Цитаты
285188
Вы же мудрый маг. Только почему-то стесняетесь демонстрировать свою мудрость. Или попросту ленитесь ею пользоваться.
Принять участие в отборе невест и нажить кучу врагов? Как оказалось, это совсем несложно. Влюбиться в ледяного дракона? Тоже было довольно просто. Вот только как отдаться этому чувству, когда в другом мире остался законный муж? Заговорщики и соперницы неустанно плетут интриги. А расплачиваться за победу, возможно, придется ценой собственной жизни. Но я, в прошлом Аня Королева, а ныне княжна Фьярра-Мадерика Сольвер, предпочитаю не думать о худшем. И продолжаю верить, что настоящая любовь сильнее...
Ради империи и своих подданных Скальде готов пойти на любые жертвы. Я же не готова жертвовать собой ради чужого мира. Мира, который не понимаю. Людей, которые не желают принимать меня такой, какая я есть.
Принять участие в отборе невест и нажить кучу врагов? Как оказалось, это совсем несложно. Влюбиться в ледяного дракона? Тоже было довольно просто. Вот только как отдаться этому чувству, когда в другом мире остался законный муж? Заговорщики и соперницы неустанно плетут интриги. А расплачиваться за победу, возможно, придется ценой собственной жизни. Но я, в прошлом Аня Королева, а ныне княжна Фьярра-Мадерика Сольвер, предпочитаю не думать о худшем. И продолжаю верить, что настоящая любовь сильнее...
— Скромность и почтение к старшим вам бы тоже не повредили, — переворачивая страницу потрепанного требника, мрачно заметила церберша.
— Не все старшие заслуживают моего почтения. А скромность у таких юных особ, как я, зачастую показная, и это — лицемерие. Тоже грех.
Принять участие в отборе невест и нажить кучу врагов? Как оказалось, это совсем несложно. Влюбиться в ледяного дракона? Тоже было довольно просто. Вот только как отдаться этому чувству, когда в другом мире остался законный муж? Заговорщики и соперницы неустанно плетут интриги. А расплачиваться за победу, возможно, придется ценой собственной жизни. Но я, в прошлом Аня Королева, а ныне княжна Фьярра-Мадерика Сольвер, предпочитаю не думать о худшем. И продолжаю верить, что настоящая любовь сильнее...
хлестала. — За любовь, Фьярра, надо бороться. За счастье надо бороться. Бороться надо за себя!
Принять участие в отборе невест и нажить кучу врагов? Как оказалось, это совсем несложно. Влюбиться в ледяного дракона? Тоже было довольно просто. Вот только как отдаться этому чувству, когда в другом мире остался законный муж? Заговорщики и соперницы неустанно плетут интриги. А расплачиваться за победу, возможно, придется ценой собственной жизни. Но я, в прошлом Аня Королева, а ныне княжна Фьярра-Мадерика Сольвер, предпочитаю не думать о худшем. И продолжаю верить, что настоящая любовь сильнее...
Все любят хеппи-энды. Жаль, не всегда они случаются в жизни. И только заядлые мечтатели и неисправимые оптимисты верят в такие сказки. Им постоянно слышится мажорный аккорд.
Принять участие в отборе невест и нажить кучу врагов? Как оказалось, это совсем несложно. Влюбиться в ледяного дракона? Тоже было довольно просто. Вот только как отдаться этому чувству, когда в другом мире остался законный муж? Заговорщики и соперницы неустанно плетут интриги. А расплачиваться за победу, возможно, придется ценой собственной жизни. Но я, в прошлом Аня Королева, а ныне княжна Фьярра-Мадерика Сольвер, предпочитаю не думать о худшем. И продолжаю верить, что настоящая любовь сильнее...
Значит, я не одинока и в этом мире. Это ли не главное? Ну а все остальное сложится и приложится.
Принять участие в отборе невест и нажить кучу врагов? Как оказалось, это совсем несложно. Влюбиться в ледяного дракона? Тоже было довольно просто. Вот только как отдаться этому чувству, когда в другом мире остался законный муж? Заговорщики и соперницы неустанно плетут интриги. А расплачиваться за победу, возможно, придется ценой собственной жизни. Но я, в прошлом Аня Королева, а ныне княжна Фьярра-Мадерика Сольвер, предпочитаю не думать о худшем. И продолжаю верить, что настоящая любовь сильнее...
Как бы ужаснулась одноклассница, если бы увидела ее порванные джинсы, испачканные землей, безразмерный свитер непонятного цвета, резиновые сапоги и грязные руки с короткими ногтями! Но почему Мари терпит все это: собачьи какашки, следы грязных лап на джинсах, вонючий корм. Запах мокрой шерсти, громкий вой, шершавые поцелую в лицо?
Зорро – из тех собак, которых с самого раннего детства натаскивают быть ищейками. Он послушный, тихий, предельно внимательный – а главное, он может учуять человека даже в глухом лесу. Или под толщей снега. Спасать попавших в беду для Зорро – не только работа, но и наслаждение. И первым, кто выразил псу благодарность, стал Лука – 19-летний сноубордист, которого в один злополучный день накрыла лавина. Лука не просто благодарен Зорро – глядя на его ежедневные подвиги, парень решает изменить жизнь...
Он просто знает, что собака – это энергетический центр. Лука чувствует энергию, которая исходит от Зорро и Джека, когда они играют или бегают. Кажется, еще чуть-чуть – и он ее увидит. Вокруг них, словно вокруг звезд, как будто вращается невидимое световое облако. Гравитационное ядро. Центр тяжести.
Зорро – из тех собак, которых с самого раннего детства натаскивают быть ищейками. Он послушный, тихий, предельно внимательный – а главное, он может учуять человека даже в глухом лесу. Или под толщей снега. Спасать попавших в беду для Зорро – не только работа, но и наслаждение. И первым, кто выразил псу благодарность, стал Лука – 19-летний сноубордист, которого в один злополучный день накрыла лавина. Лука не просто благодарен Зорро – глядя на его ежедневные подвиги, парень решает изменить жизнь...
Он сказал «дзен», потому что в этом философском течении никто толком не разбирается, зато все цитируют его положения к месту и не к месту. Он сказал «дзен», потому что он относится к собакам совсем не так, как большинство людей вокруг. Умных и чутких животных превращают в игрушки, цепляют на них бантики, надевают курточки и носки. Для собак покупают специальные духи, кормят мороженым и сладостями. У них портится характер, из-за человеческого невежества они превращаются в ленивых избалованных созданий. Да, отношения с собакой и правда напоминают практику дзен. Взаимопонимание, внутреннее согласие, как между Зорро и Бруно, свет, который рождается из глубокого спокойствия. Из центра тяжести, которым является собака – спокойный, молчаливый, умный Зорро.
Зорро – из тех собак, которых с самого раннего детства натаскивают быть ищейками. Он послушный, тихий, предельно внимательный – а главное, он может учуять человека даже в глухом лесу. Или под толщей снега. Спасать попавших в беду для Зорро – не только работа, но и наслаждение. И первым, кто выразил псу благодарность, стал Лука – 19-летний сноубордист, которого в один злополучный день накрыла лавина. Лука не просто благодарен Зорро – глядя на его ежедневные подвиги, парень решает изменить жизнь...
А еще это особая форма любви. Лука хочет заботиться о щенке, о маленьком существе, невинном, беззащитном и одновременно сильном. Это существо будет расти на руках у Луки, и однажды оно превратится в комок энергии и независимости, в свободное, простое, щедрое животное. Оно станет воплощенной природной силой. С ним можно будет делиться мыслями и эмоциями.
Зорро – из тех собак, которых с самого раннего детства натаскивают быть ищейками. Он послушный, тихий, предельно внимательный – а главное, он может учуять человека даже в глухом лесу. Или под толщей снега. Спасать попавших в беду для Зорро – не только работа, но и наслаждение. И первым, кто выразил псу благодарность, стал Лука – 19-летний сноубордист, которого в один злополучный день накрыла лавина. Лука не просто благодарен Зорро – глядя на его ежедневные подвиги, парень решает изменить жизнь...
Он сказал «дзен», потому что он относится к собакам совсем не так, как большинство людей вокруг. Умных и чутких животных превращают в игрушки, цепляют на них бантики, надевают курточки и носки. Для собак покупают специальные духи, кормят мороженым и сладостями. У них портится характер, из-за человеческого невежества онр превращаются в ленивых избалованных созданий.
Зорро – из тех собак, которых с самого раннего детства натаскивают быть ищейками. Он послушный, тихий, предельно внимательный – а главное, он может учуять человека даже в глухом лесу. Или под толщей снега. Спасать попавших в беду для Зорро – не только работа, но и наслаждение. И первым, кто выразил псу благодарность, стал Лука – 19-летний сноубордист, которого в один злополучный день накрыла лавина. Лука не просто благодарен Зорро – глядя на его ежедневные подвиги, парень решает изменить жизнь...
Лука считает, что настоящий друг, например, собака, любит тебя не потому, что вы с ним одного поля ягода, а как раз потому что ты другой. Ты человек и умеешь делать то, чего не умеет делать он. Ты плеймейкер, но он, твоя собака, - атакующий защитник. Разумеется, и он умеет делать то, о чем ты даже не подозреваешь. У тебя есть логика, а у него интуиция, и вместе вы составляете замечательную пару.
Зорро – из тех собак, которых с самого раннего детства натаскивают быть ищейками. Он послушный, тихий, предельно внимательный – а главное, он может учуять человека даже в глухом лесу. Или под толщей снега. Спасать попавших в беду для Зорро – не только работа, но и наслаждение. И первым, кто выразил псу благодарность, стал Лука – 19-летний сноубордист, которого в один злополучный день накрыла лавина. Лука не просто благодарен Зорро – глядя на его ежедневные подвиги, парень решает изменить жизнь...
Горы нужно заслужить - море же дарит себя безвозмездно.
Зорро – из тех собак, которых с самого раннего детства натаскивают быть ищейками. Он послушный, тихий, предельно внимательный – а главное, он может учуять человека даже в глухом лесу. Или под толщей снега. Спасать попавших в беду для Зорро – не только работа, но и наслаждение. И первым, кто выразил псу благодарность, стал Лука – 19-летний сноубордист, которого в один злополучный день накрыла лавина. Лука не просто благодарен Зорро – глядя на его ежедневные подвиги, парень решает изменить жизнь...
Это собака, и лишь одно слово подходит для ее описания: друг.
Зорро – из тех собак, которых с самого раннего детства натаскивают быть ищейками. Он послушный, тихий, предельно внимательный – а главное, он может учуять человека даже в глухом лесу. Или под толщей снега. Спасать попавших в беду для Зорро – не только работа, но и наслаждение. И первым, кто выразил псу благодарность, стал Лука – 19-летний сноубордист, которого в один злополучный день накрыла лавина. Лука не просто благодарен Зорро – глядя на его ежедневные подвиги, парень решает изменить жизнь...
Тот, кто берет собаку, чтобы командовать, не любит собак.
Зорро – из тех собак, которых с самого раннего детства натаскивают быть ищейками. Он послушный, тихий, предельно внимательный – а главное, он может учуять человека даже в глухом лесу. Или под толщей снега. Спасать попавших в беду для Зорро – не только работа, но и наслаждение. И первым, кто выразил псу благодарность, стал Лука – 19-летний сноубордист, которого в один злополучный день накрыла лавина. Лука не просто благодарен Зорро – глядя на его ежедневные подвиги, парень решает изменить жизнь...
Существуют разные оттенки темноты и света, но порой даже светлые люди окрашиваются в темные тона.
Зорро – из тех собак, которых с самого раннего детства натаскивают быть ищейками. Он послушный, тихий, предельно внимательный – а главное, он может учуять человека даже в глухом лесу. Или под толщей снега. Спасать попавших в беду для Зорро – не только работа, но и наслаждение. И первым, кто выразил псу благодарность, стал Лука – 19-летний сноубордист, которого в один злополучный день накрыла лавина. Лука не просто благодарен Зорро – глядя на его ежедневные подвиги, парень решает изменить жизнь...
Привяжешься к кому-нибудь - не сможешь потом защититься от боли.
Впервые на русском – четвертый роман эпопеи «Хроники хищных городов». Бушевавшая полтора десятилетия война между союзом движущихся городов («Тракционштадтсгезельшафт») и Зеленой Грозой – экстремальной группировкой, захватившей власть в Лиге противников Движения, – ненадолго утихла, и генерал Нага, возглавивший Лигу после предполагаемой гибели Сталкера Анны Фанг, ведет сложные переговоры с «движенцами». Но хрупкое перемирие висит на волоске: адепты муниципального дарвинизма ненавидят...
"-Здравствуйте, мистер Шрайк! Извините, что я вас убил." -"Я НЕ ОБИДИЛСЯ"
Впервые на русском – четвертый роман эпопеи «Хроники хищных городов». Бушевавшая полтора десятилетия война между союзом движущихся городов («Тракционштадтсгезельшафт») и Зеленой Грозой – экстремальной группировкой, захватившей власть в Лиге противников Движения, – ненадолго утихла, и генерал Нага, возглавивший Лигу после предполагаемой гибели Сталкера Анны Фанг, ведет сложные переговоры с «движенцами». Но хрупкое перемирие висит на волоске: адепты муниципального дарвинизма ненавидят...
Природа человеческая неисповедима.
В книгу вошли наиболее известные произведения Григория Данилевского (1829—1890) – «Беглые в Новороссии» (1862), «Княжна Тараканова» (1883) и «Сожженная Москва» (1886).
День мой — век мой.
В книгу вошли наиболее известные произведения Григория Данилевского (1829—1890) – «Беглые в Новороссии» (1862), «Княжна Тараканова» (1883) и «Сожженная Москва» (1886).
Веселись, в том только и счастье... да, увы. не для всех.
В книгу вошли наиболее известные произведения Григория Данилевского (1829—1890) – «Беглые в Новороссии» (1862), «Княжна Тараканова» (1883) и «Сожженная Москва» (1886).
мне стало ясно, что эта избалованная ,своенравная и подобная раскаленной лаве под пеплом женщина могла своею смелостью померяться с любым из отчаянных мужчин
В книгу вошли наиболее известные произведения Григория Данилевского (1829—1890) – «Беглые в Новороссии» (1862), «Княжна Тараканова» (1883) и «Сожженная Москва» (1886).
Недовольные ищут возмездия; забытые, брошенные - отплаты.
В книгу вошли наиболее известные произведения Григория Данилевского (1829—1890) – «Беглые в Новороссии» (1862), «Княжна Тараканова» (1883) и «Сожженная Москва» (1886).
«Я люблю нераспаханные, новые страны! — писала Екатерина Гримму. — И, по совести, чувствую, что я годна только там, где не все еще обделано в искажено».
В книгу вошли наиболее известные произведения Григория Данилевского (1829—1890) – «Беглые в Новороссии» (1862), «Княжна Тараканова» (1883) и «Сожженная Москва» (1886).
Врагов следует побеждать, но открыто.
В книгу вошли наиболее известные произведения Григория Данилевского (1829—1890) – «Беглые в Новороссии» (1862), «Княжна Тараканова» (1883) и «Сожженная Москва» (1886).