Цитаты
285866
Почувствовав себя несчастной племенной кобылой, я попрощалась с главным лекарем и поцокала из кабинета.
Счастье-то какое! К нам на смотрины невесты пожаловал наследный принц Темной империи! А среди длинного списка кандидаток значится и мое имя: Натаниэлла Хос, магистр черной магии. «Упрямая, злопамятная, мстительная, подозрительная, жесткая, язвительная…» Это из моей характеристики. На собеседовании мне сказали: отличные данные для того, чтобы стать будущей императрицей. Какая тут началась паника! «Не надо так расстраиваться, у вас еще есть шанс выбыть», – обрадовали меня. Если бы вы знали,...
После этих слов смотрела я на Зулора и думала: «Ну очень красивый мужик, при власти, при деньгах – и такой кретин… Нет, как неудачно пошутила природа, а?»
Счастье-то какое! К нам на смотрины невесты пожаловал наследный принц Темной империи! А среди длинного списка кандидаток значится и мое имя: Натаниэлла Хос, магистр черной магии. «Упрямая, злопамятная, мстительная, подозрительная, жесткая, язвительная…» Это из моей характеристики. На собеседовании мне сказали: отличные данные для того, чтобы стать будущей императрицей. Какая тут началась паника! «Не надо так расстраиваться, у вас еще есть шанс выбыть», – обрадовали меня. Если бы вы знали,...
Итак, что мы имеем? Психологическая характеристика: замкнутая, упрямая, флегматичная, психически уравновешенная, мстительная, подозрительная, злопамятная, идеалистка, максималистка, педантичная, язвительная, жесткая…
Счастье-то какое! К нам на смотрины невесты пожаловал наследный принц Темной империи! А среди длинного списка кандидаток значится и мое имя: Натаниэлла Хос, магистр черной магии. «Упрямая, злопамятная, мстительная, подозрительная, жесткая, язвительная…» Это из моей характеристики. На собеседовании мне сказали: отличные данные для того, чтобы стать будущей императрицей. Какая тут началась паника! «Не надо так расстраиваться, у вас еще есть шанс выбыть», – обрадовали меня. Если бы вы знали,...
– Может, пойдем познакомимся с моей семьей? – спросил принц.
– Самый щекотливый момент, да? Действительно, чего откладывать.
Счастье-то какое! К нам на смотрины невесты пожаловал наследный принц Темной империи! А среди длинного списка кандидаток значится и мое имя: Натаниэлла Хос, магистр черной магии. «Упрямая, злопамятная, мстительная, подозрительная, жесткая, язвительная…» Это из моей характеристики. На собеседовании мне сказали: отличные данные для того, чтобы стать будущей императрицей. Какая тут началась паника! «Не надо так расстраиваться, у вас еще есть шанс выбыть», – обрадовали меня. Если бы вы знали,...
– Вы им не поможете? – удивленно глядя на меня, спросил принц.
– Нет. Если подготовились к уроку, справятся сами, когда пройдет паника и они начнут думать.
– А если не подготовились? – спросила Кириана кэ Онтеро.
– В этом случае для них будет лучше, если их съест подопытный материал.
– А вы очень милосердны, магистр, – заметил принц.
– Да, – согласилась я с ним
Счастье-то какое! К нам на смотрины невесты пожаловал наследный принц Темной империи! А среди длинного списка кандидаток значится и мое имя: Натаниэлла Хос, магистр черной магии. «Упрямая, злопамятная, мстительная, подозрительная, жесткая, язвительная…» Это из моей характеристики. На собеседовании мне сказали: отличные данные для того, чтобы стать будущей императрицей. Какая тут началась паника! «Не надо так расстраиваться, у вас еще есть шанс выбыть», – обрадовали меня. Если бы вы знали,...
– Прекрасный экземпляр, доча. Я думала, с твоей аскетичной, в отношении мужчин, жизнью ты так и не сможешь выбрать что-то достойное. Но ты меня удивила.
– Не я выбирала.
– Да? Тогда это все объясняет.
Счастье-то какое! К нам на смотрины невесты пожаловал наследный принц Темной империи! А среди длинного списка кандидаток значится и мое имя: Натаниэлла Хос, магистр черной магии. «Упрямая, злопамятная, мстительная, подозрительная, жесткая, язвительная…» Это из моей характеристики. На собеседовании мне сказали: отличные данные для того, чтобы стать будущей императрицей. Какая тут началась паника! «Не надо так расстраиваться, у вас еще есть шанс выбыть», – обрадовали меня. Если бы вы знали,...
Экзамен у остальных двухлеток проходил примерно по такому же сценарию. Но последний ученик меня заинтересовал. Такой тихий и незаметный. Он подошел к моему столу, пристально на меня посмотрел и сказал:
– Я вас люблю и хочу жениться.
Моя челюсть громко ударилась о стол в тишине аудитории. А он, после этих слов, меня проклял. Я тут же поняла, для чего это было затеяно, и на радостях, не глядя, вкатила ему высший бал. Только тогда я увидела Темного принца, который стоял, облокотившись о дверной проем, и смотрел на ученика.
Парнишка обернулся, увидел стоящего в дверях, и его личико стало таким мертвенно-бледным, какими у меня зомби редко бывают. Посмотрев еще раз на принца, я ничего нового для себя не увидела. Принц как принц.
Счастье-то какое! К нам на смотрины невесты пожаловал наследный принц Темной империи! А среди длинного списка кандидаток значится и мое имя: Натаниэлла Хос, магистр черной магии. «Упрямая, злопамятная, мстительная, подозрительная, жесткая, язвительная…» Это из моей характеристики. На собеседовании мне сказали: отличные данные для того, чтобы стать будущей императрицей. Какая тут началась паника! «Не надо так расстраиваться, у вас еще есть шанс выбыть», – обрадовали меня. Если бы вы знали,...
Удалось найти отличную добросовестную повариху, прежнюю пришлось перевести к зельеварам в отдел ядов, такие таланты не должны пропадать.
Счастье-то какое! К нам на смотрины невесты пожаловал наследный принц Темной империи! А среди длинного списка кандидаток значится и мое имя: Натаниэлла Хос, магистр черной магии. «Упрямая, злопамятная, мстительная, подозрительная, жесткая, язвительная…» Это из моей характеристики. На собеседовании мне сказали: отличные данные для того, чтобы стать будущей императрицей. Какая тут началась паника! «Не надо так расстраиваться, у вас еще есть шанс выбыть», – обрадовали меня. Если бы вы знали,...
Я любил эту его черту - сколько бы раз я ни задавал вопросы, он всякий раз отвечал так, будто я спрашивал впервые.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Я выучился спать днем, чтобы быть отдохнувшим, когда он возвращался - ему всегда нужно было поговорить, рассказать мне все до мельчайших подробностей о людях, их движениях и их ранах. И я хотел быть в состоянии слушать эту кровавую исповедь, и заносить ее в виде черных фигурок на вазу прошедшего. Освобождать его от этого и делать его снова прежним Ахиллом.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Но слава - странная вещь. Некоторые достигают ее после смерти, тогда как слава других после их смерти исчезает. Тем, что восхищает одно поколение, гнушается следующее. Нам не дано знать, кто преодолеет всесожжение памяти.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Я воскрешаю в памяти мальчика, которого знал. Ахилл, усмехающийся, когда фиги мелькают в его руках. Его зеленые глаза, смеющиеся и глядящие на меня. Лови, говорит он. Ахилл, четко видный в голубизне неба, свесившийся с ветки, что протянулась над рекой. Тепло его сонного дыхания на моей щеке. "Если ты должен уйти, я уйду с тобой". Мои страхи забыты в золотой бухте его объятий.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Had she really thought I would not know him? I could recognize him by touch alone, by smell; I would know him blind, by the way his breaths came and his feet struck the earth. I would know him in death, at the end of the world.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
"But fame is a strange thing. Some men gain glory after they die, while others fade. What is admired in one generation is abhorred in another. We cannot say who will survive the holocaust of memory.''
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Той ночью мне приснился мертвый мальчик, его расколотый как яйцо череп, покоящийся на земле. Он последовал за мной. Кровь растекалась, темная, как пролитое вино. Его глаза открылись, а рот задвигался. Я зажал уши. Голос мертвых, говорят, сводит живых с ума. Я не должен был слышать его.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Наверное, самым необычным в нем было отсутствие заносчивости. Он не был кичлив и горд, как другие красивые дети. Он, казалось, и в самом деле не осознавал, какое впечатление производит на других ребят. Я не мог понять, как он этого добивался, но они толпились вокруг него, словно преданные собачонки с высунутыми языками.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Я прикрыл глаза и подождал, долго, пока не решил, что он уснул. Тогда я повернулся посмотреть на него.
Он лежал на своем краю ложа, следя за мной. Я и не слышал, как он повернулся. Я никогда не слышал, как он двигается. Он был сейчас неподвижен, тою своей особенной неподвижностью. Я тяжело дышал, обнаженная откровенность темной подушки, разделявшей нас, пугала меня.
Он потянулся ко мне.
Соприкосновение губ, сладость его рта, вливающаяся в мой. Я не мог думать, не мог более ничего, кроме как впивать его, каждое его дыхание, мягкое движение его губ. Это было словно чудо.
Я трепетал, боясь спугнуть его. Я не знал, что делать, что ему понравится. Я поцеловал его шею, ложбинку груди и ощутил соленый вкус на губах. Он будто набухал под моими прикосновениями, созревал, словно плод. От него пахло миндалем и землей. Он прижался ко мне, до стона впиваясь в мои губы.
Он замер, когда я обнял его, кожа его была мягка, как нежнейший бархат лепестков. Я знал золотистую кожу Ахилла и изгиб его шеи, и остроту его локтей. Я знал, как на нем отражается наслаждение. Наши тела сомкнулись, будто ладони в рукопожатии.
Простыни обвились вокруг меня, он выдернул их из-под нас обоих. Воздух вокруг меня словно похолодел, и я вздрогнул. Его силуэт наложился на нарисованное звездное небо, Полярная звезда сидела на его плече. Его рука скользнула по моему животу, бурно вздымающемуся дыханием. Он ласкал меня нежно, будто касался тончайшей тканью, и мои губы приоткрылись навстречу его прикосновению. Я потянул его к себе, трепеща. Он тоже дрожал, и дыхание его было рваным, словно от долгого быстрого бега.
Кажется, я произнес его имя. Оно словно выдохнулось из меня, я был пустым, как подвешенный на ветру полый тростник. Время исчезло, было лишь наше дыхание.
Я ощутил его волосы под пальцами. Что-то росло во мне, кровь билась в такт движению его руки. Он прижался ко мне лицом, но я старался притиснуть его еще ближе. Не останавливайся, сказал я.
Он не остановился. Ощущение взрастало и взрастало, пока хриплый вопль не вырвался из моего горла, и во мне будто лопнул бутон, заставив с силой выгнуться.
Нет, мне было не довольно. Моя рука потянулась ко средоточию его наслаждения. Его глаза были закрыты. По его жаждущему дыханию я понял, какой ритм ему нравился. Мои пальцы не останавливались, подхлестываемые его ускоряющимися стонами. Его веки были цвета закатного неба; от него пахло увлажненной дождем землей. Рот его приоткрылся в беззвучном крике, и мы так тесно прижались друг к другу, что я ощутил его теплый выплеск. Он содрогнулся, и мы замерли, вытянувшись.
Словно в полусне я ощутил, как сильно вспотел, ощутил влажность покровов ложа и влагу между нашими телами. Мы отодвинулись, отлепившись друг от друга, лица наши раскраснелись и словно припухли от поцелуев. В пещере стоял душный и сладкий запах, как у нагретых солнцем плодов. Взгляды наши встретились, мы молчали. Я вдруг ощутил страх, внезапный и острый. Этот миг был самым опасным, я напрягся, боясь его сожаления о случившемся.
- Я и не думал... - сказал он. И замолк. Более всего в мире я желал услышать то, чего он недосказал.
- Что? - спросил я. Если все плохо, надо скорее с этим покончить. - Я не думал, что мы когда-либо... - он медлил с каждым словом, и я не мог его за это винить.
- Я тоже не думал.
- Ты сожалеешь? - это вырвалось из него единым выдохом.
- Нет, - ответил я.
- И я нет.
Потом наступила тишина, и мне уже было плевать на влажный тюфяк и на то, насколько я вспотел. Взгляд его глаз, зеленых с золотистыми искорками, был тверд. И во мне взросла уверенность, она поселилась где-то в ямке у горла. Я никогда не оставлю его. И так будет до тех пор, пока он мне позволит.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Ничья душа не жаждет до срока сойти в бесконечный мрак подземного мира.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Он имел в виду именно то, что говорил, и был озадачен, если ты не вел себя так же. Некоторые, возможно, страдали от его прямоты. Но разве это не признак своего рода гения - ранить в самое сердце?
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Я заметил, что изменился. Теперь мне было не жаль проиграть в беге; я проигрывал, когда мы плавали, проигрывал, когда мы метали копье или кидали камешки. Потому что разве стыдно проигрывать такой красоте? Достаточно было смотреть на то, как побеждает он, видеть его подошвы, его ноги, крепко бьющие на бегу в песок, или то, как поднимаются и опускаются его плечи, когда он плывет. Этого было довольно.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Я потянулся погладить колечки волос на его виске. Он прикрыл глаза. Я глядел в его лицо, подставленное солнцу. Его черты были столь нежны, что порой он казался моложе своего возраста. Губ его алели и были полны.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
- Назови героя, который был бы счастлив.
Я задумался. Геракл обезумел и убил свою семью; Тезей лишился невесты и отца; дети и новобрачная жена Язона были убиты прежней; Беллерофонт убил Химеру, но падение со спины Пегаса изувечило его.
- Не сможешь. - Он сидел теперь прямо, подавшись вперед.
- Не смогу.
- Знаю. Невозможно быть разом прославленным и счастливым. - Он поднял бровь. - Открою тебе тайну.
- Открой, - таким я его любил.
- Я собираюсь стать первым, - он взял мою руку и прижался своей ладонью к моей. - Клянись в том.
- Почему вдруг я?
- Потому что это из-за тебя. Клянись.
- Клянусь в том, - сказал я, теряясь в пылании его щек, в пламени его глаз.
- Клянусь в том, - эхом повторил он.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Божественная кровь делает чище наш грязный род, порождающий героев из праха и глины.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Он прикрыл глаза и откинул голову назад, в сплетение ветвей. Зеленые дубовые листья окружили его, будто корона.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...
Но Гектор его избегает, с помощью богов уходя сквозь строй колесниц и людей. Он бежит, и никто бы не назвал это трусостью. Ему не жить, если его настигнут. На нем собственные доспехи Ахилла, тот самый нагрудник с птицей феникс, что забрал он с моего тела. Все следят за этой погоней, и выглядит все так, словно Ахилл гонится сам за собой.
Кто из нас не зачитывался в юном возрасте мифами Древней Греции? Кому не хотелось заглянуть за жесткие рамки жанра, подойти поближе к античному миру, познакомиться с богами и героями, разобраться в их мотивах, подчас непостижимых? Неудивительно, что дебютный роман Мадлен Миллер мгновенно завоевал сердца читателей. На страницах «Песни Ахилла» рассказывает свою историю один из самых интересных персонажей «Илиады» – Патрокл, спутник несравненного Ахилла. Робкий, невзрачный царевич, нечаянно убив...