Цитаты
285144
— Бог находится не в храме, а в душе, господин ал-тар, — отозвалась я, с благодарностью приняв от него салатник.
— Но в храме человек становится ближе к богу. В храме легче творить молитву.
— Если человек не умеет слышать голос бога в самых обыденных вещах, возможно и так. Иногда трудно отстраниться от повседневности, сударь, и трудно отделить себя от привычной жизни, чтобы взглянуть на нее под другим углом. В храме многим действительно проще. Там им хотя бы ничто не мешает отставить свои дела и попытаться прислушаться к тому, что происходит вокруг.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
Вот — настоящий храм, господин ал-тар: небо, к которому мы всегда стремимся, воздух, которым мы дышим, трава, по которой мы ходим, солнце, дающее нам свет... обычно мы не замечаем всего этого, погруженные в свои мысли и кажущиеся важными проблемы. Как правило, просто проходим мимо, не видя истинной красоты того, что подарила нам жизнь. Мы вечно куда-то стремимся, бежим, торопимся и не имеем ни одной лишней минуты, чтобы остановиться и спросить себя: зачем? Для чего это нужно? Мы — как муравьи, бесконечно трудящиеся на благо своего муравейника. И совершенно не видящие того, что, кроме него, существует и другой мир. Гораздо более широкий, почти бесконечный и неизмеримо более богатый, чем все сокровищницы королей.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
«Знания позаимствуй у умного, совета спроси у мудрого, а опытом поделись с достойным».
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, развернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
– Есть нельзя – невкусный, – серьезно сказала я, посмеиваясь про себя над непередаваемым выражением лица «гостя». – Когти точить нельзя – неудобный. Зубы чесать нельзя – хрупкий. И метить нельзя тоже – обидится.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, развернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
Я наклоняюсь и целую первая, ведь в этом весь смысл: делать шаги навстречу.
– Слушай, умник, ты тут можешь изображать из себя крутого горячего парня, но вместо того, чтобы рассуждать о моей груди, мог бы и помочь. Я вообще-то упала. – Ого, значит, я горяч. Он, что, больше ничего не уловил? Он смотрит на меня сверху вниз. Идеальные губы растянуты в улыбке. Нет, в ухмылке. Дьявольской сексуальной ухмылке. – Да пошёл ты, – выплёвываю я. – Это обязательно, – кивает он, – но давай-ка тебя поднимем и отряхнём для начала… только если тебе не нравится быть грязной...
Подумаю об этом завтра, да? Слава Скарлетт за эту спасительную фразу, она всегда работает безотказно.
– Слушай, умник, ты тут можешь изображать из себя крутого горячего парня, но вместо того, чтобы рассуждать о моей груди, мог бы и помочь. Я вообще-то упала. – Ого, значит, я горяч. Он, что, больше ничего не уловил? Он смотрит на меня сверху вниз. Идеальные губы растянуты в улыбке. Нет, в ухмылке. Дьявольской сексуальной ухмылке. – Да пошёл ты, – выплёвываю я. – Это обязательно, – кивает он, – но давай-ка тебя поднимем и отряхнём для начала… только если тебе не нравится быть грязной...
Разбитое сердце – всегда трагедия, но я постараюсь не сломаться, если мои надежды не оправдаются.
– Слушай, умник, ты тут можешь изображать из себя крутого горячего парня, но вместо того, чтобы рассуждать о моей груди, мог бы и помочь. Я вообще-то упала. – Ого, значит, я горяч. Он, что, больше ничего не уловил? Он смотрит на меня сверху вниз. Идеальные губы растянуты в улыбке. Нет, в ухмылке. Дьявольской сексуальной ухмылке. – Да пошёл ты, – выплёвываю я. – Это обязательно, – кивает он, – но давай-ка тебя поднимем и отряхнём для начала… только если тебе не нравится быть грязной...
"Проснёшься однажды утром и произведёшь переоценку своей жизни. Поймёшь, что ты слишком много думаешь и слишком мало живёшь. Что большинство людей - и женщины, и мужчины - в целом неплохи. Тебе будет легче дарить любовь, и ты перестанешь искать виноватых".
Новая книга обладательницы Букеровской премии Энн Энрайт рассказывает историю дочери, пытающейся распутать полное тайн и загадок прошлое своей матери, легенды ирландского театра.
"Представляешь? Самая молодая часть дерева находится у него внутри. Сейчас она как крохотная точка, а на следующий год превратится в кольцо. Самая молодая часть дерева - это его сердцевина".
Новая книга обладательницы Букеровской премии Энн Энрайт рассказывает историю дочери, пытающейся распутать полное тайн и загадок прошлое своей матери, легенды ирландского театра.
"... он искренне верил, что интересным может быть только то, что отвечает его личным интересам. Как будто, если он перестанет смотреть на мир, в нём воцарится вселенская скука".
Новая книга обладательницы Букеровской премии Энн Энрайт рассказывает историю дочери, пытающейся распутать полное тайн и загадок прошлое своей матери, легенды ирландского театра.
"Я думала, что трачу жизнь на тех, кого люблю, но, конечно, я тратила её и на то, чтобы от них сбежать".
Новая книга обладательницы Букеровской премии Энн Энрайт рассказывает историю дочери, пытающейся распутать полное тайн и загадок прошлое своей матери, легенды ирландского театра.
"Почему, - спрашивала она, - кровать - самое неудобное на свете место, когда пытаешься заснуть, и самое удобное, когда надо вставать"?
Новая книга обладательницы Букеровской премии Энн Энрайт рассказывает историю дочери, пытающейся распутать полное тайн и загадок прошлое своей матери, легенды ирландского театра.
"Мать почувствовала во мне опасную перемену, я это поняла. Она почувствовала, что её бросают за ненадобностью. Почувствовала себя старой".
Новая книга обладательницы Букеровской премии Энн Энрайт рассказывает историю дочери, пытающейся распутать полное тайн и загадок прошлое своей матери, легенды ирландского театра.
"Сейчас во всём, что пошло не так, мы привыкли винить родителей. Если повезёт найти близкого человека, обвиним его. Мой муж во всём винит меня, а я его, и эта система делает нас обоих счастливыми уже долгие годы".
Новая книга обладательницы Букеровской премии Энн Энрайт рассказывает историю дочери, пытающейся распутать полное тайн и загадок прошлое своей матери, легенды ирландского театра.
"Мне так захотелось оказаться с ней рядом, что пришлось прилечь на её кровать, чтобы моя любовь не выплеснулась через край".
Новая книга обладательницы Букеровской премии Энн Энрайт рассказывает историю дочери, пытающейся распутать полное тайн и загадок прошлое своей матери, легенды ирландского театра.
Вот что остаётся после нас - волшебные предметы, из которых исчезло волшебство.
Новая книга обладательницы Букеровской премии Энн Энрайт рассказывает историю дочери, пытающейся распутать полное тайн и загадок прошлое своей матери, легенды ирландского театра.
"Пока она не приехала, я до конца не осознавал, как она мне нужна. Как это ох*енно, когда твоя женщина у тебя под рукой со всеми кудряшками и прибамбасами. Я скучал без её прибамбасов. Ни от какой другой тёлки я бы не стал их терпеть. Не знаю, почему так. Так, мать его, сложилось. С того дня, как она впилилась в меня на той парковке."
Он - девятнадцатилетний мажор. От таких в свои двадцать три Женя предпочитает держаться подальше.
Она - вчерашняя хорошенькая студентка. К таким Макс обычно держится поближе.
Серьёзная дочь порядочных родителей и балагур с ног до головы покрытый татуировками.
Они не планировали совместное "долго и счастливо", потому что между ними нет вообще ничего общего. Но взаимное притяжение, возникшее при первой встрече, создаёт проблемы для обоих.
В каждом из нас ..., живет чудовище, вопрос в том, как хорошо мы умеем его скрывать и как часто позволяем ему вырваться на волю.
Они вышли из красного тумана — исполины, застилающие плечами синее солнце Нарии, жестокие воины без сердца и души. У них много имен — Оддегиры, пустынные люди, демоны мира песков. Они утопили мою землю в реках крови, уничтожили мой народ, стерли с карты неба все звезды жизни, осталась лишь я — последняя сумеречная. И я должна бежать, забыть свое имя и суть, что бы выжить… Но камень высшего эорда брошен, и Эгла уже плетет свою нить, соединяя мою жизнь воедино с тем, кто стал моим проклятьем и...
"У меня даже заявление в “Кислоте” не подписали, сказали дадут время подумать. Порядочные трудоголички всем нужны. Зато со склада закупок меня рассчитали быстро. Можно поесть шаурмы на эту зарплату."
Он - девятнадцатилетний мажор. От таких в свои двадцать три Женя предпочитает держаться подальше.
Она - вчерашняя хорошенькая студентка. К таким Макс обычно держится поближе.
Серьёзная дочь порядочных родителей и балагур с ног до головы покрытый татуировками.
Они не планировали совместное "долго и счастливо", потому что между ними нет вообще ничего общего. Но взаимное притяжение, возникшее при первой встрече, создаёт проблемы для обоих.
"Что если мы друг другу не подходим? Я не жду заверений в вечной верности или штампа в паспорте. Хотя нет, жду! Но любви нужна свобода, а любви Макса и подавно. Он не домашний мальчик. Ни разу. Все это пугает меня. Но прямо сейчас у меня нет сомнений."
Он - девятнадцатилетний мажор. От таких в свои двадцать три Женя предпочитает держаться подальше.
Она - вчерашняя хорошенькая студентка. К таким Макс обычно держится поближе.
Серьёзная дочь порядочных родителей и балагур с ног до головы покрытый татуировками.
Они не планировали совместное "долго и счастливо", потому что между ними нет вообще ничего общего. Но взаимное притяжение, возникшее при первой встрече, создаёт проблемы для обоих.
Лирин, хватит болтать! Лучше сделай губки вот так, я намажу их соком малины!
– Чтобы слаще были?
– Чтобы слиплись и ты молчала!
Тысячелетие назад Великий Туман разделил наш мир на цивилизованную Конфедерацию и дикие фьорды. В загадочные земли теперь можно попасть лишь одним способом — стать невестой для ильха-варвара. О фьордах ходят страшные сказки, говорят, их населяют чудовища, вот только никто не знает правду. Зато всем известно, что за каждую невесту ильхи платят золотом и драгоценными камнями. Я не мечтала о фьордах, не искала любви или денег. Но однажды согласилась стать невестой для варвара из пугающего...
"После всего увиденного на той парковке... я как никогда понимаю, что семья, она должна быть такой. Чтобы все трудности - рука к руке, нога к ноге, шаг за шагом. Чтобы тебя любили таким, какой ты есть. Чтобы не насаживали никаких стереотипов, но объяснили, что значит быть "порядочным" человеком. Порядочный человек не ударит отца. Даже если... отец ГОВНО! Он не сопротивлялся и я... просто им горжусь...Макс, он такой… Как его можно не любить?! Я его люблю, и мои родители, знаю точно, тоже полюбили бы!"
Он - девятнадцатилетний мажор. От таких в свои двадцать три Женя предпочитает держаться подальше.
Она - вчерашняя хорошенькая студентка. К таким Макс обычно держится поближе.
Серьёзная дочь порядочных родителей и балагур с ног до головы покрытый татуировками.
Они не планировали совместное "долго и счастливо", потому что между ними нет вообще ничего общего. Но взаимное притяжение, возникшее при первой встрече, создаёт проблемы для обоих.
- Знаешь, Крис, после того, как я видела твой голый зад и тащила тебя из Мертвомира, я рассчитывала на большее понимание! - Так и знал, что ты меня рассматривала. -
Самозванка Вивьен Джой открыла заветную Дверь и вошла в Мертвомир. Совершила то, о чем приютские дети могут только мечтать. Я увидела мир с другой стороны, узнала его секреты и встретила жутких чудовищ. Чем одарило меня одно из них? И какие страшные тайны скрывает Двериндариум?
- Непрактичность - первый признак истинного богатства. -
Иви-Ардена Левингстон — аристократка и богачка, представительница древнего и славного рода. Ее жизнь полна роскоши и капризов. По праву рождения Иви-Ардена получила не только беззаботную жизнь, но и высшую привилегию нашего мира — отправиться в Двериндариум и открыть заветную Дверь. Получить Дар Двери. И даже ее ненавистный старший брат не в силах помешать этому событию. А при чем здесь я, нищенка и сирота Вивьен? Все просто. Я та девушка, которая приехала в Двериндариум вместо богатой...
- Не стоит советовать тогда, когда совета никто не спрашивает.-
Иви-Ардена Левингстон — аристократка и богачка, представительница древнего и славного рода. Ее жизнь полна роскоши и капризов. По праву рождения Иви-Ардена получила не только беззаботную жизнь, но и высшую привилегию нашего мира — отправиться в Двериндариум и открыть заветную Дверь. Получить Дар Двери. И даже ее ненавистный старший брат не в силах помешать этому событию. А при чем здесь я, нищенка и сирота Вивьен? Все просто. Я та девушка, которая приехала в Двериндариум вместо богатой...