– Это город голодных, – заметил она. – Даже честные люди иногда забываются. У дьявола нет лучшего друга, чем пустой желудок.– Но мы привезли деньги для короля! – напомнила Мейкпис, вспомнив о целом состоянии в золоте. – Неужели он не может заплатить людям монетами, а не клочками бумаги?Пег печально усмехнулась:– О нет. Все будет немедленно потрачено на долгожданную выплату жалованья солдатам. Если король не найдет золота… весь гарнизон восстанет и разнесет город. Поверьте, в этом случае жителям придется куда хуже!– Дайте человеку шпагу и пистолет, – поддержала Хелен, – и оставьте его голодным на несколько недель, тогда всякий покажется ему врагом.
Как думаешь, что нас ждет?
Раньше я считал, что закупаться презервативами - признак мужественности, теперь понимаю, что это признак одиночества.
"я законопослушный вампир. Кусаю только тех, кого положено, где положено и когда положено."
"Лучше мир с оговорками, чем открытое противостояние до победного конца. Уж больно немногие доживают до того самого...победного."
"-Уродское поведение не имеет расовой принадлежности. Вопрос, как к этому относятся окружающие.
-Относиться можно по-разному. И при этом всё равно пройти мимо."
«Мужчины ненавидят перемены, – как-то между делом сказала ей мать. – Конечно, если не сами их затеяли. Но иногда можно заставить их поверить, что это их рук дело».
Глупые суеверия! Их придумали мужчины, чтобы объяснять то, что выше их понимания.
Что может быть приятнее, чем изложить на бумаге самые заветные мечты? Ведь тогда они обретают форму и поверить в то, что они могут осуществиться, становится намного проще.
Неужели брак - это лишь союз двух деловых партнеров и не более того?
Покой ушедших лучше не тревожить.
Если в человеке пылает столь сильный жар, что его пальцы обжигают твою кожу, знай, что этот человек - дьявол. И скорее беги от него прочь.
Чем отчаяннее мы боремся, тем хуже делаем себе и другим.
...Агату деньги не волновали. Когда их слишком много, они становятся чем-то вроде пыли - вечно перемещаются с места на место, но руками ты их не трогаешь.
Между всеми представительницами слабого пола существует необъяснимое, но бесспорное взаимопонимание. Каждой женщине ведом страх оказаться беспомощной перед лицом превосходящей силы. У каждой начинает бешено колотиться сердце при мысли, каково это - когда тебя преследуют. Когда в окно машины раздается стук и незнакомец просит его подвезти. Когда, выпив слишком много, не решаешься отказать. Когда с улыбкой сносить посягательства мужчин, опасаясь задеть их чувства или показаться нелепой... Даже если с тобой ничего подобного не случалось, тебе все равно это знакомо. Часть так называемого "коллективного бессознательного".
...мы, женщины, опутаны единой невидимой паутиной: стоить этой паутине дрогнуть - и мы все узнаём, где случилась беда. К несчастью, обычно нам не хватает храбрости или любви к ближнему, чтобы прийти на помощь. Но на кого нам тогда надеяться, если не друг на друга?
У любви свои планы на наш счет.
Даже в самых дружных семьях случаются трагедии.
Мужчины долго хранят в памяти хорошенькие мордашки, а женщины живут исключительно настоящим.
Удивительные это создания, цветы. Радуют взгляд, требуют внимания, кажутся чудом природы. Но проходит несколько дне, и прекрасный букет превращается в жалкий засохший веник. И вам остаётся только выбросить его в помойное ведро.
Иногда бывает, что самые важные встречи происходят в совершенно не подходящих обстоятельствах.
Они очень гордятся тем фактом, что никогда не разлучались больше чем на сутки, за исключением тех дней, которые мама провела в клинике, рожая нас. Люди затем и вступают в брак, чтобы быть вместе, разве нет?
Но иногда в жизни случается нечто непредвиденное и совершенно от нас независящее. Ночью раздается телефонный звонок, и ты узнаешь, что произошла катастрофа. Так вот, такая граница прошла через мой двадцать третий день рождения. Прежде мне казалось, что мои родители – это каменная стена, неподвластная никаким ветрам и непогодам. А теперь я почувствовала, что стена эта стоит на зыбучем песке и может рухнуть в любую минуту.
Если взглянуть со стороны, это был захватывающий фильм, который длился примерно шестьдесят секунд. Фильм, достойный «Оскара». Теперь, если кто-нибудь спросит меня, влюблялась ли я с первого взгляда, я уверенно отвечу «да».
Сейчас двадцать первый век, а не пятнадцатый, хочется заорать мне, когда кто-нибудь в очередной раз начинает лепетать, как ласкает сердце топот маленьких ножек.