В игре самое важное - игра, а не выигрыш.
- Меня называли свободным художником. - Скажи прямо: лентяем.
Какой толк видеть сны, если мы даже во сне не можем сделать выгодного дельца?
Когда Бог наводил порядок на земле, авиация была в воздухе. Потому там, где начинается аэродром, кончается порядок.
Кто такая Кузькина мать, я не знаю. Толкуют разное. Склоняюсь к следующей версии: у поморов, жителей русского севера, Кузька — это домовой за печкой. Ужасно страшный. А мамаша евойная — и того страшнее. А чуть южнее, в тверских да ярославских лесах, Кузькой зовут козла и черта, который в народном представлении на козла весьма смахивает — точно такой же, только на задних лапках бегает. Короче: козел прямоходящий. Выходит, что Кузькина мать — это почитаемая в определенных кругах дама, состоящая в близком родстве с чертовой бабушкой.
Вот вы, граждане читатели, верите в то, что правители ждут от разведки правдивых сообщений? Не верьте. Проверьте на себе. Вот идёт почтальон к вашему почтовому ящику. Что бы вы хотели от него получить: что-то приятное или правду? О, вы бы хотели получить приятную правду. Так не бывает. Правда всегда отвратительна. Теперь поставьте себя на место правителей. Разведчик - это тот, кто несёт правительству новости. Думаете, правителям приятно правду знать? Да они такие же люди, как и вы. Только хуже.
Вальпургиева ночь - с 30 апреля на 1 мая. это праздник ведьм, которые собираются на неприступной горе Брокен вокруг своего повелителя Сатаны и справляют шабаш. А потом с рассветом наступает День международной солидарности трудящихся всего мира, день смотра боевых сил пролетариата, готовности к борьбе и к Мировой революции.
Главнокомандующий войсками ПВО страны Маршал Советского Союза Бирюзов Сергей Семенович был разбужен звонком красного телефона 1 мая 1960 года в 5 часов 41 минуту.
Не знаю, как тут разделить: то ли на заре еще завершается шабаш ведьм, то ли он уже отшумел и грянул праздник солидарности пролетариев всех стран.
Одним словом, маршала разбудили холодным противным утром на самом разделе, между завершением одного мероприятия и началом другого. Но, может быть, раздела никакого и не было. Может быть, Сатана, пролетарии и ведьмы ликовали одновременно, друг другу не мешая.
Хрущёв был главным союзником самых агрессивных противников СССР, хотя по простоте душевной и не понимал этого. Американским генералам и адмиралам незачем было уламывать Конгресс раскошелиться на военные нужды — это делал за них Хрущёв. Одной короткой фразы Хрущёва «Мы вас похороним!» хватило, чтобы убедить всех сомневающихся. Воротилам американского бизнеса, которые зашибали миллиарды на производстве оружия, незачем было объяснять налогоплательщикам, зачем этого оружия нужно так много и почему за него надо платить сумасшедшие деньги — достаточно было показать народу Америки орущего хама на трибуне Генеральной Ассамблеи ООН.
Родственники богатейших людей королевства не так страшны, с ними договориться хоть можно.... Не придется танцевать вокруг титула.
— Ты — Ирэна… Лесски?! — Норго с презрением выплюнул мое имя, отбросил волосы, открывая лицо, исполосованное горизонтальными красными линиями.
Группа охнула, и профессор в том числе. Кажется, эти шрамы с парня лишь лет через десять сойдут. Саламандры за свое пленение мстят достойно.
— Адаллиер. Можно на «вы». И я очень рада познакомиться с невидимкой-старостой, — бесстрастно поправила я.
— Тварь! Тупоголовая, ублюдочная…
Я улыбнулась ругани, которую представитель одного из богатейших родов страны изливал бурным потоком, и невинно заметила:
— А вы о себе очень лестного мнения. Жаль, мы не настолько хорошо знакомы, иначе бы я помогла продолжить список.
— Ты мне ответишь! — рявкнул огневик.
— С радостью! А на какой вопрос?
И пока он в считаные секунды преодолевал расстояние, разделяющее нас, я аккуратно положила сумку на пол сзади себя. И с нескрываемой гордостью за академию и преподавателей проследила за тем, как Ердан Кеслер вышел вперед и прикрыл меня плечом и рукой подал знак, чтобы не вмешивалась. И вот тут перед профессором появился взбрык и под гул восторженных вздохов нарастил себя до размеров человека, превосходящего водника на две головы, и уже его отгородил «рукой», повторив в точности жест «не вмешивайся».
И вот сын основателя службы НВН добегает до нас с громким, разделенным паузами восклицанием:
— Я хочу знать… где… моя… — добежал, увидел огромного вечнозеленого и просипел: — Мама!
Не ответить было сложно, он же сам просил, вот и добежал, чтобы услышать мои разъяснения:
— Вероятнее всего, дома, ждет вас.
— Рассказывай!
— О чем?
— О Дейре, конечно! — поторопила с ответом самая старшая. — Как продвигается ваш роман?
— Какой роман? — Я удивленно перевела взгляд с одной на другую и уверенно заявила: — Мы с ним ничего совместно не пишем.
— Мы уходим.
— Но ты еще не рассказала о големе… — воспротивилась она, пощекотав пятилапа. — Как ты вручила его Дейру?
— Лесски его сам забрал, оставив меня стоять истуканом посредине комнаты. — Голос досадно сел, когда я вспомнила о своей обиде.
— И как же у него это получилось? — Эсмира подмигнула мне: — Связал?
— Нет.
— Использовал заклинание? — предположила очаровательно улыбающаяся Ливи.
— Тоже нет.
Взбрык наконец-то изволил забраться в сумку и даже самостоятельно ее застегнул. И девочки в один голос возмутились:
— Рэш, не томи! Что у вас произошло?
— Дейр повел себя нагло, дерзко, губы до сих пор болят…
Хочешь что-то получить – озвучь. И мир сам решит, как тебе это предоставить.
Ах да… - мужчина потер руки и кивнул своим мыслям: - Женщины хорошо разбираются в чувствах.
- Только если они в них не замешаны и судят со стороны.
подходили эти буржуйские часы майору НКВД – что попу буденновка.
в этом поганом мире достаточно и одного судьи. Если сам этот судья еще и палач, то рано или поздно наступит настоящая справедливость.
Потому что дура баба!
Именуются они Королевство Нищих и Империя Помоек и даже имеют своих монархов, существующих вполне во плоти, – Императора Помоек и Короля Нищих, обе династии существуют уже многие тысячи лет. Их власть и их подданные вездесущи, ибо не найти на земле таких мест, где вовсе не было бы ни помоек, ни нищих.
Ежеминутно дарить человеку счастье – значит, лишать его того мгновения, когда он в состоянии в полной мере это счастье испытать.
Счастье – это миг, самый вожделенный миг в жизни!
Ну, поголодать, правда, пришлось, но голодать мы привычные, смертушка – она, поди, все же полютее голода будет.
...мир, в котором по весне щебечут птицы, наверное, нельзя считать совсем уж потерянным.
...Царь Голод! Он беспощаден, ибо он много древнее любви и сострадания. Он коварен, ибо ему не до благородства. Наконец, он абсолютно бесстрашен, ибо в мире нет ничего страшнее, нежели он сам. И потому царства, где властвует он, вечны и несокрушимы!
вместо классово чуждых доцентов и профессоров ее теперь заполняли люди в галифе и пахнущих дегтем сапогах; они, эти люди, куда лучше, чем о гильбертовых пространствах, ведали о законах классовой борьбы и об устройстве револьвера системы наган, то есть владели знаниями куда более полезными для установления всеобщего счастья и мировой гармонии.
«Клянусь честью, – подумал Рауль, – вот слуга, каких мало!.. Он был бы моим наследником и все же радуется, что не будет присутствовать на моих похоронах! Этак, пожалуй, поневоле поверишь в людскую добродетель».