Цитаты
284308
Нельзя требовать от жизни повторений. Каждая счастливая минута, выпавшая на нашу долю, - это как капля, сорвавшаяся с листа. Упала - и растворилась в земле. Её не найти, можно лишь ждать следующую.
Осень 1944 года, заброшенное в глуши украинское село. Фронт откатился на запад, но в лесах остались банды бандеровцев. С одной из них приходится схватиться бойцу истребительного батальона, бывшему разведчику, списанному по ранению из армии… По роману снят фильм на киностудии им. Довженко в 1976 году.
Кривой старикашка встретился мне на Глухарском шляхе. Он возил в Ожин картошку и теперь возвращался навеселе. Орал он во всю глотку про Галю молодую, и тощее его тело прыгало на пустых грязных лантухах, подстеленных на днище телеги.– Стой! - заорал он лошади, увидев меня. - Человек на дороге, берем человека!Единственный глаз его сверкал, как у драчливого петуха.
Осень 1944 года, заброшенное в глуши украинское село. Фронт откатился на запад, но в лесах остались банды бандеровцев. С одной из них приходится схватиться бойцу истребительного батальона, бывшему разведчику, списанному по ранению из армии… По роману снят фильм на киностудии им. Довженко в 1976 году.
Нельзя проводить полдня у раскаленной печи и оставаться любопытным.
Осень 1944 года, заброшенное в глуши украинское село. Фронт откатился на запад, но в лесах остались банды бандеровцев. С одной из них приходится схватиться бойцу истребительного батальона, бывшему разведчику, списанному по ранению из армии… По роману снят фильм на киностудии им. Довженко в 1976 году.
- Каждый должен перебеситься... а дальше хорошо бы пошло!– И Горелый перебесится?– А чего ж? Может, спокойно заживет. На работу заступит. Он мужик с головой, сообразит, чего как. Приспособится, еще не последний будет. Это в войну все убивцы, а в мирное время все мирные.
Осень 1944 года, заброшенное в глуши украинское село. Фронт откатился на запад, но в лесах остались банды бандеровцев. С одной из них приходится схватиться бойцу истребительного батальона, бывшему разведчику, списанному по ранению из армии… По роману снят фильм на киностудии им. Довженко в 1976 году.
Сагайдачный умел слушать. Это редкое качество. Казалось бы, чего особенного: сиди, подпершись, и молчи, пока другой говорит. Но тот, другой, он сразу поймет, в самом деле ты его слушаешь или думаешь о своем. Тут дело не в ушах. Тут надо нутром слушать, воспринимать чужую жизнь как свою, тут надо любить и уважать человека, а его не всегда хочется любить и уважать. Страдать за него надо, когда и своих страданий хватает...
Осень 1944 года, заброшенное в глуши украинское село. Фронт откатился на запад, но в лесах остались банды бандеровцев. С одной из них приходится схватиться бойцу истребительного батальона, бывшему разведчику, списанному по ранению из армии… По роману снят фильм на киностудии им. Довженко в 1976 году.
Знаешь, почему я не люблю железные дороги? - спросил Сагайдачный. Потому что с некоторых пор там появилась прекрасная надпись: "Вагон оборудован принудительной вентиляцией". Это слово вызывает у меня дрожь. Я не хочу принудительного воздуха, даже самого чистого. Люди хотят принудить друг друга к чему-то. Даже к благу, к счастью...
Осень 1944 года, заброшенное в глуши украинское село. Фронт откатился на запад, но в лесах остались банды бандеровцев. С одной из них приходится схватиться бойцу истребительного батальона, бывшему разведчику, списанному по ранению из армии… По роману снят фильм на киностудии им. Довженко в 1976 году.
что такое государство, которое само не чтит Закона, которое Закон подгоняет каждый день под свою пользу?
Осень 1944 года, заброшенное в глуши украинское село. Фронт откатился на запад, но в лесах остались банды бандеровцев. С одной из них приходится схватиться бойцу истребительного батальона, бывшему разведчику, списанному по ранению из армии… По роману снят фильм на киностудии им. Довженко в 1976 году.
И то сказать: к чему бабе язык? Картошку отварить, ну, постирать, воды принести, печь протопить, кабанчика накормить, телка, корову, курей, мужа там, семью. Огород прополоть, овощ насолить... и прочее. Молча больше успеешь.
Осень 1944 года, заброшенное в глуши украинское село. Фронт откатился на запад, но в лесах остались банды бандеровцев. С одной из них приходится схватиться бойцу истребительного батальона, бывшему разведчику, списанному по ранению из армии… По роману снят фильм на киностудии им. Довженко в 1976 году.
И в это пронзительное утро я понял еще одну великую тайну: даже если человек прошел войну и испытал близость смерти, и силу фронтовой дружбы, и боль ранений, и многое другое, он не может быть мужчиной, пока не узнает чувства ответственности за женщину.
Осень 1944 года, заброшенное в глуши украинское село. Фронт откатился на запад, но в лесах остались банды бандеровцев. С одной из них приходится схватиться бойцу истребительного батальона, бывшему разведчику, списанному по ранению из армии… По роману снят фильм на киностудии им. Довженко в 1976 году.
Возьми еще пива и не строй из себя умника. Ты будешь делать то, что и другие, увидишь. Ты скоро будешь бегать по другим делам – по докам и кораблям. Однажды жизнь нагонит тебя.
Чтобы не сойти с ума в серости и обыденности маленького городка. Лили сбегает на Аляску, где погружается в тяготы рыбацкой жизни. Северный ветер, ледяная вода, сильнейшие штормы, тяжелая, неженская работа… Море становится другом Лили, оно скрывает ее печаль, закаляет характер. Теперь ее волю не сломит ни один шторм, но внезапная любовь способна нарушить внутренний покой. Лили предстоит сложный выбор: остаться с человеком, который смог принять ее перемены, или с морем, которое и принесло эти...
Вы приехали за чем-то, что невозможно найти. Может, за защитой? Но нет, не за ней, поскольку у вас такой вид, как будто вы смерть ищете или во всяком случае хотите с ней встретиться. Вы, наверное, уверенность ищете, что-то, что было бы достаточно сильным, чтобы победить ваши страхи, вашу боль, ваше прошлое – то, что спасло бы всё и в первую очередь вас самих.
Чтобы не сойти с ума в серости и обыденности маленького городка. Лили сбегает на Аляску, где погружается в тяготы рыбацкой жизни. Северный ветер, ледяная вода, сильнейшие штормы, тяжелая, неженская работа… Море становится другом Лили, оно скрывает ее печаль, закаляет характер. Теперь ее волю не сломит ни один шторм, но внезапная любовь способна нарушить внутренний покой. Лили предстоит сложный выбор: остаться с человеком, который смог принять ее перемены, или с морем, которое и принесло эти...
Сегодня приезжают те, кто бежит от трагических воспоминаний или подлости, которую они совершили. В итоге выходит, мы взваливаем на себя всех бунтовщиков, всех пьяниц планеты, которые хотят начать новую жизнь. И, конечно же, мечтателей, таких как ты.
Чтобы не сойти с ума в серости и обыденности маленького городка. Лили сбегает на Аляску, где погружается в тяготы рыбацкой жизни. Северный ветер, ледяная вода, сильнейшие штормы, тяжелая, неженская работа… Море становится другом Лили, оно скрывает ее печаль, закаляет характер. Теперь ее волю не сломит ни один шторм, но внезапная любовь способна нарушить внутренний покой. Лили предстоит сложный выбор: остаться с человеком, который смог принять ее перемены, или с морем, которое и принесло эти...
Сесть на судно – все равно что жениться на корабле, ты все время будешь работать для него. У тебя больше не будет собственной жизни, она уже не будет принадлежать тебе.
Чтобы не сойти с ума в серости и обыденности маленького городка. Лили сбегает на Аляску, где погружается в тяготы рыбацкой жизни. Северный ветер, ледяная вода, сильнейшие штормы, тяжелая, неженская работа… Море становится другом Лили, оно скрывает ее печаль, закаляет характер. Теперь ее волю не сломит ни один шторм, но внезапная любовь способна нарушить внутренний покой. Лили предстоит сложный выбор: остаться с человеком, который смог принять ее перемены, или с морем, которое и принесло эти...
Знаешь ли ты, что я, так же как и ты, не отсюда. Я вырос в восточном штате Теннесси. Я решил что-то изменить в своей жизни. Однажды я собрал свою сумку и сказал: «Привет всем, я уезжаю». Я приехал сюда из-за медведей, самых больших в мире, мне понравилось.
Чтобы не сойти с ума в серости и обыденности маленького городка. Лили сбегает на Аляску, где погружается в тяготы рыбацкой жизни. Северный ветер, ледяная вода, сильнейшие штормы, тяжелая, неженская работа… Море становится другом Лили, оно скрывает ее печаль, закаляет характер. Теперь ее волю не сломит ни один шторм, но внезапная любовь способна нарушить внутренний покой. Лили предстоит сложный выбор: остаться с человеком, который смог принять ее перемены, или с морем, которое и принесло эти...
Грусть блуждания по городу нас связала, кажется, навсегда.
Чтобы не сойти с ума в серости и обыденности маленького городка. Лили сбегает на Аляску, где погружается в тяготы рыбацкой жизни. Северный ветер, ледяная вода, сильнейшие штормы, тяжелая, неженская работа… Море становится другом Лили, оно скрывает ее печаль, закаляет характер. Теперь ее волю не сломит ни один шторм, но внезапная любовь способна нарушить внутренний покой. Лили предстоит сложный выбор: остаться с человеком, который смог принять ее перемены, или с морем, которое и принесло эти...
Всегда слишком много мужчин, везде, я никогда не могла вести жизнь такую, как они. И без сомнения, я никогда не пойду в Берингово море. В очередной раз я почувствовала, какое это унижение – быть женщиной среди них. Они возвращались из боя, а я брела улицами порта.
Чтобы не сойти с ума в серости и обыденности маленького городка. Лили сбегает на Аляску, где погружается в тяготы рыбацкой жизни. Северный ветер, ледяная вода, сильнейшие штормы, тяжелая, неженская работа… Море становится другом Лили, оно скрывает ее печаль, закаляет характер. Теперь ее волю не сломит ни один шторм, но внезапная любовь способна нарушить внутренний покой. Лили предстоит сложный выбор: остаться с человеком, который смог принять ее перемены, или с морем, которое и принесло эти...
Здравый смысл толкает всех делать это. Сопротивляться. Бороться за свою жизнь с силами природы, которые превосходят нас, которые всегда будут сильнее. Трудная задача – идти до конца, умереть или выжить.
Чтобы не сойти с ума в серости и обыденности маленького городка. Лили сбегает на Аляску, где погружается в тяготы рыбацкой жизни. Северный ветер, ледяная вода, сильнейшие штормы, тяжелая, неженская работа… Море становится другом Лили, оно скрывает ее печаль, закаляет характер. Теперь ее волю не сломит ни один шторм, но внезапная любовь способна нарушить внутренний покой. Лили предстоит сложный выбор: остаться с человеком, который смог принять ее перемены, или с морем, которое и принесло эти...
Нас больше не существует. Неподвижные контуры этого мира мы оставили земле. И мы вновь обретем жгучее великолепие наших жизней. У нас захватывает дыхание, которое никогда не останавливается. Вход мира вновь закрылся на нас. И мы собираемся отдать все наши силы, чтобы упасть почти мертвыми. Для нас это – удивительное наслаждение.
Чтобы не сойти с ума в серости и обыденности маленького городка. Лили сбегает на Аляску, где погружается в тяготы рыбацкой жизни. Северный ветер, ледяная вода, сильнейшие штормы, тяжелая, неженская работа… Море становится другом Лили, оно скрывает ее печаль, закаляет характер. Теперь ее волю не сломит ни один шторм, но внезапная любовь способна нарушить внутренний покой. Лили предстоит сложный выбор: остаться с человеком, который смог принять ее перемены, или с морем, которое и принесло эти...
Моя душа мертва, я в плену печали. Я внезапно поняла, что это не будет длиться вечно, что это не будет длиться долго, – жизнь на борту, мужчины, корабль. Скоро всё должно закончиться, я буду без крыши над головой, с раскрытой душой.
Чтобы не сойти с ума в серости и обыденности маленького городка. Лили сбегает на Аляску, где погружается в тяготы рыбацкой жизни. Северный ветер, ледяная вода, сильнейшие штормы, тяжелая, неженская работа… Море становится другом Лили, оно скрывает ее печаль, закаляет характер. Теперь ее волю не сломит ни один шторм, но внезапная любовь способна нарушить внутренний покой. Лили предстоит сложный выбор: остаться с человеком, который смог принять ее перемены, или с морем, которое и принесло эти...
Троица - вся земля травой покроется! Три последующих дня мать Земля именинница! Поэтому нельзя к оной киркой да лопатой касаться. Это великий!
Золотая лихорадка на рубеже столетий, захлестнувшая Восточную Сибирь и затянувшая в свои смертельные сети сотни и тысячи людей — геологов, казаков, крестьян, лесовиков, — продолжает собирать кровавую жатву. Каждый новый сезон открывает свежие золотые прииски, куда устремляются охотники за удачей, зачастую — на свою погибель и очень редко — на счастье. Вот и в лето 1904 года, когда разнеслась несть об очередной находке россыпного золота — в Ольховском урочище у ключа Серебряный пояс, меж...
Богатство человеку давать нельзя. Тогда он становиться злым и завистливым.
Золотая лихорадка на рубеже столетий, захлестнувшая Восточную Сибирь и затянувшая в свои смертельные сети сотни и тысячи людей — геологов, казаков, крестьян, лесовиков, — продолжает собирать кровавую жатву. Каждый новый сезон открывает свежие золотые прииски, куда устремляются охотники за удачей, зачастую — на свою погибель и очень редко — на счастье. Вот и в лето 1904 года, когда разнеслась несть об очередной находке россыпного золота — в Ольховском урочище у ключа Серебряный пояс, меж...
Суровая Сибирь не прощает ошибок. Глубокий снег зимой, мороз, высокогорье, влажность, дикая тайга со всеми вытекающими последствиями ежеминутно играют с человеком в бесконечную игру противостояния: выживешь ил нет? Тяжелые климатические условия, непредсказуемые препятствия, борьба за выживание заставляют быть предусмотрительным: любой промах может стоить жизни.
Золотая лихорадка на рубеже столетий, захлестнувшая Восточную Сибирь и затянувшая в свои смертельные сети сотни и тысячи людей — геологов, казаков, крестьян, лесовиков, — продолжает собирать кровавую жатву. Каждый новый сезон открывает свежие золотые прииски, куда устремляются охотники за удачей, зачастую — на свою погибель и очень редко — на счастье. Вот и в лето 1904 года, когда разнеслась несть об очередной находке россыпного золота — в Ольховском урочище у ключа Серебряный пояс, меж...
Тот, кого запрягли и нагрузили, будет везти до тех пор, пока ноги не подломятся.
Золотая лихорадка на рубеже столетий, захлестнувшая Восточную Сибирь и затянувшая в свои смертельные сети сотни и тысячи людей — геологов, казаков, крестьян, лесовиков, — продолжает собирать кровавую жатву. Каждый новый сезон открывает свежие золотые прииски, куда устремляются охотники за удачей, зачастую — на свою погибель и очень редко — на счастье. Вот и в лето 1904 года, когда разнеслась несть об очередной находке россыпного золота — в Ольховском урочище у ключа Серебряный пояс, меж...
Люди тайги всегда, постоянно находятся а работе. С детских лет. Этого требуют условия жизни. Если воспользуешься минутной слабостью, отложишь какое-то дело на потом, тайга тебе этого не простит.
Золотая лихорадка на рубеже столетий, захлестнувшая Восточную Сибирь и затянувшая в свои смертельные сети сотни и тысячи людей — геологов, казаков, крестьян, лесовиков, — продолжает собирать кровавую жатву. Каждый новый сезон открывает свежие золотые прииски, куда устремляются охотники за удачей, зачастую — на свою погибель и очень редко — на счастье. Вот и в лето 1904 года, когда разнеслась несть об очередной находке россыпного золота — в Ольховском урочище у ключа Серебряный пояс, меж...
На голодный желудок ночь длинна. В любом отношении: и для отдыха, и для ласки.
Золотая лихорадка на рубеже столетий, захлестнувшая Восточную Сибирь и затянувшая в свои смертельные сети сотни и тысячи людей — геологов, казаков, крестьян, лесовиков, — продолжает собирать кровавую жатву. Каждый новый сезон открывает свежие золотые прииски, куда устремляются охотники за удачей, зачастую — на свою погибель и очень редко — на счастье. Вот и в лето 1904 года, когда разнеслась несть об очередной находке россыпного золота — в Ольховском урочище у ключа Серебряный пояс, меж...