Собачка Соня сидела возле детской площадки и думала, что лучше — быть большой или маленькой?…«С одной стороны, — думала собачка Соня, — большой быть значительно лучше: и кошки тебя боятся, и собаки тебя боятся, и даже прохожие тебя опасаются… Но с другой стороны, — думала Соня, — маленькой тоже быть лучше, потому что никто тебя не боится и не опасается и все с тобой играют. А если ты большой, тебя обязательно водят на поводке и надевают на тебя намордник…»
«Никакого вишнёвого пятна не будет! А будет прекрасная вишнёвая скатерть без единого пятнышка!» — думала умная собачка Соня, размазывая и разлизывая варенье по всей скатерти.
- Когда ты планируешь провести церемонию?
- Она пока не готова.
- Она должна понимать, какая это честь и приложить все усилия…
- Мама, ты считаешь, что она мне полдома разнесла от осознания чести?
- Да что она о себе возомнила?! Дай мне с ней поговорить!
- Чтобы она мне после этого оставшуюся часть мебели доломала?
Мужчина сдержанно улыбнулся подошедшей к нему девушке и поцеловал ей руку, предлагая сесть в флайт. Он повернулся к нам спиной, являя гибкий хвост с кисточкой на конце.
- Ничего себе, - выдохнула Диана. - Хотела бы я этого котяру за ушком почесать.
- Осторожнее с желаниями. Твои слова могут быть восприняты как разрешение для более близкого знакомства, - предупредила её я.
Если все пути назад отрезаны – начинаешь смотреть вперед.
Ты моя жена. Будущая мать моих детей, - одна его рука переместилась и легла мне на живот. - Я буду той стеной, которая отгородит тебя от всех опасностей, и на кого ты всегда сможешь опереться. Пока дышу - я буду рядом. Так выбери меня, милая…
- Выходи за меня! - я приподняла бровь. - И нечего так смотреть! Эти слова сами вырываются у меня, когда я пробую то, что ты приготовила.
- Получается, каждый раз предложение делаешь не ты, а твой желудок?! - притворно возмутилась я.
– У нас прекрасная система навигации, – процедил сквозь зубы Стужа.
– Вот так и знала, что с памятью проблемы! – тут же воскликнула Диана.
- Ты его сильно любила? - Михаил решил прозондировать почву насчёт моего расставания с женихом.
- Не знаю, - пожала я плечами. - До него не любила. Не с чем сравнивать. Да и как можно измерить любовь?
– И нечего смеяться. Это пытка! Даже не представляешь, каково это, когда тебе нравится девушка, а ты к ней и пальцем прикоснуться не можешь.
– Ты прав, не представляю. Мне девушки еще не нравились.
на каждую крутую задницу, найдется еще круче.
– Девушка, вы перепутали мое колено со своим. Перестаньте его гладить, – ледяным тоном произнес высокородный.
Каким бы печальным ни был повод для переезда, перемены – всегда к лучшему.
Любовь может причинять боль, но, наверное, не любить - это еще больнее.
Теперь я понимаю, что горе – это своего рода сумасшествие, почти такое же, как влюбленность.
Иногда надо уметь не принимать жизнь слишком уж близко к сердцу. Давайте посмотрим на все реалистично, для всех эта жизнь когда-нибудь подойдет к концу.
Дом-это ведь не просто дом, правда? Каждый дом-словно дневник памяти, где у всех комнат есть своя собственная история.
Когда ты влюблён, ты паришь, словно птица, и не хочешь опускаться на землю
У одиночества свои недостатки, но, выйдя замуж, ты ведь просто меняешь шило на мыло, разве не так?
Когда умирает кто-то, кого вы любите, звезды и солнце исчезают и нужно много времени, чтобы снова начать видеть свет, выглянуть в окно и увидеть ясное голубое небо.
У нас часто появляется странная потребность заполнять чем-то неловкие паузы – она возникает либо из-за неуверенности, либо из-за патологического чувства ответственности. Это, однако, чревато – можно потратить кучу времени на ненужную болтовню.
– Если они чего-то не знают, то не могут это что-то использовать против тебя, – сказала она. – Все, что нужно, – это найти среди всех этих неандертальцев одного человека, с которым ты сможешь сдружиться.
Не упасть бы еще ниже. Хотя ниже, кажется, и некуда . Разве что в преисподнюю.
Потом – это ещё не теперь.
Жил себе человек. Любил жену и дочку, во что-то верил. Работал, думал, добивался. Но все это неважно, когда лежишь на дне реки…