Я воин, у нас с тактичностью не очень. Только тактика.
Потом стали всплывать в памяти и другие картины,виденные Алексеем за эти первые дни войны. Кто и когда узнает имена и фамилии этих солдат, оставшихся лежать на брустверах окопов со связкой гранат в руке в чистом поле, так и не успев бросить ее под гусеницы вражеского танка? Сколько их осталось на полях среди нескошенной ржи впермешку с чужими солдатами в чужих мундирах? Сколько их поднималось в отчаянные безрассудные контратаки и гибло, забирая с собой жизни врага?!
Когда вступаешь в бой, не оставляй никого, кто тебе дорог. Иначе будешь уязвим.
Глупо судить о человеке по внешности.
– Точно. У тебя, к примеру, внешность принцессы из сказки, а ты зануда и вредина.
– Все принцессы вредины, нам так положено, чтоб принцы не расслаблялись.
Бюрократия – это конструкция, удобно отделяющая человека от последствий его действий.
Вам ни за что не убедить кого-то в том, что он не прав; это может сделать только реальность.
Когда вступаешь в бой, не оставляй никого, кто тебе дорог. Иначе будешь уязвим.
Поставь на первое место интересы тех, кого ты призван защитить.
Когда мы были молоды, мама говорила нам, что в споре всегда есть три стороны. Наша сторона, противная сторона и где-то посередине – истина. Возможно, именно это имел в виду Дэйв, когда спрашивал, действительно ли я хочу знать правду про Уилла.
– Комната 238, только не надейтесь, что он вам что-то расскажет. У него же Альцгеймер.
Я благодарю ее, пытаясь решить, болезнь Альцгеймера – это лучший или худший итог шестидесяти лет тяжелой жизни. Это медленный и малоприятный способ уйти, но, по крайней мере, сам мистер Гриффит этого не осознает.
Неверие – нормальная реакция на сообщение о смерти друга, но гнев и сарказм – не лучший способ справиться с горем...
– Одна ложь не отменяет семь лет брака, Дэйв. Взбесила ли она меня? Возможно. Но этого недостаточно, чтобы уничтожить мою любовь к мужу.
Психотерапевт внутри меня понимает, что отсутствие аппетита является следствием шока и депрессии и что причина, по которой все, что попадает мне на язык, на вкус как картон, имеет психологический характер, но все же меньше всего на свете я сейчас хочу есть.
Никто не станет переписывать годы своей жизни заново, если они были чисты как стеклышко.
Мы с Уиллом делим домашние обязанности по половому признаку. Машины и дом на нем, а я занимаюсь готовкой и уборкой. Такое разделение труда устраивает нас обоих. В колледже я была феминисткой, но замужество научило меня быть практичной. Готовить лазанью гораздо приятней, чем чистить канавы.
В нашей семье не принято выставлять чувства напоказ. Мы обнимаемся только при встрече или при прощании. Целуемся редко и обычно даже не соприкасаемся кожей. Но сегодня я уже успела подержаться с братом за руку, упасть в мамины объятия и приласкаться к отцу. Вот что делает смерть. Она сближает и одновременно разделяет.
–... Когда ты в последний раз заходила на его страницу в «Фейсбуке»?
Вопрос Дэйва удивил меня. У нас с Уиллом общий дом, жизнь, прошлое. Наши взаимоотношения всегда строились на доверии и честности. Он не ограничивал мою свободу, а я никогда не пыталась контролировать его.
– Никогда, и нечего на меня так смотреть. Мы никогда не шпионим друг за другом. Ни у одного из нас никогда не было повода для ревности или подозрений.
В университете меня учили, что природа и воспитание в равной степени влияют на характер человека, но мой профессиональный опыт говорит о том, что воспитание всегда берет верх. Чем больше ошибок совершают родители, тем больше их совершает ребенок. Вот так все просто.
Следует выйти за рамки торговли, чтобы познать ее истинную суть.
Миксология является отдельной формой искусства. <...> Начните с капли любой крепкой настойки. Если хотите, добавьте что-то для вкуса. Налейте что-нибудь прозрачное в яркий напиток и наоборот. При любой неудаче смело выплескивайте полученное. А в конце дайте прошедшим испытание коктейлям какое-нибудь звездное название в соответствии с их вкусом. Лед класть по желанию, как в планетарной системе.
Моя Версия Змеи Мешает Юному Сильному Уверенному Неучу Прославиться. Меркурий, Венера, Земля, Марс...
Она кивала и улыбалась, произносила милые банальности, являя собой чистейший образец пустого места, полной незаметности.
Столкнувшись со столь очевидной некомпетентностью городских служб, жители Ротервирда принялись спасать себя сами.
Дым рассеялся, а с ним рассеялась и толпа. С неба на город, точно погребальное конфетти, сыпались обугленные обрывки записей миссис Бантер о частной жизни местных обитателей.
И только потом он с неохотой прислушался к голосу разума: чтобы выставить себя идиотом, нужно и быть таковым.