— Да, это был первый порыв. И тогда ещё принцесса была с принцем. А теперь я считаю единственно верным решением никому ничего не сообщать. В конце концов, давайте спросим Руну, хочет ли она возвращаться? Леся, позовешь ее?
— И спрашивать не нужно, - Риотир в сердцах махнул рукой, - эти двое видят только друг друга и разумно мыслить не способны.
— Пришла любовь - каникулы у разума, - согласилась Тая.
— Как вы себя чувствуете, миледи? - спросил лорд. - Голова не болит?
— А должна? - удивилась Тая.
— Врач предупредил, что от сильного удара кулаком вы могли получить сотрясение мозга.
— Ничего у меня не болит, - буркнула она.
— Так и думал, - лорд вернул чашку на поднос и сладко потянулся. - Я врачу сказал, что сотрясать там нечего. Но решил спросить, на всякий случай.
— Дожили, - запричитала Тая, - обожрали, чашку отобрали, в личное пространство вторглись...
— Вам очень идет синяк, - невинно заметил Риотир. - Оттеняет глубину ваших глаз. Точнее глаза...
В руках разъяренной женщины и пилка для ногтей превращается в смертельное оружие, а в поле зрения Таи попали каминные щипцы. Впервые в жизни они не показались ей тяжелыми и неудобными. Рейдис не ожидал от леди Тэйс активного сопротивления и растерялся, обнаружив миледи летящей к нему со щипцами наперевес. Он попытался заслониться от удара, поэтому к выбитым зубам прибавился ещё и перелом руки. Тае стоило огромного труда не нанести контрольный удар по голове.
Тая смотрела на блуждающую улыбку гостя, а сама представляла, как зарывает её обладателя в лопухах.
— Вам следует строже обращаться со служанками, - лениво бросил Эрттон. - По-моему, они слишком строптивы.
— Я учту ваши слова, - пообещала Тая и мысленно увенчала свежий холмик большим булыжником.
— Пожалуйста, милорд, выручите нас с Лесей!
— Что я должен сделать?
— Пригласить её на танец.
— Что?! Опять танцевать?!
— Но, милорд, иначе её снова пригласит белобрысый красавчик Эстарх, а девочка уже не в себе от общения с ним. Вы же рыцарь, милорд! А настоящий рыцарь не бросает даму в беде.
— Дагидов молот вам в ж... в голову, вы ещё и шантажистка?! - возмутился Риотир.
— У меня много скрытых талантов, - ухмыльнулась Тая.
— Хорошо, я приглашу вашу племянницу. Но если оттопчу ей ноги, пусть пеняет на себя!
— По-моему, миледи, самые громкие победы принц одерживал над запеченными перепелками и фаршированными утками, - доверительно шепнул Риотир ей на ухо.
— Вы забыли про жестоко умерщвленную бутылку вина, - напомнила ему Тая.
Риотиру не понравилось чувствовать себя идиотом. С новыми ощущениями его примиряло одно: проклятущий принц выглядел идиотом законченным.
— Миледи, поторопитесь!
— Ещё пару минут. Все равно принц опоздает.
— Плевал я на него, - буркнул лорд. - Я есть хочу.
— Голод - единственное, терзающее вас, желание? - ехидно поинтересовалась гостья.
— Да. Но если вы провозитесь ещё немного, мне захочется свернуть вам шею.
— И останетесь без хозяйки.
— Я сказал "захочется свернуть", а не "сверну".
— Все мужчины - прожорливые гоблины, - Тая распахнула дверь, чуть не одарив Риотира шишкой.
— Обычно все барышни только и мечтают о принце на белом коне. А потом раз - а принц-то этот оказывается редкостным... удодом! И, выясняется, нужно было не с ним под венец идти, а с его конем сматывать.
Когда знаешь истинную цену исполнения такого желания, стараешься желать как можно скромнее. Власть же не прибавляет ни друзей, ни любви.
Вдохновение- материя тонкая, оно неподвластно нашему желанию
Казначеем королева была довольна. Конечно, он воровал, но в пределах разумного, пересекая попытки других неравнодушных запустить обе руки в казну. Одна еще куда ни шло, но две - это уже перебор.
далеко не всегда бездействие происходит от нежелания что-то изменить.
когда народ волнуется, он прекращает работать и начинает думать, вот это уже и вовсе никуда не годится
Слово королевы стоит многого, но всё же его не всегда достаточно.
Сплетни придают жизни определенную остроту..
Тамила никогда не была жестокой, скорее, обескураживающе рациональной.
Вышедшая из-под контроля магия надежнее и смертоноснее любого наемника.
доверие – материя куда как тоньше, чем формальный переход в подчиненность другого государства.
Многие душу бы отдали за обладание этим украшением, но мало кто знал, что проблем и горя корона приносит больше, чем счастья.
Удивительно, но можно привыкнуть даже к боли. Особенно, когда выбора всё равно нет.
Для большей благозвучности это называлось внешней политикой, подразумевало же умение пролезть в дела соседей незаметно, но максимально эффективно.
Венец – это не бриллиантовая диадема, надеваемая по случаю. Что это не украшение, а ноша, которую выдержит не всякая шея. И что у меня не будет дня, когда можно её убрать подальше и сделать вид, что ты просто человек. Как шрамы остаются на теле вне зависимости от нашего желания, так и она всегда на мне и со мной, пока я жива.
Воспитанная знатная леди должна выражать чувства исключительно взглядом, не опускаясь до поведения кошки