Цитаты
284681
Около четверти часа Шмуэль стоял под фонарем. Ждал. Кого ждал, этого он и сам не знал. Он подумал, что в этом его неясном ожидании нет ничего особенного, что большинство людей живут день за днем и все время ждут, не зная, чего или кого они ждут.
Зима 1959-го, Иерусалим. Вечный студент Шмуэль Аш, добродушный и романтичный увалень, не знает, чего хочет от жизни. Однажды на доске объявлений он видит загадочное объявление о непыльной работе для студента-гуманитария. Заинтригованный Шмуэль отправляется в старый иерусалимский район. В ветхом и древнем, как сам город, доме живет интеллектуал Гершом Валд, ему требуется человек, с которым он бы мог вести беседы и споры. Взамен Шмуэлю предлагается кров, стол и скромное пособие. В доме также...
Капитан громко говорил, громко смеялся, не умел не привлекать к себе внимание окружающих и любил повторять, что «Жить надо, как в последний раз!», добавляя: «Тем более, что это соответствует истине».
Власть, любовь, ненависть. Что еще нужно, чтобы начать войну? На одной чаше весов – королевская корона, на другой – жизнь близких, и выбор – как удар меча: стремительный и резкий. Времени нет… Но исход не изменить ни силой, ни мольбой, потому что невозможно изменить то, что уже случилось. Кровавая свадьба королевы Всеславы стала прологом череды потрясений, которые затронули не только Зеленый Дом, но и весь Тайный Город. И вновь Великим Домам не обойтись без помощи сплоченной команды...
Любое государство живо лишь до тех пор, пока хоть для кого-то из его защитников существует понятие «долг».
Власть, любовь, ненависть. Что еще нужно, чтобы начать войну? На одной чаше весов – королевская корона, на другой – жизнь близких, и выбор – как удар меча: стремительный и резкий. Времени нет… Но исход не изменить ни силой, ни мольбой, потому что невозможно изменить то, что уже случилось. Кровавая свадьба королевы Всеславы стала прологом череды потрясений, которые затронули не только Зеленый Дом, но и весь Тайный Город. И вновь Великим Домам не обойтись без помощи сплоченной команды...
Страх – это прививка от самоуверенности.
Власть, любовь, ненависть. Что еще нужно, чтобы начать войну? На одной чаше весов – королевская корона, на другой – жизнь близких, и выбор – как удар меча: стремительный и резкий. Времени нет… Но исход не изменить ни силой, ни мольбой, потому что невозможно изменить то, что уже случилось. Кровавая свадьба королевы Всеславы стала прологом череды потрясений, которые затронули не только Зеленый Дом, но и весь Тайный Город. И вновь Великим Домам не обойтись без помощи сплоченной команды...
admin
добавил цитату
из книги
«Поцелуй Уробороса»
7 лет назад
Капитан громко говорил, громко смеялся, не умел не привлекать к себе внимание окружающих и любил повторять, что «Жить надо, как в последний раз!», добавляя: «Тем более, что это соответствует истине».
admin
добавил цитату
из книги
«Поцелуй Уробороса»
7 лет назад
Любое государство живо лишь до тех пор, пока хоть для кого-то из его защитников существует понятие «долг».
admin
добавил цитату
из книги
«Поцелуй Уробороса»
7 лет назад
Страх – это прививка от самоуверенности.
– Тело говорит: лежи подыхай, а дух воина говорит: вставай и иди! – прорычал Хельги. – Это и есть дружинный дух, и изменить ему меня не заставит ничто! Ни вино, ни бабы, ни сама Хель!
Не прошло и года с тех пор, как княгиня Эльга и князь Ингвар заняли киевский стол. Благодаря согласию с королевой Сванхейд, матерью Ингвара, их владения теперь простираются до самого Хольмгарда, и в их руках весь Путь Серебра. Но мало власть получить, ее важно еще удержать. И потому молодой правительнице ежесекундно приходится помнить о том, что возникшая страсть между ней и побратимом мужа, Мистиной, может не только навлечь позор на род Вещего, к которому она принадлежит, но и привести к гибели...
Не всякая правда приносит добро. Иная правда может разрушить все, что было улажено, и ничего не дать взамен. Такая правда не нужна никому, и лучше ее зарыть поглубже. Вместе с тем кто не дает ей спать спокойно, если потребуется.
Не прошло и года с тех пор, как княгиня Эльга и князь Ингвар заняли киевский стол. Благодаря согласию с королевой Сванхейд, матерью Ингвара, их владения теперь простираются до самого Хольмгарда, и в их руках весь Путь Серебра. Но мало власть получить, ее важно еще удержать. И потому молодой правительнице ежесекундно приходится помнить о том, что возникшая страсть между ней и побратимом мужа, Мистиной, может не только навлечь позор на род Вещего, к которому она принадлежит, но и привести к гибели...
– Кстати, о Плескове, – вспомнила Сванхейд. – Возможно, вы в Кенугарде еще не знаете, что у нас больше родичей, чем мы думали.
– Так всегда оказывается, стоит кому-то добиться успеха! – Мистина засмеялся. – Когда человек становится конунгом, у него обычно находится куда больше родни, чем он раньше думал!
– Нет, этот человек появился еще зимой, пока Ингвар не был конунгом. Это брат его жены.
– У нее, сколько я знаю, два родных брата и два двоюродных…
– Это ее сводный брат. Старший сын ее отца, он родился в Хейдабьюре и лишь осенью впервые приехал в Гарды. Его имя Хельги Красный.
Мистина изменился в лице: непринужденная любезность слетела с него, сменившись недоверием.
– Что? – обронил он, и в этом коротком слове отчетливо слышалось многое: от недоумения до угрозы.
– Он провел здесь у нас месяца два, и мне известны все его обстоятельства из первых рук. Это весьма отважный и предприимчивый мужчина, я бы сказала.
– Мужчина?
– Он на пару лет старше тебя, как мне показалось. Так что, похоже, до наследства Хельги киевского есть больше охотников, чем думает Ингвар.
Мистина помолчал, но Сванхейд по этому молчанию поняла едва ли не больше, чем за весь предыдущий разговор. Лицо его стало замкнутым, в чертах отразилось легкое пренебрежение, а серые глаза вдруг сделались непрозрачными, будто окна в душу закрыли две стальные заслонки. Это выражение не обещало ровно ничего хорошего тому, о ком он думал в эти мгновения...
Не прошло и года с тех пор, как княгиня Эльга и князь Ингвар заняли киевский стол. Благодаря согласию с королевой Сванхейд, матерью Ингвара, их владения теперь простираются до самого Хольмгарда, и в их руках весь Путь Серебра. Но мало власть получить, ее важно еще удержать. И потому молодой правительнице ежесекундно приходится помнить о том, что возникшая страсть между ней и побратимом мужа, Мистиной, может не только навлечь позор на род Вещего, к которому она принадлежит, но и привести к гибели...
– Это правда? – Патрикий Феофан склонил голову набок и окинул всех троих послов таким отработанно-испытующим взглядом, будто каждый день допрашивал лжецов.
– Йотуна мать, это правда! – рявкнул выведенный из терпения Асмунд, который вовсе не привык, чтобы ему не верили.
– Он клянется Богоматерью, что говорит правду, – перевел толмач, давно подобравший приличное соответствие всему тому, что срывается с языка у варваров.
Не прошло и года с тех пор, как княгиня Эльга и князь Ингвар заняли киевский стол. Благодаря согласию с королевой Сванхейд, матерью Ингвара, их владения теперь простираются до самого Хольмгарда, и в их руках весь Путь Серебра. Но мало власть получить, ее важно еще удержать. И потому молодой правительнице ежесекундно приходится помнить о том, что возникшая страсть между ней и побратимом мужа, Мистиной, может не только навлечь позор на род Вещего, к которому она принадлежит, но и привести к гибели...
... родичи лучше всего ладят, когда между ними лежит море.
Не прошло и года с тех пор, как княгиня Эльга и князь Ингвар заняли киевский стол. Благодаря согласию с королевой Сванхейд, матерью Ингвара, их владения теперь простираются до самого Хольмгарда, и в их руках весь Путь Серебра. Но мало власть получить, ее важно еще удержать. И потому молодой правительнице ежесекундно приходится помнить о том, что возникшая страсть между ней и побратимом мужа, Мистиной, может не только навлечь позор на род Вещего, к которому она принадлежит, но и привести к гибели...
Разумный человек всегда поймет, когда кончается упорство и начинается упрямство. Собственно, умением их разграничить он и отличается от неразумного.
Не прошло и года с тех пор, как княгиня Эльга и князь Ингвар заняли киевский стол. Благодаря согласию с королевой Сванхейд, матерью Ингвара, их владения теперь простираются до самого Хольмгарда, и в их руках весь Путь Серебра. Но мало власть получить, ее важно еще удержать. И потому молодой правительнице ежесекундно приходится помнить о том, что возникшая страсть между ней и побратимом мужа, Мистиной, может не только навлечь позор на род Вещего, к которому она принадлежит, но и привести к гибели...
...некая глубинная память всегда говорит нам, что пока рядом есть другое теплое тело, все не может быть совсем уж худо.
Не прошло и года с тех пор, как княгиня Эльга и князь Ингвар заняли киевский стол. Благодаря согласию с королевой Сванхейд, матерью Ингвара, их владения теперь простираются до самого Хольмгарда, и в их руках весь Путь Серебра. Но мало власть получить, ее важно еще удержать. И потому молодой правительнице ежесекундно приходится помнить о том, что возникшая страсть между ней и побратимом мужа, Мистиной, может не только навлечь позор на род Вещего, к которому она принадлежит, но и привести к гибели...
Так бывает: некое обстоятельство висит прямо перед глазами, но ты, занятый своими мыслями, долго ухитряешься смотреть мимо него. Пока не стукнет прямо по носу.
Не прошло и года с тех пор, как княгиня Эльга и князь Ингвар заняли киевский стол. Благодаря согласию с королевой Сванхейд, матерью Ингвара, их владения теперь простираются до самого Хольмгарда, и в их руках весь Путь Серебра. Но мало власть получить, ее важно еще удержать. И потому молодой правительнице ежесекундно приходится помнить о том, что возникшая страсть между ней и побратимом мужа, Мистиной, может не только навлечь позор на род Вещего, к которому она принадлежит, но и привести к гибели...
Не можешь предотвратить безобразие — возглавь его.
Итак, приступим к приготовлению.
Девушку замариновать в мечте, очистить от серых будней и поместить в дивный новый мир. Добавить щепотку жгучих и пряных родственников, друзей и врагов — по вкусу. Ошпарить все Академией магии. Тушить в котле интриг и противостояний на огне магических поединков до полной готовности. Подавать под легким романтическим соусом.
Приятного аппетита!
Категоричность свойственна молодости, но в зрелости мы часто жалеем о совершенных ошибках и упущенных возможностях.
Итак, приступим к приготовлению.
Девушку замариновать в мечте, очистить от серых будней и поместить в дивный новый мир. Добавить щепотку жгучих и пряных родственников, друзей и врагов — по вкусу. Ошпарить все Академией магии. Тушить в котле интриг и противостояний на огне магических поединков до полной готовности. Подавать под легким романтическим соусом.
Приятного аппетита!
Желание открыть глаза и потребовать объяснений росло, но я мудро ему не поддавалась. Ибо та же пятая точка настаивала, что такое поведение резко несовместимо с жизнью.
Итак, приступим к приготовлению.
Девушку замариновать в мечте, очистить от серых будней и поместить в дивный новый мир. Добавить щепотку жгучих и пряных родственников, друзей и врагов — по вкусу. Ошпарить все Академией магии. Тушить в котле интриг и противостояний на огне магических поединков до полной готовности. Подавать под легким романтическим соусом.
Приятного аппетита!
— Счастлив с вами познакомиться, леди, — слегка склонил голову он. — Очарован. Я слышал, что вы прелестны, но реальность превзошла все ожидания.Врешь, уважаемый господин судья. В твоем взгляде ни капли интереса, плевать тебе на меня с высокой колокольни. Но, кажется, жертвенную овцу от семьи Ашай в лице меня ты милостиво согласился принять. Иначе с чего такие реверансы?— Да неужели? — с прохладной улыбкой отозвалась я.Мать шикнула и дернула меня за руку, но я не удостоила ее и взгляда.— Что, простите? — недоуменно вскинул брови герцог Шайлен.— Простите за прямоту, но не думаю, что вас на самом деле заинтересует бледная копия вашей пропавшей невесты, — зарядила я ему прямо в лоб.— Мирослава! — потрясенно охнула мать. — Как ты себя ведешь?Но я на нее по-прежнему не смотрела. Мне нужно было дать понять этому мужчине, что не стоит считать дело решенным. Ничего ему тут не светит!Джэйд с такой злорадной улыбкой наблюдал за нами, что у меня закралось подозрение, что с дядей они не ладят, и это мягко сказано.— Хм, — вот теперь во взгляде старшего герцога промелькнул интерес. — Вам сказали?— Что вы, это же секрет, — покачала я головой. — Но у меня было достаточно данных, чтобы сделать выводы. Я только гадала: вы или не вы.— Я искренне восхищен, — а вот это уже сказано откровенно. — Мне казалось, что вы… — он замялся, явно пытаясь подыскать адекватное и не очень обидное сравнение.— Глупее? — решила подсказать я и ободряюще улыбнулась: — Смелее, герцог. Я не обижусь. Иногда говорить правду бывает очень полезно.
Итак, приступим к приготовлению.
Девушку замариновать в мечте, очистить от серых будней и поместить в дивный новый мир. Добавить щепотку жгучих и пряных родственников, друзей и врагов — по вкусу. Ошпарить все Академией магии. Тушить в котле интриг и противостояний на огне магических поединков до полной готовности. Подавать под легким романтическим соусом.
Приятного аппетита!
— Джэйд, можно просьбу? Личную.— Мирослава, так обращаться к герцогу недопустимо! — попыталась опять призвать меня к порядку мать, но я ее снова проигнорировала.— Ух ты, прямо-таки личную? — сразу сбросил маску аристократа тот. — Я заинтригован!— Присмотри за братом. Он, кажется, собрался похоронить себя в учебе, мне это не нравится.— Мирослава! — теперь уже возмущенно воскликнул Чарли.— Он будет сопротивляться, — озорно сощурился Джэйд.— Я в тебя верю, — подмигнула я. — Это только на год. Потом в Академию приду я… и займусь этим затворником и его социальными связями всерьез.— Будешь должна, — кивнул парень и погрозил недовольно пыхтящему братцу пальцем: — Слышал? Теперь не отвертишься! У меня есть высочайшее разрешение на то, чтобы таскать тебя по всем вечеринкам.— Как ты сам сказал, я буду сопротивляться, — мрачно зыркнул в мою сторону Чарли.
Итак, приступим к приготовлению.
Девушку замариновать в мечте, очистить от серых будней и поместить в дивный новый мир. Добавить щепотку жгучих и пряных родственников, друзей и врагов — по вкусу. Ошпарить все Академией магии. Тушить в котле интриг и противостояний на огне магических поединков до полной готовности. Подавать под легким романтическим соусом.
Приятного аппетита!
— Представляю себе эту картинку, — хмыкнул Джэйд. — Из-за пелены, прямо в объятья зеленым тварям вылетает симпатичная девушка с криками «Спасите, родненькие!»
— Да уж, — захихикала я. — Тогда проблема выхода отсюда точно была бы решена. Орки передохли бы от изумления.
Итак, приступим к приготовлению.
Девушку замариновать в мечте, очистить от серых будней и поместить в дивный новый мир. Добавить щепотку жгучих и пряных родственников, друзей и врагов — по вкусу. Ошпарить все Академией магии. Тушить в котле интриг и противостояний на огне магических поединков до полной готовности. Подавать под легким романтическим соусом.
Приятного аппетита!
— То есть… я не дома?
— Увы, — он развел руками. — Раз вы попали сюда, там вы мертвы.
Спасибо, Кэп, а то я не поняла.
Итак, приступим к приготовлению.
Девушку замариновать в мечте, очистить от серых будней и поместить в дивный новый мир. Добавить щепотку жгучих и пряных родственников, друзей и врагов — по вкусу. Ошпарить все Академией магии. Тушить в котле интриг и противостояний на огне магических поединков до полной готовности. Подавать под легким романтическим соусом.
Приятного аппетита!
Женщина — странное существо. Она может быть молью бледной, на которую ты и внимания не обратишь на улице. Но правильный наряд, прическа, макияж… И ты уже не можешь отвести взгляд, поражаясь, как не заметил чаровницу раньше.
Итак, приступим к приготовлению.
Девушку замариновать в мечте, очистить от серых будней и поместить в дивный новый мир. Добавить щепотку жгучих и пряных родственников, друзей и врагов — по вкусу. Ошпарить все Академией магии. Тушить в котле интриг и противостояний на огне магических поединков до полной готовности. Подавать под легким романтическим соусом.
Приятного аппетита!
Если не вдаваться в детали, можно обрисовать коротко: темные — плохие, светлые — хорошие. Это, конечно, утрированно, и, как по мне, хорошесть светлых заключается только в том, что с темными они ведут войну на уничтожение в силу несовместимости жизненных принципов, плюс им чуждо стремление оппонентов загадить свой мир и еще парочку соседних.
Итак, приступим к приготовлению.
Девушку замариновать в мечте, очистить от серых будней и поместить в дивный новый мир. Добавить щепотку жгучих и пряных родственников, друзей и врагов — по вкусу. Ошпарить все Академией магии. Тушить в котле интриг и противостояний на огне магических поединков до полной готовности. Подавать под легким романтическим соусом.
Приятного аппетита!
— Мне не нравятся девушки, считающие, что я такой идиот и не вижу их манипуляций, — неожиданно жестко заявил Чарли. — Кэтрин повезло, что я слишком хорошо воспитан, чтобы прямо сообщить, насколько она мне неприятна. А намеки она либо не понимает, либо понимать не хочет.
— Вот блин, — пробормотала я едва слышно. — Все время забываю, что ты у меня бываешь и таким…
— Все забывают, — ровным тоном отозвался брат. — Принимают воспитанность за слабость, а сдержанность - за бесхарактерность. И потом обижаются, когда это оказывается вовсе не так.
Итак, приступим к приготовлению.
Девушку замариновать в мечте, очистить от серых будней и поместить в дивный новый мир. Добавить щепотку жгучих и пряных родственников, друзей и врагов — по вкусу. Ошпарить все Академией магии. Тушить в котле интриг и противостояний на огне магических поединков до полной готовности. Подавать под легким романтическим соусом.
Приятного аппетита!