Помнится, однажды он не удержался и спросил её, что уж такого хорошего было в те засушливые, неурожайные, тяжкие, в общем-то, годы, чтобы всякий раз, вспоминая, мечтательно улыбаться. Бабушка подумала и ответила: «Мир был ярче для меня, малыш. Небо выше, солнце светлее, трава зеленей. Я была молода…»
Вот это и называлось – попался.
Бродил, значит, бродил себе по торговым улицам и рядам и думал уже, будто все искушения одолел. И вот – на тебе пожалуйста. Такое, мимо чего пройти ну никак невозможно.
На прилавке ровными рядами, корешками вверх, лежали книги. Самые настоящие книги. Десятка два разных. А может, даже целых три…
То, что лечит, горько на вкус. То, что сладко, оборачивается потом болезнью…
Он стоял на холме посреди мира, обреченный на вечную горечь утраты и вечное счастье быть собой. Простивший. Прощенный. Человек под небом.
Айникки знала Ильмаринена почти с рождения. Росли по соседству, как два деревца, – а, став старше, переплелись ветвями, чтобы всегда быть вместе. С самого отрочества родители твердили Айникки, что Ильмо ей не пара, что он непохож на прочих парней. Но именно за это она его и полюбила.
Как далеко придется зайти на пути к силе? Где проходит граница между допустимым и невозможным, и существует ли она вообще для похъёльского колдуна? Или в этом суть похъёльской магии: остановишься – считай, проиграл? Разве он не знал, что ему предстоит, когда уговаривал Рауни взять его в ученики? Не знал, что всё это кончится убийством?! «Нет, – поправил он себя, – убийство – только начало».
– Мудрый, обретя всемогущество, к нему не прикоснется, пока не узнает о последствиях, – подумав, сказала девочка. – А неразумный начнет тут же тратить силу на пустяки, преследуя свои мелкие цели, и погубит мир, сам того не заметив.
Айникки знала Ильмаринена почти с рождения. Росли по соседству, как два деревца, – а, став старше, переплелись ветвями, чтобы всегда быть вместе. С самого отрочества родители твердили Айникки, что Ильмо ей не пара, что он непохож на прочих парней. Но именно за это она его и полюбила.
Как далеко придется зайти на пути к силе? Где проходит граница между допустимым и невозможным, и существует ли она вообще для похъёльского колдуна? Или в этом суть похъёльской магии: остановишься – считай, проиграл? Разве он не знал, что ему предстоит, когда уговаривал Рауни взять его в ученики? Не знал, что всё это кончится убийством?! «Нет, – поправил он себя, – убийство – только начало».
– Мудрый, обретя всемогущество, к нему не прикоснется, пока не узнает о последствиях, – подумав, сказала девочка. – А неразумный начнет тут же тратить силу на пустяки, преследуя свои мелкие цели, и погубит мир, сам того не заметив.
Для того чтобы мучить слабых, повод не нужен. Это нормальный инстинкт. Если у человека есть возможность сделать гадость ближнему безнаказанно, он её непременно сделает... Люди вообще устроены довольно гнусно.
самый лучший путь получения энергии - это, конечно, позволить солнцу войти в глаза, особенно в левый.
- Что значит быть неполным? Все говорили мне, что только ты можешь объяснить это, - сказал я.
- Это очень простая вещь, - сказала она. - полный человек - тот, кто никогда не имел детей.
Она сделала паузу, как бы давая время записать то, что она сказала. Я поднял глаза от своих записей. Она внимательно смотрела на меня, оценивая эффект своих слов.
- Я знаю, что Нагваль говорил тебе то же самое, что тебе только что сказала, - продолжала она. - ты не обратил никакого внимания на его слова, и ты, по-видимому, на мои слова тоже не обратил внимания.
Я громко прочел заметки и повторил то, что она сказала
Она хихикнула
- Нагваль сказал, что неполный человек - это человек который имел детей, - сказала она, как если бы диктовала мне.
Она изучающе смотрела на меня, по-видимому, ожидая вопроса или замечания. Я безмолвствовал.
- Теперь я сказала тебе все о том, что значит быть полным и неполным, - сказала она. - и я сказала тебе это точно так же, как Нагваль говорил мне. Это не имело никакого значения для меня тогда, и это не имеет никакого значения для тебя сейчас.
Я поневоле рассмеялся над тем, как она копирует дона Хуана.
- Неполный человек имеет дыру в своем животе, продолжала она. - маг может видеть ее так же ясно, как ты можешь видеть мою голову. Когда дыра находится левой стороне живота, ребенок, который произвел эту дыру имеет тот же самый пол. Если она находится с правой стороны ребенок имеет противоположный пол. Дыра на левой сторон черная, на правой - темно-коричневая.
Научившись видеть, человек обнаруживает, что он в мире - один, и у него ничего, кроме глупости, нет.
Что поделаешь! Живопись такая штука, которая выматывает человека...
Хм… Оригинальный он избрал способ в чувствах объясняться. Мол, мила ты мне, но знай — я этому совсем не рад.
— Ну давай хотя бы валетом ляжем, — предложила я.
— Штерн, а ты уверена, что хочешь всю ночь нюхать мои ноги?
Все мы в молодости творили безрассудства, о которых потом неприятно вспоминать, но поступки, имеющие следствием финансовый успех, люди почему-то не склонны рассматривать как безрассудства молодости.
Нет силы более могущественной, чем женщина во всей ее слабости. Она - высшая повелительница.
А ты, ты любишь меня, Клеопатра, ты будешь хранить мне верность - не за моё могущество и власть, не за то, что я дарю и отнимаю царства, не за то, что весь мир содрогается от железной поступи моих легионов, не за то, что моя счастливая звезда светит столь ярко, а просто потому, что я - Антоний, суровый воин, состарившийся в походах ? За то, что я - гуляка, бражник, за мои слабости, за переменчивость, за то, что я никогда не предал друга, никогда не взял последнее у бедняка, не напал на врага из засады, застав его врасплох ?
Даже фараон не знает, где кончается мудрость и начинается безумие.
Все мы в молодости творили безрассудства, о которых потом неприятно вспоминать, но поступки, имеющие следствием финансовый успех, люди почему-то не склонны рассматривать как безрассудства молодости.
Ленин говорил: из четырёх заповедей партийца самая главная — согласие с программой партии.
«При коммунизме дети настолько сознательны и хорошо образованы, что вполне в состоянии отвечать за свои поступки».
"появился Бэллерс. Он пошёл нам навстречу с робким видом человека, который ожидает, что на него накинутся с кулаками, а когда узнал нас, с ним - не знаю, как иначе это описать, - случился припадок преувеличенной любезности."