Если им вздумается за тобой прийти, они придут, и неважно будет, что ты читала, а чего не читала. Книги у тебя на полках, музыка, которую ты холишь и лелеешь, твои прошлые жизни — все эти мелочи просто предлог. В старое время евнухами во всей их борьбе за власть двигали гордыня и зависть. Может, мы и в новую эпоху живем, вот только люди за один день не меняются.
Музыка полна молчаний
А с тем, что прячется в голове, не всегда поспоришь <...>.
Всегда полезно посмотреть на вещи свежим взглядом.
Чувство вины - одно из самых сильных и мучительных чувств, которые только способен испытывать человек.
Проблема с Чаллоу заключается в том, что сарказм – его привычный стиль общения, из-за чего трудно понять, когда он говорит серьезно, а когда – нет.
С психопатом вы отлично проведете время, но заплатите высокую цену.
Есть что-то неизъяснимо-трогательное в нашей петербургской природе, когда она, с наступлением весны, вдруг выкажет всю мощь свою, все дарованные ей небом силы, опушится, разрядится, упестрится цветами… Как-то невольно напоминает она мне ту девушку, чахлую и хворую, на которую вы смотрите иногда с сожалением, иногда с какою-то сострадательною любовью, иногда же просто не замечаете ее, но которая вдруг, на один миг, как-то нечаянно сделается неизъяснимо, чудно прекрасною, а вы, пораженный, упоенный, невольно спрашиваете себя: какая сила заставила блистать таким огнем эти грустные, задумчивые глаза? что вызвало кровь на эти бледные, похудевшие щеки? что облило страстью эти нежные черты лица? отчего так вздымается эта грудь? что так внезапно вызвало силу, жизнь и красоту на лицо бедной девушки, заставило его заблистать такой улыбкой, оживиться таким сверкающим, искрометным смехом?
Вы прекрасно рассказываете, но нельзя ли рассказывать как-нибудь не так прекрасно?
Дестабилизирует или нет французское общество появление нескольких сотен тысяч беженцев? Четыре миллиона ливанцев приняли на крошечной территории своей страны, населенной в шесть раз плотнее Франции, полтора миллиона сирийцев. И что же? Рухнула финансовая система? Все экономисты сходятся во мнении, что приток иностранных рабочих дал экономике шанс подняться. Хорошо обученные, опытные, не достигшие пенсионного возраста люди принесли дохода больше, чем сами стоили государству.
Она владела абсолютной роскошью – была так счастлива, что презирала деньги.
У выживания своя цена.
Безумцы из ГДР, пытавшиеся перебраться на Запад, стали героями, резистантами, мучениками! Те, кто сегодня пытался перейти границу с юга на север, чтобы оказаться на том же Западе, в объятиях тех же демократий, в лучшем случае объявлялись вне закона, в худшем – террористами.
Разница в числе попыток? Дело в моде? В цвете кожи? В вероисповедании?
Или рехнулся компас планеты?
– Несчастные должны воевать, Альфа́. Таков закон. Воевать, чтобы другие жили в мире.
Можно подумать, человек каждый день тренируется, чтобы механически делать одно и то же, когда все утратит смысл.
Пыль покрывает сердце быстрее, чем мебель.
В одиночестве есть свои плюсы.
– Не хотите чашку чая? Может быть, она станет для вас последней. – До моего полета еще почти год. Предстоит много всего. Подготовка в Звездном городке в России. – В таком случае, для чая еще много времени. Если, конечно, вам удастся раздобыть приличный чай в России.
Познавший вкус бунтарства вовеки бунтарем прибудет
- Удивляюсь тебе, Галлоглас. Ты с поразительным спокойствием принимаешь мои решения. - Диана была ему искренне благодарна. - Мэтью попытался бы отговорить меня от этой затеи. - Вот что бывает, когда полюбишь не того вампира, - едва слышно прошептал Галлоглас, пряча мобильник в карман.
Вообще, ничего странного в странностях нет. Странности есть у всех. Просто потому что мы не произведены конвейерным способом, как бы ни хотелось обратного государству. На душе, как и на теле, тоже есть родинки. Они делают нас личностями.
Этот вопрос «почему не пьешь?» в России какой-то гамлетовский.Людям страшно интересно. Их отчего-то совсем не интересует, почему ты валяешься пьяный на лавочке в десять утра, это нормально. А вот почему не пьешь, вынь да положь.Рядом с трезвым некомфортно. Мало ли что у трезвого на уме. Что на уме у пьяного, как бы общеизвестно, потому что оно же и на языке. А трезвый человек подозрителен.
С каждым годом эндорфинов в крови все меньше, ворчунов все больше. «Ворчун» – это такой гормон старости. Он белит сединой, копает траншеи морщин и выкорчевывает эндорфины.
– Без развитого интеллекта любой вид обречен на гибель. Мы все тут, – он развел руками, – ограничены жизнью звезды. Нашей звезды. И если мы не сможем развиться до такого уровня, чтоб переселиться жить на другую планету, то все погибнем. Рано или поздно Солнце завершит свое существование. У жизни есть время на технологическое развитие. Времени много, очень много, но это неважно, если идти не по тому пути. Эволюция насекомых не связана с развитием мозга и сознания. Значит, они обречены на смерть. Они бессмысленные. Если общество или вид не достигнет высокого уровня интеллектуального развития и, как следствие, технологического, то оно погибнет вместе со звездой. Жизнь звезды – это время, которое дано нам на эволюцию, на развитие мозга, чтоб осуществить полет к другим, более молодым звездным системам.
– А может, в реальном мире и нет уже никого? Всех поели насекомые?
– Такое тоже может быть.
– Настоящая, не симулированная планета Земля заселена жуками, а людей нет, и мы последнее, что осталось от человечества. Просто программы, имитируем некогда живших людей.
– Возможно.
– И если тот настоящий компьютер сломается или выключится, то нам всем…