– Думаешь, капитан угомонится, если мы забудем его в лабиринте? – переведя взгляд с ненавистных списков на меня, спросила мстительница. – Вряд ли. – Тогда решено: просто прикопаем. Поможешь? – Даже не сомневайся.
На лестнице стало страшненько упасть, и я запротестовала: – Илай, отпусти! Ты меня уронишь. – Не бойся, – крякнул он. – Быстро поднятое уроненным не считается.
– Меня зовут Аниса Эден, и я проиграла спор Илаю Форстаду-младшему!
...
– Мы договорились, что я выйду к благодарной публике и расскажу правду! – Я обвела широким жестом толпу. – Рассказываю! Илай Форстад – божественная, прекрасная, избалованная, высокомерная…
Народ откровенно потешался, а «божественный и избалованный» между тем медленно менялся в лице. Он же не знал, что мне пришлось проштудировать толстый словарь, чтобы подобрать такое количество экспрессивных определений.
– Столичная принцесса! – закончила длинный список.
Форстад перевел дыхание. Могу поспорить, он думал, что сейчас услышит «скотина».
– Еще я пообещала, что назову его скромным! – вдруг припомнила я. – В общем, он очень скромный!
...
Не сводя взгляда с лица Илая, я набрала в грудь побольше воздуха и на одном дыхании выпалила:
– И я люблю его! По-настоящему!
Надо бы запастись лопатой на тот случай, если Форстад заведет настоящую подружку. Я буду искренне желать им счастья, закапывая обоих на каком-нибудь заброшенном кладбище…
Я вообще милая, отзывчивая и скромная, но всякие кретины постоянно пытаются гладить меня против иголок.
– Мы договорились, что я выйду к благодарной публике и расскажу правду! – Я обвела широким жестом толпу. – Рассказываю! Илай Форстад – божественная, прекрасная, избалованная, высокомерная... – Столичная принцесса! – закончила длинный список.
– Ведьма, помоги!
– Знакомый? – ощетинились активистки в борьбе за женскую честь и гордость.
– В первый раз вижу, – не сбавляя шага, уронила я.
– Я принес деньги за урок! – с отчаяньем выкрикнула жертва.
Тут же притормозив, я медленно обернулась и с нарочитым удивлением протянула:
– Дживс, ты ли это с утра пораньше кошмаришь приличных девушек?
– Это дорога, малышка. А любая дорога рано или поздно приводит к родному дому.
Не стоит впрямую бороться с дураками, их больше, на всех сил не хватит. Значит, и тратить их незачем. Делай по-своему, вот и весь сказ.
Ты получил не то, что хотел, но ты и просил не то, что желал.
Есть прямая ложь, которую ты можешь увидеть, есть полуправда, есть недоговорки… вариантов много. Не стоит верить чужим, люди преследуют только свою выгоду.
...смерть – лучшая награда для героя. Мертвого будут любить и награждать, живого постараются снова припахать.
Вот уж воистину, деньги – зло. Нет их – зла не хватает. Есть они – не хватает на тебя зла у других.
Нам редко нравятся те, кому не нравимся мы.
Благородный человек будет обращаться даже с прачкой как с королевой, быдло поведет себя с королевой как с прачкой, а уж в какой семье родилось то быдло… Кто-то всерьез думает, что раз колыбелька с гербами, то и душа тоже благородная? Воспитывать надо! Вос-пи-ты-вать! Иначе такое вырастет, что и на уши не натянешь.
Для всех ты хорошей никогда не будешь.
Вот уж воистину, деньги – зло. Нет их – зла не хватает. Есть они – не хватает на тебя зла у других.
...дворянин – это не тот, кто что-то из себя изображает. Это слуга короля и отечества. А все остальное – лишь мишура, становящаяся для многих глупцов ценнее, чем истинное понимание своей роли.
На восьмой гадалке мне это так надоело, что я едва не застонала. Ирек похлопал меня по плечу.
— Чего они мне все любовь предсказывают? – чуть не застонала я.
— Так это профессиональное, – хмыкнул Ирек. – Девкам – любовь, бабам – основательного мужика или что ее муж за ум возьмется.
— А мужчинам?
— А мы к этим дурам не ходим, – гордо выпятил грудь Ирек. – Точно знаю, баб много, а я один. Единственный… Если нашлась дура, которая меня не оценила, пусть ей же хуже будет, а я найду ту, которая меня поймет и оценит по достоинству.
не бывает совпадений, есть только синхроничность
...лучшая тактика-выжидание.А бездействие противника иногда выматывает сильнее,чем открытая схватка.
Зачем любовь,страсть,когда на самом деле важно другое-удобное место в самолете и женщина,которая тебе это место забронирует
В любви меняется всё-даже походка.Словно ступаешь по горящим углям.
С людьми он говорил на английском, с котами - на французском, а с птицами - на латыни. Однажды он даже чуть не убился, попытавшись читать на скаку.
Мамам отдаешь свое сердце. Мамы всегда дают возможность остановиться и перевести дух.