закончена.
Или нет?
Искрометный, язвительный и злободневный роман об одной семье из пригорода, которая пытается понять, что, черт возьми, происходит и как быть дальше на фоне глобального бедствия.
Если бы у меня был бар и цивилизация рухнула, я бы держала его открытым 24/7.. Прекрасная возможность для бизнеса.
Очередной день самой обыкновенной семьи не предвещал ничего особенного, пока весь мир не остановился…
Свет, телефоны, ноутбуки, автомобили, поезда… вся техника оказалась обесточена. Нормальная жизнь – такая, какой мы ее знали, – закончена.
Или нет?
Искрометный, язвительный и злободневный роман об одной семье из пригорода, которая пытается понять, что, черт возьми, происходит и как быть дальше на фоне глобального бедствия.
правильная красота может ужасать
Цес застряла в бесконечном круговороте проблем: учеба, работа, травмы прошлого и неприятие себя. Единственная ее отдушина – это мечта стать тату мастером. Каждый день девушка рисует в тетради десятки эскизов, в молчаливых попытках выразить невысказанное.
Боль. Гнев. Страх. Обида. Печаль. Ужасающие обстоятельства утянули Цес на самое дно. Сможет ли она найти в себе вынырнуть из кошмара?
Иногда можно взять часть себя, пожечь и поработать, пока ее не станет. Воспоминание о боли. Просто шрам.
рот может быть капканом
Цес застряла в бесконечном круговороте проблем: учеба, работа, травмы прошлого и неприятие себя. Единственная ее отдушина – это мечта стать тату мастером. Каждый день девушка рисует в тетради десятки эскизов, в молчаливых попытках выразить невысказанное.
Боль. Гнев. Страх. Обида. Печаль. Ужасающие обстоятельства утянули Цес на самое дно. Сможет ли она найти в себе вынырнуть из кошмара?
Иногда можно взять часть себя, пожечь и поработать, пока ее не станет. Воспоминание о боли. Просто шрам.
в слезах освобождение, которое так нужно людям
Цес застряла в бесконечном круговороте проблем: учеба, работа, травмы прошлого и неприятие себя. Единственная ее отдушина – это мечта стать тату мастером. Каждый день девушка рисует в тетради десятки эскизов, в молчаливых попытках выразить невысказанное.
Боль. Гнев. Страх. Обида. Печаль. Ужасающие обстоятельства утянули Цес на самое дно. Сможет ли она найти в себе вынырнуть из кошмара?
Иногда можно взять часть себя, пожечь и поработать, пока ее не станет. Воспоминание о боли. Просто шрам.
есть что-то в нас такое, что заставляет рисовать на теле
Цес застряла в бесконечном круговороте проблем: учеба, работа, травмы прошлого и неприятие себя. Единственная ее отдушина – это мечта стать тату мастером. Каждый день девушка рисует в тетради десятки эскизов, в молчаливых попытках выразить невысказанное.
Боль. Гнев. Страх. Обида. Печаль. Ужасающие обстоятельства утянули Цес на самое дно. Сможет ли она найти в себе вынырнуть из кошмара?
Иногда можно взять часть себя, пожечь и поработать, пока ее не станет. Воспоминание о боли. Просто шрам.
судить о доброте по взгляду невозможно
Цес застряла в бесконечном круговороте проблем: учеба, работа, травмы прошлого и неприятие себя. Единственная ее отдушина – это мечта стать тату мастером. Каждый день девушка рисует в тетради десятки эскизов, в молчаливых попытках выразить невысказанное.
Боль. Гнев. Страх. Обида. Печаль. Ужасающие обстоятельства утянули Цес на самое дно. Сможет ли она найти в себе вынырнуть из кошмара?
Иногда можно взять часть себя, пожечь и поработать, пока ее не станет. Воспоминание о боли. Просто шрам.
недостатки усиливаются с возрастом
Цес застряла в бесконечном круговороте проблем: учеба, работа, травмы прошлого и неприятие себя. Единственная ее отдушина – это мечта стать тату мастером. Каждый день девушка рисует в тетради десятки эскизов, в молчаливых попытках выразить невысказанное.
Боль. Гнев. Страх. Обида. Печаль. Ужасающие обстоятельства утянули Цес на самое дно. Сможет ли она найти в себе вынырнуть из кошмара?
Иногда можно взять часть себя, пожечь и поработать, пока ее не станет. Воспоминание о боли. Просто шрам.
мы губим землю, просто обитая на её поверхности
Цес застряла в бесконечном круговороте проблем: учеба, работа, травмы прошлого и неприятие себя. Единственная ее отдушина – это мечта стать тату мастером. Каждый день девушка рисует в тетради десятки эскизов, в молчаливых попытках выразить невысказанное.
Боль. Гнев. Страх. Обида. Печаль. Ужасающие обстоятельства утянули Цес на самое дно. Сможет ли она найти в себе вынырнуть из кошмара?
Иногда можно взять часть себя, пожечь и поработать, пока ее не станет. Воспоминание о боли. Просто шрам.
нет ничего более печального, чем плохая копия любимой вещи
Цес застряла в бесконечном круговороте проблем: учеба, работа, травмы прошлого и неприятие себя. Единственная ее отдушина – это мечта стать тату мастером. Каждый день девушка рисует в тетради десятки эскизов, в молчаливых попытках выразить невысказанное.
Боль. Гнев. Страх. Обида. Печаль. Ужасающие обстоятельства утянули Цес на самое дно. Сможет ли она найти в себе вынырнуть из кошмара?
Иногда можно взять часть себя, пожечь и поработать, пока ее не станет. Воспоминание о боли. Просто шрам.
Мы можем вышивать на чем угодно. На сумке, на холсте, даже, думаю, на стенах. Тебе не нужны нити, не всегда. Для вышивания на коже нужен цвет. Иглы. И глаза. Боль приходит так изящно.
Цес застряла в бесконечном круговороте проблем: учеба, работа, травмы прошлого и неприятие себя. Единственная ее отдушина – это мечта стать тату мастером. Каждый день девушка рисует в тетради десятки эскизов, в молчаливых попытках выразить невысказанное.
Боль. Гнев. Страх. Обида. Печаль. Ужасающие обстоятельства утянули Цес на самое дно. Сможет ли она найти в себе вынырнуть из кошмара?
Иногда можно взять часть себя, пожечь и поработать, пока ее не станет. Воспоминание о боли. Просто шрам.
У этих женщин нет выбора. Повторяю, у них нет выбора. Это не та жизнь, которую выбрала бы любая из них.
Три женщины. Их чувства и надежды. Одна маленькая смерть. И правдивая изнанка района «красных фонарей» Калькутты. Пронзительный и откровенный роман, построенный вокруг жизни низших индийских каст и загадки одного убийства.
Дипа сталкивалась со многими видами ненависти, но ничто, по ее мнению, не могло сравниться с той ненавистью, какую респектабельные женщины среднего класса питали к проституткам.
Три женщины. Их чувства и надежды. Одна маленькая смерть. И правдивая изнанка района «красных фонарей» Калькутты. Пронзительный и откровенный роман, построенный вокруг жизни низших индийских каст и загадки одного убийства.
"Он пришел в полицию не для того, чтобы наводить порядок в городе или исправлять чужие ошибки. Так бывает только в кино, но он не встречал ни одного человека в полиции, кто поступил бы на службу, следуя за мечтой о всеобщей справедливости."
Три женщины. Их чувства и надежды. Одна маленькая смерть. И правдивая изнанка района «красных фонарей» Калькутты. Пронзительный и откровенный роман, построенный вокруг жизни низших индийских каст и загадки одного убийства.
"- Я - бог. Боги убивают смертных. Этой ночью ты можешь исчезнуть. Растаешь в ночи, как дым. -Он смеялся с каким-то детским восторгом - сама невинность."
Три женщины. Их чувства и надежды. Одна маленькая смерть. И правдивая изнанка района «красных фонарей» Калькутты. Пронзительный и откровенный роман, построенный вокруг жизни низших индийских каст и загадки одного убийства.
"Она продолжала влачить жалкое существование, и сама не заметила, как обрела собственную жизнь, вырвала ее когтями, отвоевала всем, что у нее было. Она заводила друзей, находила сестер, влюблялась и оставалась с разбитым сердцем; она голодала, грустила, была счастливой и сытой. Не бог весть какая жизнь, но жизнь человеческая."
Три женщины. Их чувства и надежды. Одна маленькая смерть. И правдивая изнанка района «красных фонарей» Калькутты. Пронзительный и откровенный роман, построенный вокруг жизни низших индийских каст и загадки одного убийства.
"- Есть вещи похуже смерти, - ответила Лали. - Нет, - Соня задумалась. - Нет. Нет ничего хуже смерти. Мы рождены, чтобы жить."
Три женщины. Их чувства и надежды. Одна маленькая смерть. И правдивая изнанка района «красных фонарей» Калькутты. Пронзительный и откровенный роман, построенный вокруг жизни низших индийских каст и загадки одного убийства.
"Тилу все еще не мог поверить, что плод его воображения приготовит ему чай. Лали поймала его взгляд, улыбнулась, и он погиб."
Три женщины. Их чувства и надежды. Одна маленькая смерть. И правдивая изнанка района «красных фонарей» Калькутты. Пронзительный и откровенный роман, построенный вокруг жизни низших индийских каст и загадки одного убийства.
Понятное дело, всегда существует такой человек — безымянный организатор. Не король, а тот, кто делает короля, и куда более опасный, чем все остальные.
Три женщины. Их чувства и надежды. Одна маленькая смерть. И правдивая изнанка района «красных фонарей» Калькутты. Пронзительный и откровенный роман, построенный вокруг жизни низших индийских каст и загадки одного убийства.
Он не был поэтом. Но творческая энергия, как газы в животе, рано или поздно дает о себе знать
Три женщины. Их чувства и надежды. Одна маленькая смерть. И правдивая изнанка района «красных фонарей» Калькутты. Пронзительный и откровенный роман, построенный вокруг жизни низших индийских каст и загадки одного убийства.
"Торговля людьми - глобальное явление, и давайте скажем прямо, что многие извлекают из нее выгоду, даже те, кто заявляет, что хочет покончить с этим злом"
Три женщины. Их чувства и надежды. Одна маленькая смерть. И правдивая изнанка района «красных фонарей» Калькутты. Пронзительный и откровенный роман, построенный вокруг жизни низших индийских каст и загадки одного убийства.
Я уже давно не удивляюсь, почему у когото жизнь как у Кристи, а у меня – вот такая. Не думаю, что существуют какие-то правила жизни. Просто что есть, то есть
Четырнадцатилетняя Лейла привыкла к издевательствам в школе. Ее спутанные волосы, грязная одежда, ее сломанный телефон, а еще любовь к науке и отличные оценки – все становится предметом насмешек. Но никто не знает, какова жизнь Лейлы на самом деле. Затопленная квартира без электричества, в которую можно попасть только через окно. Невменяемая мать, которая редко появляется дома и никогда не называет ее по имени. Младший брат, о котором Лейла должна заботиться. Сырость, голод, безразличие. Когда...