"Записи, анонимные". Звучит как группа психологической поддержки для книг, которые не знают своих авторов.
Злые люди знают все - независимо от того, живые они или мертвые, - или, по крайней мере, знают достаточно, чтобы запутать нас в такую паутину, из которой нам уже не выбраться.
Других людей не изменишь, зато можно измениться самому!
Добро пожаловать в Искупление!
Полагаю, на каждом нашедшем большое сокровище лежит проклятие:
остаток жизни беспрерывно рассказывать о том, как же найдено сокровище.
Правда в том, что, если кто-то из сильных и власть имущих захочет достать твою жизнь и вырвать из нее сердце, ты ничего не сможешь поделать.
Нельзя победить тех, кто искренне верит, что Бог на их стороне.
Инстинкт заставляет людей оставлять свое имя на вещах. Кто-то царапает на шкафчиках, кто-то, подобно Кэссиди, на домах. Побуждение всегда то же самое: показать, что ты здесь был, что существовал.
Я устал от жизни и уверен: она тоже устала от меня. Мы с ней подобны давно женатой паре, переставшей любить друг друга и исчерпавшей темы для разговоров.
Я часто размышлял о том, что наши чувства – не линейны, но кругообразны. Противоположности ближе друг к другу, чем мы думаем. Так счастье в мгновение ока становится печалью, а смех превращается в слезы.
На «проклятых безлюдных берегах» этого века Рембо по-прежнему неоднозначно присутствует, предупреждая своих читателей об аде, к которому неизбежно приводит «полное расстройство сознания», и демонстрируя, каким способом туда можно попасть.
«Рауль Риго опубликовал в газете секретные данные префектуры полиции о полицейских информаторах вместе с их адресами, изобрёл трибунал, в котором политкоректные дети осуждали своих родителей, удалил слово «святой» из названий улиц в Париже, произвёл облаву на священников и пообещал выдать орден на арест Бога».
С начала XIX века дорога в ад была забита поэтами. «Ад» обычно олицетворял собой большой город и его население из бессердечных коммерсантов, проституток и книжных рецензентов.
Очередное разочарование от И. Прокопенко! Текст поверхностно-популярный, шрифт для "полуслепых", вставки в листах тут же повтор в тексте. Громкая заява на книгу, как журналистское расследование, на поверку куча фактов разбитых по тематическим главам. Господин Прокопенко понятное дело - деньги стрижет! Спасают книгу только нахлынувшие воспоминания о лихих 90-х коим был свидетелем!
Мы не видели никогда культуры быстрой еды, которую Запад нам приносил, – и как это правильно подано, как это грамотно упаковано. У нас основная беда всегда была – мы не знали, как упаковать. Мы не могли в магазине правильно молоко упаковать, чтобы оно не протекало, а здесь нужно было упаковать еду, которую можно есть руками, не испачкавшись.
Художник, по словам Леонардо, должен всегда быть готов делать наброски
Величайший урок, который дают нам рукописи Леонардо, заключается в том, что в них все подвергнуто сомнению, исследовано, изучено до принципов, лежащих в основе изучаемого.
Заголовок текста гласит: «Perche li cani oderati volenteri il culo l’uno all’altro» – то есть «Почему собаки охотно обнюхивают друг друга под хвостами». Объяснение Леонардо очень просто: собаки пытаются определить, сколько «мясного экстракта» можно получить:«В экскрементах животных всегда остаются следы того, из чего они были произведены… и собаки обладают таким острым обонянием, что могут с помощью носа определить эти следы, сохранившиеся в кале. Если посредством обоняния они понимают, что собака хорошо питалась, то уважают ее, так как понимают, что у нее богатый и сильный хозяин; если же они не ощущают этого запаха [то есть мяса], то пренебрегают собакой, принадлежащей бедному хозяину, и могут даже укусить ее». Это объяснение отличается одновременно и точностью – собаки действительно получают информацию с помощью обоняния, – и юмористическим преувеличением, связанным с социологическими выводами.
В сознании майора фронт был живым существом, пережевывающим и выплевывающим тысячи людей зараз. При виде его змеистых очертаний на карте он приглушал голос, словно читал на легенде старого атласа: "Здесь обитают драконы".
Прощение человека, перед которым ты виноват, освобождает душу от оков вины. Следующий этап, и намного более сложный — простить самого себя.
Что должно случиться - то произойдет. В такой ситуации, когда ты не можешь ни сделать первый шаг, ни отступить, это наилучший выход.
... каждый человек волен сам делать выбор. И поступать так, как ему хочется. Особенно если речь идет о его собственной судьбе...
Все люди меняются с течением времени. То, что тебе кажется правильным решением сейчас, через год будет казаться невыносимой глупостью, и наоборот.
Способность жалеть о поступке, которого ты так и не совершил, дана не каждому человеку.
Когда у тебя что-то (или кто-то) есть, то ты совершенно не замечаешь, любишь ли ты это или нет. Просто — есть оно, и есть. А когда теряешь… это будто встать над пропастью. Какие, оказывается, сильные, глубокие чувства! И как, оказывается, сложно… Без этого чего-то или кого-то.Почему осознать это в полной мере можно только тогда, когда теряешь… или уже потерял. Когда уже поздно. И по-моему, любовь — это просто когда я, конечно, без тебя могу, но — не хочу. И вся загвоздка в этом «не хочу»…