В школу торопился Иван - ещё как торопился!
А почему?
Да потому, что никого сегодня не боялся.
Ребят не боялся.
Анны Антоновны не боялся.
Даже Аделаиды не боялся.
Да почему?
Да потому, что уроки-то он выучил! Пожалуйста, проверяйте! Сколько угодно! Вопросы задавайте, спрашивайте!
Идёт Иван, подпрыгивает. До чего, оказывается, приятно в школу шагать, когда уроки приготовлены!
Велика ли важность - начистить картошки? Оказалось - велика.
«Уйди ты от меня, - отвечал Иван, - и без тебя тошно».
«Никуда я от тебя не уйду, - говорила лень-матушка, - друзья мы с тобой на всю жизнь».
Конечно, к взрослым надо относится с уважением. Взрослые - это, в общем, неплохие люди. Но у них есть один недостаток: они часто забывают, что в своё время сами были маленькими.
— А ты знаешь, почему я много сплю? Потому что просыпаться незачем. Вот сейчас вздремнул немного, проснулся — в магазин погнали. Знал бы такое дело, спал бы до утра.
— Всем нам охота, чтоб нас хвалили, <...> А к ругани надо привыкать. Легче жить будет.
А резко менять привычную жизнь так же трудно, как на большой скорости резко сворачивать в сторону. Вдруг навернёшься?
Недаром каждый писатель старается каждую книгу писать так, словно она — последняя. И старается вложить в неё всё, что ему хочется сказать людям.
Но какой бы ни была книга толстой, у неё обязательно есть конец.
Я однажды целый день был мужественным и — устал.
Но вот вопрос: неужели вы умеете глотать книги?! Ам — и прочитали? И забыли. Тогда — для чего читать?
А когда исполняется самое твое заветное мечтание, тебе хочется, чтобы всем было хорошо, как и тебе. Ты готов забыть и простить все обиды, помириться с теми, с кем был в ссоре.
— Ругать всё равно будут, — мрачно проговорил Петька. — Я один день ничегошеньки не делал, просто целый день на стуле просидел. И всё равно попало. Вот жизнь!
Но важно выбрать себе работу по душе. Это самое главное. Лучше быть хорошим дворником, чем плохим академиком.
Через полчаса они явились на школьный двор в том же порядке, в каком вошли первый раз. Только у Вени коляска была наполнена бумагой и кусками картона, а сверху еще стояли две коробки, наполненные тем же добром. Рюкзак у Роди был так набит бумагой, что самого Родю даже трудно было заметить: казалось, что это идет сам рюкзак на ножках в джинсах, шатаясь от собственной тяжести. Валерка Иванов, помимо рюкзака, тащил в обнимку еще одну коробку, а тачку везли вдвоем Леша Павлов и Леня Марков. Сама тачка, как и детская коляска, была наполнена бумагой, а сверху, привязанные к тачке веревкой, возвышались уже не две, а пять коробок.
- Потрясающе! - восхищенно выдохнула я, глядя на эти острые и длинные, как кинжалы, когти. - А колбасу ими, если что, можно резать?
Знаешь, котик, - проговорила, уставившись на усатую пятнистую морду,которая улеглась на вторую подушку поверх покрывала, - можно пережить любую проблему, если есть мягкий плед, горячий чай и теплый кот.
Ноги просто отказывались слушаться. Выговор им за это. Ишь, взяли моду, чуть что – перестают повиноваться, мол, барахтайся, хозяйка, как хочешь, а мы дрожим, нам тебя держать – ну вот совсем никак.
Только повыше подтянул, так, что сейчас я почти полностью лежала на оборотне (и все же блох ему, блох, и побольше!).
Вино веселит сердце, раскрепощает душу, но туманит разум.
Жди, скоро к тебе жена приедет, осчасливливать целый год будет. Как бы не помер только от счастья-то такого несказанного.
Все приличные девушки лишаются чувств, когда испытывают душевные потрясения. Я, похоже, неприличная. Или же их, душевных потрясений, в моей жизни было уже столько, что обморок решил, будто по таким пустякам он являться не обязан? Сама, мол, справится. Не впервой…
...мы всю жизнь идем своими путями, и повороты судьбы — это тоже пути, которые мы вымостили своими поступками...
Как можно быть влюбленной в того, кто тебя порой жутко раздражает?
Бунтовать имеет смысл лишь тогда, когда есть что противопоставить.