— То, что я чувствую к тебе, — реально, — негромко сказал Альге, прочитав мои неосторожно открытые мысли. — И ты можешь занять любое место в моей жизни, какое захочешь.— И даже стать твоим министром? — спросила я, подарив ему быстрый лукавый взгляд из-под ресниц.Ядгар рассмеялся. Пожалуй, ему стоило тренироваться почаще, но мне уже нравился его смех.— В моей жизни, а не в моем правительстве, — уточнил он. — И если ты хочешь узнать границы своей свободы — не спрашивай меня. Просто бери. Сколько сможешь взять.
Плакать по желанию я научилась ещё в детстве. Крупные прозрачные капли хлынули из моих глаз и я жалобно зашмыгала носом.
Император несколько опешив, смотрел на меня, а затем рявкнул:
- А ну прекратить!
Теперь я знала, как чувствуют солдаты на плацу. Рыдания застряли у меня в горле, и я шумно шмыгнула носом, вытирая лицо рукавом.
- Возьми салфетки на столе, - процедил Альге с раздражением. Я послушно вытряхнула половины пачки и начала приводить себя в порядок. - Ты думаешь, на меня такие трюки действуют? Я был трижды женат, если хочешь знать, и не такое видывал.
- Привет, давно не виделись. Скучала? А я - да. Ты этим вечером выглядишь на редкость соблазнительно. Не хочешь провести эту ночь только вдвоём - ты и я?
Мой разум явно находился в некотором беспорядке, иначе чем объяснишь то, что сейчас я нежно гладила подушку, страстно шепча своей кровати всякие глупости.
Я так часто и помногу думала о Ядгаре, что почти желала его увидеть. Иногда мне казалось, что я чувствую его внимание на себе, его присутствие, его взгляд. А иногда я была почти уверена, что мой хозяин забыл обо мне, как о забавной, но не слишком нужной игрушке, играть которой слишком хлопотно, а выкинуть жалко. Но видимо, я слишком рано поместила себя в чулан.
Семейная жизнь состоит из компромиссов,
У него множество обличий, но лишь одна цель — забрать темную друидку, которая должна стать платой за власть и богатство
Зная жестокий и тщеславный нрав своей свекрови, я бы не удивилась, услышав доносящиеся из глубин дома истошные крики девственниц, слуг или врагов рода.
Молчаливой Франчески оказалось вполне достаточно, пусть она и бросала на него ненавидящие взгляды, когда была уверена, что никто на нее не смотрит. Но взгляды – это не ножи, ими не убьешь и дырку не проковыряешь.
– И что же это за местечко, Роберто? – звенящим от ярости голосом спросил Винченцо.
– Музей, – мрачно ответил ему брат. – Через две улицы отсюда есть музей орочьего быта. Это достаточно злачное местечко для выговора? Там ведь есть изображения орчанок – вдруг мы с Чино так возбудимся, что не сможем вести себя прилично и уроним твое достоинство?
Франческа в ужасе смотрела на этот генератор идей. Она даже в страшном сне не могла представить себя с лысой головой. Если выбирать между лысиной и замужеством, второе казалось намного привлекательнее. С бритвой ее не могла примирить даже мысль, что волосы отрастут, а муж никуда не денется.
Прискакали злые орки
И сожрали все до корки.
Эльфы тоже прибежали
И всю зелень дожевали.
Два дракона прилетели
И огнем здесь попыхтели.
А потом пришли два тролля
И наелись мяса вволю.
Если выбирать между лысиной и замужеством, то второе казалось ей намного привлекательнее. С бритвой ее не могла примирить даже мысль о том, что волосы отрастут, а муж уже никуда не денется.
Кто же спрашивает женщину, чего она хочет? — удивился орк. — Это бессмысленно. Их желания меняются постоянно. Решать должен мужчина.
- Не любишь девушек, пишущих стихи? ..
- Увлечение твоей невесты метательными ножами, несомненно, намного более привлекательная черта характера.
- Не поверишь, но для меня, да. Более милосердное. Пусть лучше тебя один раз зарежут, чем ежедневно мозги выносят.
Влюбленность жениха просто бросалась в глаза всем окружающим. Да и сам жених иногда бросался. На окружающих.
Пусть этот гад ей пожизненно лук режет, оплакивая ее брата.
Свалившись после пятого отжимания, она задумалась над вопросом, а, собственно, кто кому мстит, а главное, ей-то за что, она ведь ничего еще и сделать-то не успела…
Она сплошной пластик – от лица до банковской карточки.
Убийства случаются без предупреждений, не давая возможности заключить перемирие в феодальной войне или попрощаться.
Позади Элейн высился книжный шкаф, набитый книгами о сострадании, вере и милосердии, но ничего этого не было в ее глазах.
Змея с возрастом не превращается в пушистого зайчика. Она по-прежнему змея и будет жалить и дальше. Пока кто-нибудь не остановит ее.
Копы напоминали террористов. Они забрасывали разрушительные бомбы в жизнь друзей и родственников убитых, а потом стояли и оценивали размер нанесённого ущерба.
"Все разумные существа ищут преимущества. Все, что мы делаем, мы делаем исходя из собственной выгоды."
Проблема с дружелюбием состояла в том, что люди начинают вытирать о тебя ноги. Джейн росла с двумя братьями, и это научило ее тому, что молниеносный пинок в голень обычно действует куда лучше, чем «очень тебя прошу».
Кот вспрыгнул на стол и уселся на газету, пристроив задницу прямо на статье.
– Спасибо за комментарий, – сказала Маура и скинула кота на пол.