- Родная? - тихо спросил муж, поглаживая меня по руке.
- Все хорошо, просто немного нервничаю.
- Из-за поднятых тварей?
- Из-за живых... В смысле из-за родственников, - поправилась я, глядя на смеющегося супруга. - А чего ты радуешься? Между прочим, у тебя есть все шансы в скором времени присоединиться к мертвому воинству. Папочка с мамочкой начнут дело, а подруги докончат!
— Ох, проказница, подбиваешь старика на авантюры! — Магистр, а четыре любовницы знают, что вы старик?
- Стони.
- Чего? - не поняла я, высунув из-под одеяла нос, и как раз застала мужчину, забирающегося на соседнюю койку. Примечательно, что он был в одежде!
- У нас по плану первая брачная ночь. И тебе в нее полагается кричать и стонать от удовольствия.
- Ну тут, положим, все под вопросом. Удовольствие целиком и полностью зависит от партнера. Если он никакой, то и мне притворяться нет смысла.
- В этом случае мы буем исходить из предположения, что я очень даже "какой". Стони.
- А-а-а, - вяло разнеслось по палатке, и я покосилась на супруга.
- Ты сексом занимаешься или радикулитом маешься? - привстав, тихо рассмеялся муж. - Ложись на живот.
- Зачем? - подозрительно спросила я, не спеша выполнять просьбу.
- Будем извлекать из тебя правильные звуки.
- И каким же образом?
- Сейчас узнаешь. Разворот!
И меня самым наглым образом перевернули, заодно освобождая от одеяла.
- Да что ты... а-а-а, - громко застонала я, почувствовав горячие ладони на обнаженной спине. - О да-а-а... Ох!
- Ну вот, совсем другое дело, - довольно пробормотал этот садист, разминая мои натруженные мышцы.
Да уж, массаж в настоящий момент будет покруче любого, даже самого горячего секса.
-Подъе-о-о-ом!- зазвучал зычный голос прямо над ухом.
-Пап, ну еще минуточку, - пробурчала я сквозь сон.- У тебя самого еще две головы не проснулись...
И тут в мое сонное сознание прокралась здравая мысль- откуда в общежитии Школы Сказок взяться Змею Горынычу? Он здесь даже в ипостаси человека с трудом поместится.
Не ценят мужчины то, что досталось без усилий. Поэтому, когда в Избушку к вам стучатся с требованием: "Бабка, дай то или это"- смело посылайте таких искателей лесом. От них ни романтики не дождешься, ни дел!
Терпеть не могу мужчин, на которых девушки так и вешаются. По правде говоря, я всегда старалась держаться от них подальше: не дай бог меня угораздит влюбиться в такого, а потом сидеть и страдать несколько месяцев от неразделенной любви с разбитым сердцем… Нет уж, спасибо, как-нибудь обойдусь без этого сомнительного удовольствия.
Его губы улыбаются, а глаза как будто остаются стеклянными. Жуть.
Девушка и, как все демоницы, мило прикусила нижнюю губу, пытаясь произвести впечатление покладистой дамочки.
Я не сдержался и закатил глаза. Как все наиграно… словно под копирку. Я начинаю понимать, чем меня подкупает Дийана – она не играет, точнее, она не умеет играть так, как со мной пытаются играть все остальные.
Забарабанив кулаками по невероятно мощной спине, я закричала изо всей силы, напрочь срывая голос:
– Помогите! Помогите мне! На помощь!
Ринар многозначительно похлопал меня по попе.
– Ты знаешь, если кричать пожар или потоп, шансы на спасение возрастают в несколько раз?
Немного подумав, закричала еще громче:
– Пожар! ГОРИМ!
– Так уже лучше, - издевательски похвалил Ринар и кинул меня на диван в гостиной.
— Почему у тебя не было мужчин?
Я подавилась соком, закашлялась, разлила половину стакана на белоснежную скатерть.
— Осторожно! — Демон тут же разжал мои пальцы и отобрал несчастный стакан.
Конечно, когда-то меня веселила такая игра. Управлять людьми, словно игрушками, унижать и подчинять, ломать и насиловать. Для молодого инкуба это как глоток чего-то нового, возможность почувствовать свое превосходство. Но я давно пережил этот момент. Сейчас нет необходимости доказывать свою власть — я уже и так хозяин
— Не будь такой наивной, Дийана. Если бы я хотел тебя убить, то выбрал бы менее изощренный способ.
Я понимал ее отвращение. Для нас опытная женщина намного лучше наивной дурочки, которая и голого мужчину-то ни разу не видела.
— Я тебя не приглашала! — Ничего страшного. Я сам себя пригласил.
Тепло его руки сразу же добралось до моей кожи, словно яд, просочившись сквозь плотную ткань платья.
В его голосе не было ни сочувствия, ни сожаления, только усмешка
Я больно прикусила губу, настолько больно, что во рту почувствовался солоноватый привкус. Отвратительное ощущение, как будто мне подписывают смертный приговор.
Принимая какое-то решение, я не думаю, верное оно или нет. Я просто его принимаю.
Я, конечно, понимаю, что люди безразличны по отношению к другим, но не настолько же. Это слишком дико.
Некоторые девушки обладают красивым телом, некоторые — не очень красивым. Но когда лев загоняет косулю, разве он задумывается над ее внешним видом? Нет! Он просто голоден и хочет есть, так же и я. Это не делает меня монстром, это делает меня демоном. Инкубом.
Еесли тебе понравилось от меня убегать, мы можем еще немного побегать. Знаешь, в этом даже есть что-то такое… возбуждающее.
Красивый мужчина с внешностью бога смотрел на меня взглядом убийцы.
– Ради всего святого, Ринар!
– Ради всего святого? – с нескрываемой издевкой переспросил он, прижав меня грудью к стене и расстегнув свои штаны. – Где ты только таких слов набралась, Дийана? Мне не нравится упоминание святых в стенах резиденции!
Он выглядел расслабленным и совершенно обычным. Никаких звериных глаз, никаких вен, никакого змеиного языка, обычный мужчина. Но отчего-то казалось, что сейчас в нем бушевала невидимая взору сила, будто через человеческую оболочку наружу рвался голодный дикий зверь. Он метался и бился, но Ринар не давал ему выхода.
Я зарычал. Ненавижу ее. Чертова девчонка. Почему она мне нравится?!