Ох, Америка! Резиновая Америка! Всех готова принять! Эх, Россия! Щедрая Россия! – сколько у тебя талантов, и всех готова отдать!
Мы жили в тоталитарном государстве. Были годы свирепого давления – клещи власти, бывали и плоскогубцы – давит, но не режет. Бывали и оттепели с прояснением и синим небом над головой. Но мы жили в тоталитарном государстве – всегда!
Хороший театр… но какой-то ненастоящий. И я знаю, чего в нем не хватает. Занавеса! Без занавеса нет театра. Сцена без занавеса – это эстрада.
Молодой человек, который не может или не хочет быть один, общаться с семьей, тусоваться с друзьями, сидеть на лекциях или выполнять какую-то работу без того, чтобы поминутно не проверять свой смартфон, – наглядное свидетельство того, как политическая экономика паразитирует на наших организмах.
Странность красоты в том, что ее отсутствие вызывает у нас симпатию в меньшей степени, чем прочие недостатки.
...птицы – самый наглядный показатель здоровья экосистемы.
Деньги в романах – настолько мощный принцип реальности, что потребность в них способна пересилить даже наше желание, чтобы герои жили долго и счастливо...
Жизнь – хрупкая вещь, ее можно раздавить, если слишком крепко за нее держаться...
Любовь – лучший мотиватор, чем чувство вины.
Животные не способны поблагодарить нас за то, что мы позволили им жить, и, разумеется, не поступили бы так по отношению к нам, поменяйся они с нами местами. Но не они, а мы нуждаемся в том, чтобы жизнь имела смысл.
В живом общении мы волей-неволей признаем в собеседнике личность, реального человека, а с этого и начинается эмпатия.
Ведь больно не когда бьют, а когда не понимаешь причины этого или причина недостаточно веска.
когда отравился своими одинаковыми буднями, каждым рассветом в шесть утра, каждой падающей с неба каплей, каждым лучом света, журчащей речкой и лугами, то не знаешь от чего именно тебе плохо. К горлу подступает тошнота, а выблевать отраву не можешь.
"– Вы любите головоломки, доктор? – Нет. – А я люблю их создавать. Знаете, такие абсурдные ситуации, которые заставляют человека ломать голову, пытаясь найти ответ."
"Дом, который доктор Браун построил собственными руками, был холодным, начиная со стен и заканчивая пылающим камином. Теплый дом, но невыносимо ледяной! Знаете, такое место, где не можешь чувствовать себя счастливым и полным сил. Это было убежище, которое давало лишь укрытие от дождя, но не уют, не ощущение спокойствия..."
"... согласитесь, что хладнокровие и безразличие к чувствам других людей – это один из симптомов шизофрении."
"Передайте ему мое почтение, я, как человек некурящий, благодарен ему за его уважение к людям, которые не приемлют пассивное курение".
"– Нет, я категорически против свободных отношений, доктор. Как и он! Понимаете, я преисполнена любовью к нему, как Джейн Эйр – к мистеру Рочестеру, я не представляю своей жизни без него.
То, что говорила эта морщинистая женщина, было удивительным и каким-то неуместным одновременно. Доктор Браун полагал, что в старости люди превращаются в сухую кору и не способны любить. Любовь – это игрушка молодых".
"Почему-то этот загадочный мужчина, идейный борец против пассивного курения, питает особую страсть к женщинам из сумасшедших домов".
"Зачастую аутисты не ищут внимания со стороны окружающих, им было бы комфортно, если бы на них вообще никогда не обращали никакого внимания."
"Один из многих признаков аутизма – это скупость на проявление любого рода эмоций. Доктор Браун мало того что знал, как чувствует мир его собеседник, но еще и старался убедить его в том, что он чувствует правильно".
"– В старости люди редко сохраняют былое очарование. Кожа сильно портится и характер. Как думаешь, чем пахнет старый человек? – Не знаю, наверное, как я и вы. – Но ведь мы не старые. – А с чего старый человек должен пахнуть по-другому? Люди – не сыр, который может завонять."
"Я тебе скажу, Дон, как старший товарищ, что с этими детьми никто не дружит не потому, что их целуют перед сном, а потому, что других детей не целуют. Они – белые вороны, которых стоит теперь загадить. Это я тебе скажу по-взрослому".
"Ты ведешь себя тихо, людям кажется, что если ты человек тихий, а в придачу еще и молчаливый, то тебе явно есть, что скрывать".
"Особую радость ему доставляло знакомиться со своими пациентами, раскрывать их, как закрытую тонкую тетрадь, и вносить в их размеренную, удивительную жизнь свой собственный почерк."