– Чтобы заслужить репутацию умного и меткого критика, надо сначала научиться угадывать, что подумает большинство. Чтобы они чувствовали себя… умными, понимаешь? Подумавшими так же, как «в газете». А то, что кто-то просто украл еще не оформившуюся мысль… – она полезла в сумочку и выудила оттуда сигареты, – это ерунда. У нас чего только не воруют.
Ласкез невольно рассмеялся. Мирина Ир закурила. Когда она выдохнула первое облачко дыма, он все же уточнил:
– То есть суть вашей профессии – не давать свою оценку, а предугадывать чужую? Разве это не скучно?
Женщина снова подняла брови и покачала головой с некоторым самодовольством:
– У меня уже есть репутация. Я пишу то, что думаю. Я больше не ворую мысли, я их дарю. Вот так.
«Противно. Противно. Противно быть не собой». Противно сдохнуть не собой. Вот что хуже всего.
Прелесть детектива в том, что автор почти всегда достаточно заботлив, чтобы бросить читателю хлебных крошек. Как... в сказках. Идя по этим крошкам, читатель находит развязку и искренне думает, что сделал это, потому что крошки обронили случайно. Иногда даже ругает предсказуемый финал, не совсем понимая, что суть книги не в финале, а в цепи событий, которые к нему привели, и вот их-то не предугадать, потому что они могут быть какими угодно.
— Он слишком тяжело ей болел. Это всегда заметно, если, конечно, читатель внимателен. Книга, которой автор болел по-настоящему... она колет тебя иголками или даже режет ножами. Ты зачастую даже не понимаешь причин и, конечно же, не замечаешь ни иголок, ни ножей, но чувствуешь. И если ты вдруг увидишь...
— ... то невольно начинаешь задавать себе вопрос, сколько этих ножей торчит у автора в груди.
– Нельзя стать бесстрашным, не познав страха, который полностью сожрет тебя изнутри. Только после этого поймешь, зачем нужно бесстрашие и как оно работает.
- Он был бы доволен это услышать. Кажется, он падок на похвалы.
- Большая часть живых существ на них падка. Думаю, ты тоже, красотка.
- Красотка - это не похвала. - Тэсс скрестила на груди руки. - Это какая-то чушь.
- Да ладно. - Варджин слабо качнул хвостом и оскалил зубы в хитрой усмешке. - Напрягаешься, будто я предлагаю немедля завести выводок. Просто ты интересная. Мне приятно на тебя смотреть и разговаривать. Я имею право об этом сказать.
- А я - сделать вид, что ты разговариваешь со стеной.
Ее собственная мечта разбилась, и она просто стащила чужую. Пусть случайно, пусть не успев даже опомниться и понять, что делает… но стащила.
– Чтобы заслужить репутацию умного и меткого критика, надо сначала научиться угадывать, что подумает большинство. Чтобы они чувствовали себя… умными, понимаешь?
– Прелесть детектива заключается в том, что автор как правило заботлив, он почти всегда бросает читателю хлебные крошки.
Ты уходила, Дама Бубен, будущая Рашка-Княгиня, неуклюже скрывая гордость — я! Дама! как Эсфирь Гедальевна! вровень! — ты уходила, а я оставался.
Смотрел тебе вслед.
Видя разницу между Дамой прошлой и Дамой настоящей; видя и больше всего на свете мечтая ослепнуть.
Но глупо — ибо вы уходите, а я остаюсь, уходя с каждым из вас; вы зрячие, вам так кажется, вы всегда отвечаете одно и то же, а значит, мне никогда не ослепнуть.
Шут ты гороховый…
Ты — это я. (c)
Понимаешь, у каждого есть призвание. Не обязательно быть писателем, можно и хорошим поваром, в любой честной работе есть момент, когда чувствуешь, что делаешь ровно то, для чего тебя задумал Бог. И вот когда ты-земной совпадаешь с Божьим замыслом насчёт тебя, тогда и живёшь. Только тогда всё в твоей жизни правильно.
... мы с вами ещё не познакомились, а вы уже тщательно обдумали план расставания.
Я из тех зрителей, которые на детских утренниках кричат зайчику: «Не ходи туда, там волк!»
Каждая глупая девчонка уверена, что она любит как никто, но я не только тогда, но и теперь, с учётом всей следующей жизни, знаю — никто его не любил, как я.
Из детей, которым запрещали жаловаться, получаются люди, неспособные к сочувствию и поддержке.
Удача не шла ко мне, но если я всё же хочу выжить, нужно её приручить. Не можешь поймать большую рыбу — поймай маленькую; не идёт маленькая — лови лягушку; ускакала лягушка — выкопай червя. Выкопай много червей, и удача начнёт привыкать. Выбери незначительную цель и добейся её, потом ещё и ещё, и фортуна перестанет тебя презирать.
Любовь моя, ярко-жёлтый, цвета лимонов, синиц, мёда и осенних листьев.
Любовь моя, фиолетовый, цвета молний в бархатную ночь.
Любовь моя, серый и розовый, цвета пыли, иерусалимского камня и пустынных закатов.
Любовь моя, жгучий красный, горячий даже сквозь веки, не изменившийся и за десять лет.
Любовь моя, полосатый, пахнущий мягкой игрушкой и молоком.
Не каждому хватит жизни, чтобы собрать хотя бы радугу, и что тут можно сказать, кроме банальностей: не трать время на тех, кто не даёт чистого цвета; сохраняй тех, кто даёт; и жил напрасно, если не был никому ни синим, ни серебряным, ни золотым.
Если говорить о несчастливых финалах, я знаю вот что. Непоправимое происходит не в тот момент, когда значимый человек вас ранил, испугал или повредил вашу жизнь. Нет. Люди добры, терпеливы и забывчивы. Но вот после того, как он в этом повторился, заканчивается всё.
... он поступил со мной милосердно: мог бы сломать жизнь, но всего лишь разбил сердце.
Не любить город, в котором живёшь, — неуважение по отношению к городу. Жить в городе, который не любишь, — неуважение по отношению к самому себе. Ровно то же можно сказать и о людях, с которым близок.
Верней всего я чувствую возраст, когда смотрюсь в зеркало в своей детской — вдруг вместо меня там показывают бледную сисястую тётеньку. Я хочу, чтобы она отошла и перестала меня загораживать, а она всё стоит и втягивает живот.
В соседнем дворе уцелело полдюжины кошек из одного помёта, теперь они выросли и ходят все вместе. К людям не пристают, но независимым стадом бегают за тётками с пакетами. Так я узнала, что выгляжу, как тётка с пакетом.
Кто бы ни злился на тебя, он ничего не может сделать с той силой, которая в тебе есть. Только о ней и нужно беспокоиться, только её и беречь. Ты ветер, ты парус, ты сама жизнь.
... остаюсь на большое «Вы» с новыми людьми, собаками, тёплым воздухом и даже, кажется, со многими из тех, с кем раньше была близка.
Со мной был юный котик, я уже и забыла, как это — примерно как юный любовник, немного затрахивает, но такая радость.