У меня мало принципов, но я всегда готов помочь тем, кто придет мне на помощь в нужный момент. Пока Киф не давал мне повода в том, чтобы я в нем усомнился.
... успех любой сделки зависит не от того, что у кого – то больше информации в голове, не от того, сколько бойцов стоит за чьей – то спиной и даже не от того, что кто – то умнее и хитрее остальных. Успех сделки зависит от того, насколько человек умеет договариваться.
... розыскные работы тоже дадут свой результат, деньги и упорство не проигрывают никогда. Проверено лично мной.
И еще там есть вот эта фишка всех уездных городков – пятиэтажки кончаются, а город нет, он переходит в частный сектор, где стоят палисадники, дома с резными наличниками и железными воротами.
... ...
Иногда я завидую жителям таких городов, как, наверное, и все, кто от роду проживает в мегаполисах. Там тихо, спокойно, там все всё про всех знают, там люди ходят обедать домой, а не в ближайший торговый центр. Есть в этом что – то такое… Настоящее, что ли. Там – проще. Все – проще. Хотя, я сужу со своей колокольни, в таких местах я бывал проездом, а что поймешь за два – три дня? Может там все наоборот сложнее?
– А у вас ленивые слуги, стол – то грязный, непорядок.
– Да шут с ним, со столом – махнул я рукой.
– Не скажите – казначей покачал головой – С начала грязный стол, потом расхлябывается дисциплина, а потом вам во сне перережут горло. Все дело в мелочах.
Я иногда не успеваю за его мыслью. Вот не успеваю – и все. И все время проигрываю ему в словесных дуэлях.
Человечество – это другие. Все, кроме тебя самого. И как же оно может быть кому-то интересно?
– Я знаю, почему мне так тошно! – крикнул он ей вслед. – Я что-то съел не то. Десять лет назад.
В дороге, едучи из одного места в другое, он всякий раз обретал способность взглянуть на жизнь с немножко большей долей объективности, чем обычно. Частенько именно в поездках ему думалось лучше всего, в голове прояснялось, и он принимал решения, до которых никогда бы не догадался, сидя на месте.
Туристом он себя не считал: да нет, ну какой он турист? – он путешественник! Разница тут отчасти во времени, объяснял он. Турист по истечении каких-нибудь нескольких недель или месяцев обычно спешит домой, путешественник же, будучи связан с предыдущим местом не более, чем со следующим, переходит с одной части планеты на другую, двигаясь так медленно, что эти его перемещения длятся годами.
Болезнь низводит человека в состояние элементарного существования, превращает его в клоаку, в которой продолжаются химические процессы. Возвращает к бессмысленной гегемонии непроизвольного.
— Ой, госпожа ведьма, — в лавку ворвался сынишка мясника Гобса, — вы там это, так гневались, что это, случайно арку цветочную подожгли.— Другую поставите, — прошипела злющая я.— А, ну хорошо, — мальчуган белозубо улыбнулся. — Только вы сразу скажите, если ее тоже палить будете, чтобы мы еще цветов приготовили.— Больше не буду, — насупилась черная ведьма.— Да не-не, вы палите, мы ж не против, только это, чтобы знать…
Ты же знаешь,я терпеть не могу истории,где умирают собаки...
- Мне не нужен аппарат, который... - ... который это сделает за вас. - Да... Они никогда не бывают мне впору. Для меня это гаджеты, они неинтересны.
Самая большая моя страсть - это фотографическая стрельба, представляющая собой ускоренный рисунок, сделанный с помощью интуиции и признания пластического порядка...
Чтобы не фотографировать слишком много, нужно нажимать на спуск только тогда, когда предмет вас захватил, то есть когда возникло чувство, вот и всё...
Критиковать - это влезть в шкуру другого и попытаться понять, что он хотел сделать. Для меня важны только причины того, что вокруг.
Фотограф должен не бегать, а неутомимо ходить: тогда он сможет схватить то, что окажется перед ним на тротуарах, на перекрестках улиц, в жизни.
Я никогда не обрезаю фотографии: если нужно менять кадр, значит, это плохая фотография и ничто не сможет её улучшить.
У меня никогда не было вспышки - так же, как мне никогда не приходило в голову выстрелить из револьвера во время концерта.
Как раз потому, что наше ремесло доступно всем, оно и остаётся, несмотря на свою впечатляющую лёгкость, в высшей степени трудным.
Фотографирование даёт мне непосредственный контакт с миром: я могу удерживать мир, схватывая отдельную значимую деталь. Это средство понимания и способ более интенсивного проживания.
Своим дыханием я клянусь почитать королеву превыше всех остальных.
— Я твой друг, Чарли. Если ты хочешь мне что-то сказать, я слушаю. Я сохраню твою тайну. Но ты должна быть осторожнее. Ради всех, кто тебя окружает.
Он редко обращал на нее внимание, и происходило это лишь тогда, когда возникала необходимость убрать дом или пополнить запасы продуктов. Я знала, что ей обидно чувствовать себя столь малозначимой: ее замечали редко и по сугубо практическим соображениям.
Вроде бы простая фраза, но какая сила слова. В одно мгновение она уничтожила во мне целителя и возродила ведьму.