Слава - это всего лишь одежда. Одежда, которая в конце концов становится мала, или изнашивается, или у тебя её крадут. Главное — то, какой ты голышом.
Будущее уже не в книгах, Гольдман.– Да ну? И в чем же будущее, Рой?– В кино, Гольдман. В кино!– В кино?– В кино, Гольдман, кино – это будущее! Люди теперь хотят картинку! Люди не хотят больше думать, они хотят, чтобы их направляли! Они с утра до вечера в рабстве и, придя домой, теряются: нет больше их господина и хозяина, нет благодетельной руки, дарующей пищу, никто их не бьет и не ведет за собой. По счастью, есть телевидение. Человек включает телевизор, простирается перед ним и вручает ему свою судьбу. “Что мне есть, Хозяин?” – спрашивает он у телевизора. “Замороженную лазанью!” – велит ему реклама. И он мчится ставить в микроволновку свой мерзкий ужин. А потом возвращается и на коленях вопрошает: “А что мне пить, Хозяин?” – “Пересахаренную кока-колу!” – сердито орет телевизор и приказывает: “Жри, свинья, жри! Пускай твоя плоть становится жирной и дряблой”. И человек повинуется. Человек обжирается. А после ужина телевизор злится и дает новую рекламу: “Ты слишком толстый! Ты урод! Немедленно займись гимнастикой! Будь красивым!” И вы покупаете электроды для точечного массажа, кремы, наращивающие вам мышцы во время сна, волшебные пилюли, которые делают гимнастику за вас, потому что вам же не хочется, вы перевариваете пиццу! Вот вам колесо жизни, Гольдман. Человек слаб. Из стадного инстинкта он любит набиваться в темные залы, именуемые кинотеатрами. Ба-бах! Вот вам реклама, попкорн, музыка, бесплатные журналы, а перед вашим фильмом идут трейлеры других и увещевают вас: “Эх ты, лох, ты пошел не на тот фильм, посмотри этот, он гораздо лучше!” ОК, но вы уже заплатили за место, вы на крючке! Значит, вам придется прийти еще раз, посмотреть другой фильм, а новый трейлер опять вам объяснит, что вы лопух, и вы с горя пойдете в перерыве опиваться газировкой и объедаться шоколадным мороженым за бешеные деньги, чтобы забыть свой жалкий удел. Может, вы с горсткой таких же борцов и останетесь, забьетесь в последний в стране книжный магазин, но долго вам не продержаться: народ зомби и рабов вас все равно победит.
Только в книгах Все можно стереть, Все можно забыть. Все можно простить. Все можно восстановить.
– На самом деле всё это очень интересно. Люди рассказывают о разном. О похищении пришельцами, встречах с привидениями, появлении ангелов. Большинство религиозных пророчеств сделано в горах. На высоте.
– Выходит, горная болезнь — основа религий?
– Хорошая версия, ничем не хуже других.
Вопрос не в том, кто он, тот третий, что всегда идёт рядом с тобой. Главный вопрос заключается в следующем: какого черта ему нужно?
Возможно, мертвые не преследуют нас. Это мы преследуем их.
Люди идут и на бо́льшие преступления за меньшие ценности.
Вокруг стояли двенадцать опытных стихийников, не считая двадцати четырех юных магов, а леди-воровка давала им советы.
Обезумевшая толпа отличается от стада охваченных паникой животных тем, что она хуже.
– Ты помнишь лозунг «Всё лучшее – детям!», инженер? Конечно, помнишь! Так вот, это принцип всех времён, кроме одного: кроме такого, как сейчас! Во времена катастрофы, охватившей весь мир, дети не выживают. Это не просто слабое звено. Это обуза, оттягивающая на себя силы и средства. Если погибнут дети, но выживут взрослые, мир ещё может возродиться. Взрослые найдут чистое место или забьются в какой-нибудь вонючий угол, и если не передохнут, то у них ещё могут быть дети. Если повезёт.
Наш мозг не способен с полной отдачей работать над более чем одной задачей единовременно.
Использование мобильного телефона во время нахождения за рулем может казаться вполне безопасным, но статистика показывает, что это повышает вероятность попадания таких водителей в автоаварии в четыре раза… Никто из нас не застрахован от опасностей неосторожного вождения. Лучше сначала отключите мобильный телефон и только тогда садитесь за руль.
Начните делать больше, но по одному делу за раз.
…попытки прибегать к тактике многозадачности всегда заканчиваются снижением производительности.
Неуправляемые мысли уносят нас далеко, а мозг не возвращает к выполняемой задаче. И все из-за многозадачности.
Когда вы совершенствуете свой мыслительный процесс, улучшаются и ваши взаимоотношения с людьми. Когда вы способны контролировать окружающую действительность, дни проходят спокойнее.
Вы не можете по-настоящему сосредоточиться на одной задаче, решая одновременно другую. Ведь между двумя задачами возникает явление интерференции, или взаимных помех… Люди не способны к многозадачности. Когда они утверждают обратное, они себя обманывают. Вообще мозг очень ловко обманывает себя.
В любой промежуток времени ты можешь делать либо одно дело хорошо, либо два, но плохо.
Порой два не конкурирующих между собой действия могут выполняться одновременно, но при их выборе лучше быть осторожными.
Однозадачность — не роскошь. Это необходимость. Вы сможете добиться гораздо большего, если будете все делать поочередно.
Но ведь жизнь людей так сложна. Им постоянно надо есть и пить, и еще спать. И вообще, они так много всего хотят, что путаются и не знают, чего же им хочется больше. Но самое главное, что они даже не успевают посмотреть на ночное небо, часто не замечают первый снег, на сколько я знаю, не мечтают забраться на Луну, или просто не видят, как красивы цветы, что стоят у них на окне. Поэтому иногда мне бывает их жаль.
Сказки не умерли, они есть и сейчас. Мало того, они встречаются на каждом шагу, надо только уметь разглядеть их под своей подушкой или в старом чулке. И поверить в них. Честное слово, им будет очень приятно.
Но больше всего мне нравилась Луна. Она ведь была самая яркая. И что самое удивительное, так это то, что она тоже все время бывала разной. Иногда она была похожа на банан (или на мой загнутый колпак), а иногда на большую белую тарелку. Мне всегда было интересно, какой же она будет в следующий раз.
После ночных дождей повсюду лежали жирные, сытые лужи, с маслянистой поволокой и плесневелыми оборками.
Надо принадлежать своей беде,стать ее скрипкой или ее горгульей. Надо вместить беду,разбился и расширяя душу до ее нечеловеческих размеров.