Как бы ты ни старался, где бы ни скрывался, кто-нибудь все равно найдет тебя.
Иногда иллюзия свободы и выбора тягостнее неволи.
Все дело в глазах. Если повидал достаточно, то выглядишь старше, и неважно, какое у тебя лицо.
Нью-Йорк славен тем, что никто и никогда не задает тебе вопросов. Понимаете, это одно из тех мест, куда едут все. Это мечта, это цель. Место, где можно скрыться среди миллионов людей, желающих того же. Никого не волнует, откуда ты и почему уехал, потому что все сосредоточены на себе и на своих желаниях. У Нью-Йорка такая богатая история, но все, кто там живет, думают лишь о будущем. Даже если ты из Нью-Йорка, то все равно можешь где-нибудь исчезнуть, и никто тебя не найдет.
Красота теряет смысл, если окружает тебя в избытке.
Если зажмуриться и не смотреть страху в глаза, то и бояться вроде как нечего, верно?
Нормальные люди в свои дни рождения говорят: «Ух! Еще на год старше!» Мы воспринимаем их немного иначе: «Черт. Еще годом меньше».
Если ничего не выбирать, это и есть выбор. Нейтралитет - это подход, но значение имеют только факты. Невозможно жить, не совершая выбора.
Если человек непременно хочет во что-то верить, то он, скорее всего, поверит.
Наш выбор делает нас теми, кто мы есть
Вот так. Доброе имя было важнее человеческой жизни. Всех наших жизней.
Мелочи порой имеют значение.
Я скорее безнадзорное дитя, а не покалеченное. Я – плюшевый мишка, собирающий пыль под кроватью, но не одноногий солдатик.
Жизнь и смерть - все это не так просто, как кажется
Кладбища - это особые места, где ткань между этим миром и другими мирами наиболее тонкая.
Ах, эта супружеская жизнь! Древнейшее из всех состязаний, что существуют на свете. Оно начинается с мелких обид и придирок и ведется один на один в супружеских спальнях во всем мире и заканчивается ничьей. В этом сражении никто не наступает, не отступает и не сдается.
В нашем мире слишком много оружия и слишком много бед из-за него.
— Вы знаете о коррупции в казино? — Одно дело слышать слухи, другое —что-то знать.
Люди молчали. Жизнь обрела полноту, уже не надо беспокоиться о еде, на завтра припасов хватит, а день, который придет потом, так далек, что никому не хотелось о нем думать
Она знала так много, она жила на свете так долго, ощущала многое такое, о чем он мог лишь смутно догадываться - словом, она была женщина.
Хуже холодного кофе, как говорится, может быть только горячий самогон.
В конечном итоге мы теряем всех. Имеет значение только то, как мы распоряжаемся своим временем вместе.
Люди молчали. Жизнь обрела полноту, уже не надо беспокоиться о еде, на завтра припасов хватит, а день, который придет потом, так далек, что никому не хотелось о нем думать
Она знала так много, она жила на свете так долго, ощущала многое такое, о чем он мог лишь смутно догадываться - словом, она была женщина.
– Зато мне с вами повезло. Такая красотка.
– Я замужем.
– Серьезно? Я легко это переживу. В конце концов, когда и кому это мешало?
– А как же «не возжелай жену ближнего»? Неужто вы ничего не слышали о смертных грехах?
– Я их даже видел. Подозрительно смахивают на мой список неотложных дел на выходные.
– В шоу юмористов выступаете?
– Только на любительской сцене, – хмыкнул он, а я сказала: