Цитаты

"Когда вдвоём с кем-нибудь смотришь кино, как-то неловко становится, вроде как кто-то у тебя через плечо читает книжку."

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

Мораль – кем лучше всего быть, когда встречаешься с отбросами общества в темном переулке?
– Мастером дзюдо? – предположил я.
– Нет, таким же отбросом общества! 

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

Пусть уж лучше ненавидят, лишь бы не жалели.

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

Как же странно, что закат, который она видела со своего двора, и тот, на который смотрел я с заднего крыльца, был ­одним и тем же закатом. Может, разные миры, где мы живем, не такие уж и разные. Закат ведь у нас общий.

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

– Мышиная возня, вот что это такое, – сказала она. – Мы вечно куда-то бежим, бежим, бежим, а куда – даже и не спрашиваем.

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

Всем приходится несладко, но так даже лучше. Так ты хотя бы знаешь, что и там, на другой стороне, — тоже люди.

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

А когда человек по правде тебя слушает, слушает - и ему важно, что ты говоришь, это такая редкость.

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

Не бывает для драки стоящих причин, кроме самозащиты.

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

.. нельзя просто взять и перестать жить, когда близких теряешь.

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

То есть я о чем, таким сыном все родители бы гордились — симпатичный, умный и все такое, — но они ему во всем потакали. Он только и ждал, когда же ему кто-нибудь скажет: «Нет», а они все не говорили. А ему только это было нужно. Чтобы кто-нибудь сказал ему — «Нет». Чтобы кто-нибудь установил правила, обозначил границы, дал ему то что-то весомое, от чего можно оттолкнуться. Нам всем, на самом деле, это нужно. Однажды… — Рэнди попытался улыбнуться, но я видел, что он чуть не плачет, — …однажды он пришел домой пьяный просто как свинья. Думал, ну уж тут-то они ему всыплют. А они, знаешь, что? Решили, что это они что-то не так делают. Решили, что это они во всем виноваты — что это они не оправдали его надежд, что это они его довели типа. Взяли всю вину на себя, а ему ничего и не было.

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

Сегодня вечером умерли два моих друга: один – героем, второй – преступником.

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

- Будь всегда золотым, Понибой.Будь всегда золотым...

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

Если за своих не стоять, вместе не держаться, не быть братьями, то это, считай, и не банда. Это уже свора. Рычащая, подозрительная, вечно грызущаяся свора...

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

Что ж это за мир такой, где у меня всего-то поводов для гордости - репутация хулигана да набриолиненные волосы? Я не хочу быть хулиганом, но даже если я не ворую, не нападаю на людей и не напиваюсь, все равно считаюсь отбросом. А с чего мне этим гордиться? С чего бы мне даже притворяться, будто я этим горжусь?

Изгои

Сьюзан Хинтон

Маленький городок в Оклахоме, 60-е годы. В давнем конфликте противостоят друг другу банды подростков – грязеры и вобы. Первое правило грязеров – по одному не ходить, второе – не попадаться. И всегда стоять за друзей горой, что бы они ни сделали. 14-летний Понибой Кертис уверен: богатеньким деткам – вобам, золотой молодежи с западной части города – никогда не понять ребят из бедных кварталов с восточной стороны. И лишь одна страшная ночь, одна стычка с вобами все меняет. Сьюзан Элоиза Хинтон...

Но кто мне поверит, что знакомства с Шейном из FB и наши с ним отношения находятся на уровне где-то между - "ненависть: гори ты, Шейн в аду" и "ненависть а-ля: один из нас умрёт от рук другого"
Никто не поверит.

Шейн напоминал самое мерзкое, самое противное, и самое надменное существо из всех, что только можно вообразить! Его взгляд говорил лишь одно: "Ну, давай, ничтожество, облажайся и я с удовольствием это прокомментирую".

Мир, в который ты так стремишься попасть сожрёт тебя со всеми потрахами, если не избавишься от слабостей.

– Двадцать кругов, Миллер.
– Ладно, но если я умру, это будет на твоей совести!
– О, поверь, моя совесть будет чиста.
– Подонок, – и я двинулась с места.
– Что ты сказала?
– Окно, говорю, открой. Несёт высокомерием.
– Или перегаром? – усмехнулся Шейн.

И вот она заиграла – музыка в моей голове. Моя собственная музыка. Мои воображаемые инструменты. Моё воображаемое музыкальное сопровождение. Как это бывало раньше. Как это было в приёмной семье… Как это бывает в моменты отчаянья… Как это было на похоронах матери… Тогда я ничего не слышала. Тогда я и научилась этому – воспроизводить музыку в голове. Делать её реальной. Выбрасывать из сознания все существующие звуки, уступая дорогу мелодии, поддерживающей во мне желание жить, творить и двигаться вперёд.
Я слышала его… Фортепиано. Тихое и мелодичное. Нежное и сильное. От грани до грани… Так, как я его чувствовала.
Взрыв! И весь музыкальный аккомпанемент обрушился разом: гитары, бас, быстрый барабанный ритм… И первые слова сами в нужный момент вырвались из груди.
Я пела так, как умела и могла это делать: чувствуя каждую фразу, каждое слово, каждую ноту. Проживая её. Становясь одним целым с музыкой в голове, с миром, что рождала во мне песня… Я парила. Не над сценой – где-то в другом мире, в другой реальности. Пела нежно и с надрывом. Сильно и мелодично. От грани до грани. Так, как я это умею.

Человек не может поменяться за один день. Люди в принципе не могут меняться - они могут становиться лучше или хуже, но суть всё равно останется. В каждом из нас. Эта суть заложена природой, родителями, Богом. Судьба никогда не позволит идти ей наперекор, как бы сильно не было стремление. Всё уже распланировано. И пусть всё будет так, как должно быть.

Те, кто идёт позади, сильно не любят тех, кто оказывается на вершине.

«Никогда не спрашивайте разрешения на то, чтобы идти за своей мечтой. Следуйте за ней хоть на край света, независимо от того, что думает об этом мир. Его мнение – не важно. У вас только одна жизнь, и вы являетесь автором вашей истории. Ответственность за вашу мечту лежит на ваших плечах»Джаред Лето

Парни никак не поймут одного: нельзя так запросто брать и целовать девушку, а потом без каких-либо объяснений провожать до дома и оставлять в одиночестве. Мы ведь не экстрасенсы!

– Эта боль – лучшие мои мгновения,
Эта роль – станет для меня последней.
Искусственное сердце и душа горящая…
Только слушай – это всё, что настоящее.

Красное – красное. Не алое, не пунцовое, не рубиновое.
Снег – белый и холодный. Не волшебный, не сказочный, не пушистый.
Запахи, вкусы, ощущения… Всё в моём понимании охвачено рамками реализма. Я не мечтательная натура, не фантазёрка и вовсе не пессимистка. Я – это я. Сегодняшний день – моё всё. Завтрашний день… это завтрашний день. Не больше и не меньше.
Музыка – единственное в моём понимании, что может быть разным: одна и та же песня способна возродить в душе множество противоречивых эмоций. Сильных и горестных. Радостных и грустных. Болезненных и воодушевляющих. То, что способна делать музыка, не может делать ничто. Она во мне. Я в ней. Мы одно целое. Мы две половины. Две родственные души. Всё остальное стандартное и безвкусное. Реальное. Такое, как было, есть и будет.
Земля не станет квадратной. Снег не будет тёплым. Красное не назовут белым.
А для музыки границ не существует.