Люди думают, что порвут фотографии и тем самым освободят свою память, но это не так. Память живет с нами до конца наших дней, это самый надежный альбом для хранения.
Вестфилд, одна из древнейших и наипротивнейших семей, с которой мы всегда соперничали: Монтекки и Капулетти Мунсайда. И я согласилась бы быть Джульеттой, если этот Ромео сдохнет первым.
На алтарь высшего блага приносят в лучшем случае свои жизни, в худшем – человечность. Если высшее благо окажется обманом, смерть знает, как укрыть своих подопечных от разочарования. А вот утерянную человечность никто тебе не вернет.
– Наши действия. Фактически единственный доступный нам вариант сейчас – облить вашу «куклу» вашим зельем.
– С непредсказуемыми последствиями, – напомнил он.
– Если бы вы хорошо учились, то последствия были бы предсказуемыми, – не удержалась я.
Согласно «этике и психологии» партнера следовало уважать, взаимовыручать, с ним следовало дружить и иметь общие интересы. Почему-то о том, кто будет объяснять ребенку дроби, а кто вытирать сопли, в «этике» не было сказано ни слова. И о том, какие именно интересы должны быть общими, семейная наука тоже умалчивала.
Разговаривать с ними было так же невозможно и тоскливо, как в жару пропалывать щавель на колхозном поле.
С самого начала своей самостоятельной жизни я не мог уразуметь, как мне обращаться с самим собой.
Когда я выходил из магазина с кошачьим кормом в руках, обе кошки пялились на меня, как на осколок мечты.
- Видишь ли, я под интересной звездой родился. Чего ни захочу, все получаю. Но как только что-нибудь получу, тут же растопчу что-нибудь другое. Понимаешь?
- Никто не верит, но так оно и есть. Года три назад я это заметил. И решил, что буду теперь стараться ничего не хотеть.
- Ты что, собираешься так прожить всю жизнь?
- Наверное... А как еще никому не мешать?
- Если ты на самом деле так думаешь, тебе лучше жить в ящике для обуви.
Меня, наверное, единственную радует, насколько пристально Фейсбук и Google следят за нами и фиксируют наши маршруты.
Этот город - убийца радости и отсюда не так просто выбраться. Хотя до Лондона меньше часа на поезде, на самом деле это два мира, между которыми бездна. Либо ты умён и поступаешь в хороший университет и уезжаешь отсюда в восемнадцать, либо нужно быть рокером, или спортсменом, или убить кого-нибудь. Или всё это одновременно.
Мы часто помогаем друг другу с математикой. Порой это даже весело – решать вместе трудные примеры.
Мне будет гораздо легче, если у меня появится собака. По крайней мере, у меня будет единственный в целом мире друг, который ни за что не предаст меня. Пес, на которого я смогу положиться.
Возможно, он и был кротким, как ягненок, но то, что он был упрямый, как осел, это точно.
Я представлял себе хрупкое нежное сердечко, глубоко спрятанное в плоде миндального дерева. А потом его перемололи, превратив в миндальную массу. Бедное маленькое сердечко. И бедный, бедный я. Мое сердце тоже скоро вот-вот треснет и разлетится на куски. Но, несмотря на грустные мысли, я понял, что торт очень вкусный.
Рыбка же не виновата, что она не собака.
Почему-то вид серых туч меня взбодрил. Словно мне представился замечательный случай доказать, что я действительно очень ответственный и готов выгуливать свою собаку в любую погоду.
И тут я понял, что мне следует сделать. Золотая рыбка должна вернуться домой, в свой большой аквариум в ресторанчике. Там она будет не одна, а среди своих подружек, и проживет еще долгую и счастливую жизнь. Да и постоянное зрелище золотой рыбки в моей комнате не доставило бы мне никакого удовольствия и сделало бы мою тоску по собаке еще более невыносимой.
В этот момент у девочки было очень серьезное лицо; она сжала губы, как она всегда делает, когда сосредоточена, и при взгляде на нее я внезапно всем сердцем ощутил, как сильно ее люблю.
Одни секреты ты упорно хранишь, а другие выскакивают из тебя сами.
Нельзя смеяться над тем, кто боится. И уж подавно нельзя смеяться над тем, кто жестоко разочарован.
Речь о том, чтобы потерпеть неудачу, но начать все снова. Речь о том, чтобы добиваться маленьких и больших побед.
Сделать неправильно и попробовать снова.
Дамы, давайте будем честны. Ваш внутренний голос - придурок. Вам когда-нибудь становилось лучше от то, что он говорил? И не станет, если, конечно, ты не мазохистка
Твои ошибки не означают, что ты плохой человек. Они означают, что ты человек и допустила промах.