Цитаты
285221
— Значит, любовь в том, чтобы сильный побеждал слабого?
— Несомненно.
— Но ведь сильные распяли господа нашего Иисуса Христа! — сказал горячо дьякон.
— В том-то и дело, что распяли его не сильные, а слабые. Человеческая культура ослабила и стремится свести к нулю борьбу за существование и подбор; отсюда быстрое размножение слабых и преобладание их над сильными. Вообразите, что вам удалось внушить пчелам гуманные идеи в их неразработанной, рудиментарной форме. Что произойдет от этого? Трутни, которых нужно убивать, останутся в живых, будут съедать мёд, развращать и душить пчел — в результате преобладание слабых над сильными и вырождение последних. То же самое происходит теперь и с человечеством: слабые гнетут сильных. У дикарей, которых еще не коснулась культура, самый сильный, мудрый и самый нравственный идет впереди; он вождь и владыка. А мы, культурные, распяли Христа и продолжаем его распинать. Значит, у нас чего-то недостает… И это «что-то» мы должны восстановить у себя, иначе конца не будет этим недоразумениям.
— Но какой у вас есть критериум для различения сильных и слабых?
— Знание и очевидность. Бугорчатых и золотушных узнают по их болезням, а безнравственных и сумасшедших по поступкам.
Иван Андреич Лаевский, проживающий в приморском городе с ушедшей от мужа Надеждой Федоровной, однажды пожаловался своему приятелю, военному доктору Самойленко, что любовь прошла и его тянет уехать из этой жары в северный Петербург…
О людях судят по их поступкам.
Иван Андреич Лаевский, проживающий в приморском городе с ушедшей от мужа Надеждой Федоровной, однажды пожаловался своему приятелю, военному доктору Самойленко, что любовь прошла и его тянет уехать из этой жары в северный Петербург…
Вот его нравственный остов: утром туфли, купанье и кофе, потом до обеда туфли, моцион и разговоры, в два часа туфли, обед и вино, в пять часов купанье, чай и вино, затем винт и лганье, в десять часов ужин и вино, а после полуночи сон и la femme. Существование его заключено в эту тесную программу, как яйцо в скорлупу. Идёт ли он, сидит ли, сердится, пишет, радуется - всё сводится к вину, картам, туфлям и женщине.
Иван Андреич Лаевский, проживающий в приморском городе с ушедшей от мужа Надеждой Федоровной, однажды пожаловался своему приятелю, военному доктору Самойленко, что любовь прошла и его тянет уехать из этой жары в северный Петербург…
Ты — старый ребенок, теоретик, а я — молодой старик и практик, и мы никогда не поймем друг друга.
Иван Андреич Лаевский, проживающий в приморском городе с ушедшей от мужа Надеждой Федоровной, однажды пожаловался своему приятелю, военному доктору Самойленко, что любовь прошла и его тянет уехать из этой жары в северный Петербург…
И кто ищет спасения в перемене места, как перелётная птица, тот ничего не найдёт, так как для него земля везде одинаковая.
Иван Андреич Лаевский, проживающий в приморском городе с ушедшей от мужа Надеждой Федоровной, однажды пожаловался своему приятелю, военному доктору Самойленко, что любовь прошла и его тянет уехать из этой жары в северный Петербург…
правда коренится в реальности, а не в воображении.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Вера сама по себе, как вы понимаете, есть ключ… волшебная палочка, которой они помахивают над бурлящим варевом, состряпанном ради того, чтобы выдать его за «истину, не требующую доказательств».
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
очень часто именно бегство добычи побуждает хищника наброситься на нее
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
А страх — неотъемлемая часть пыток, это первое, что узнают морд-сит во время обучения… страх делает любую боль намного более сильной.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
поняв врага настолько, чтобы предсказывать его действия, уже можно принять меры предосторожности, составить план его уничтожения. Разгадка его природы — ключ к победе над ним.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Реальность не может противоречить сама себе. И если противоречие наблюдается, значит, какая-то часть реальности не является тем, чем кажется.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Сколько бы людей ни было вокруг, когда ты умираешь, все равно умираешь в одиночку...
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Иногда то, что не сказано, важнее того, что сказано.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Никогда и не думайте даже, что эгоизм есть зло. Эгоизм — это способ выживания. Эгоизм — это суть жизни
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Упрямо не признавать правду означает предавать самого себя.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Размышляй не о проблеме, размышляй о ее решении!
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Все причины и основания своих действий знает лишь тот, кто действует.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Неуверенность ведёт к поражению.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Иногда смерть близких заставляет людей увидеть мир в новом свете, обратить внимание на что-то более важное.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Вера - это способ самообмана, хитроумная уловка, и в ней нет ничего, кроме слов и чувств, основанных на любом фантастическом понятии, какое только может присниться. Вера - это попытка подчинить истину капризу. Проще говоря, попытка вдохнуть жизнь в ложь, затмить реальность ослепительной красотой фантазий. Вера - прибежище глупцов, невежд и обманутых, не умеющих думать людей.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Под действием страха люди не в силах трезво мыслить. Когда же они прекращают думать, они часто поступают глупо.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
внешность - это отражение мыслей человека о себе, а следовательно, и о других. Если человек ненавидит себя или не уверен в себе, это отражается во внешности. Правда, бывают и несоответствия - но чаще всего грехи во внешности не внушают доверия другим людям, потому что они, как правило, отражают недостатки внутреннего мира человека, осознает он это или нет.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Если ты недостаточно понимаешь какой-то предмет, это не означает, что ты можешь произвольно выбирать объяснения. Не понимая природы явления, нельзя утверждать, что её нет вообще.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Девятое правило волшебника гласит: противоречие в действительности существовать не может. Ни частично, ни полностью.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...
Ты не обязан соответствовать чьим-то ожиданиям — только своим собственным.
Сколько крови должно пролиться, прежде чем наконец настанет мир? Сколько еще друзей и соратников предстоит потерять легендарному Ричарду Сайферу, лорду Ралу, Искателю Истины? Быть может, что-то решит, наконец, открытая битва с безжалостным Сноходцем Джеганем, завоевывающим все новые земли и утверждающим на них ужасную власть Тьмы? На этот вопрос не могут — или не желают — ответить Исповедницы, для которых нет тайн. Значит, Ричарду предстоит вновь выйти на бой с повелителем Мрака — и...